Сорок третий 3 (СИ) - Земляной Андрей Борисович (читать лучшие читаемые книги .TXT, .FB2) 📗
Маленький, сухой, старательный унтер-офицер, всю жизнь служивший по принципу «лишь бы не замечали», сейчас выглядел так, будто его не допрашивают, а медленно варят в холодной воде.
Он стоял по стойке «смирно», потел и пах ужасом.
— Садись, — сказал Ардор.
Тот сел.
— Ты ставил подпись под приёмкой?
— Так точно, господин старший лейтенант.
— Узел смотрел?
— Так точно.
— Шпилька была эта?
Унтер-офицер сглотнул.
— Н-не могу знать.
— Можешь и знаешь.
Молчание.
Ардор даже не повысил голос.
— Ещё раз. Ты осматривал тормозной узел. Эта деталь была там или нет?
Унтер затряс головой.
— Господин граф… я… я не менял…
— Я не спрашиваю, менял ли ты. Я спрашиваю, была ли там эта деталь, когда ты смотрел.
Пауза растянулась ещё на несколько секунд.
Потом техник обмяк. Не физически. Внутренне.
— Не знаю, — выдавил он. — Я… не смотрел как надо. Просто подписал. Мне сказали, что всё в порядке, мол быстрее подписывай…
— Кто сказал?
— Сержант из соседней секции. Грамт. Клялся что три раза проверил всё.
Рош едва заметно поднял голову.
— Грамт? — переспросил он.
— Да.
— И где он сейчас?
Начальник рембокса нахмурился.
— Да где-ж ему быть? На обеде сейчас.
Через три минуты выяснилось, что сержанта Грамта нет нигде. Ни в столовой, ни в казарме, ни в солгарне ни в комнате. Зато в оружейном журнале стояла аккуратная отметка о том, что два часа назад он якобы взял табельный метатель на пристрелку и не сдал, разумеется. И вот теперь картина уже переставала быть просто диверсией. У них появился человек внутри батальона.
Не обязательно глубоко свой, но достаточно встроенный, чтобы спокойно ходить по рембоксу, разговаривать с контрольным мастером и в нужный момент исчезнуть.
— Вот теперь становится смешно, — тихо сказал Хирс.
— Нет, — ответил Ардор. — Это плохая шутка, потому что пробой оказался глубже, чем я рассчитывал.
Тревогу по батальону не объявляли. Если в такой момент заорать, перекрыть ворота, выстроить людей, трясти тумбочки и устраивать героическую охоту на беглого сержанта, можно получить только одно — красивый шум и труп. А умная сеть на это не среагирует, тихо заметая ненужную грязь в такое место что найти её станет подвигом. Пока ты бегаешь с фонарём, люди в темноте делают дело.
Поэтому Ардор сделал наоборот.
Батальон продолжал жить почти обычным ритмом. Ну почти. Если смотреть снаружи.
Внутри же всё встало на боевой взвод. Егеря как никто понимали насколько плохо — обнаружить врага в своей среде.
Рош получил команду на тихую проверку круга Грамта. С кем пил, дружил, где бывал вне службы и финансовое положение.
Хирс вскрыл его койку, шкаф, полку, обнаружил два тайника в рембоксе и старый металлический ящик, спрятанный за списанным компрессором. В ящике нашлись деньги, завёрнутые в газету. Не безумные. Но для сержанта, слишком хорошие. И тонкий блокнот с цифрами, в которых поначалу не было смысла, а потом Деркас, посмотрев, тихо сказал:
— Это не цифры. Это расписание смен по узлам, только в сокращениях и коде.
— То есть эта скотина не просто брала деньги за разовую подляну, Он сидел на информации. На нашей внутренней батальонной рутине, которую снаружи обычно достать труднее, чем кажется. — Ардор покачал головой, оценивая глубину возникших проблем. — Это значит, что его использовали не как случайного дурака, а как маленький живой ключик.
Тем временем наружное наблюдение по Мевору дало новый оборот.
К вечеру он снова встретился с «техническим консультантом», но уже не в Ремсаре, а на боковом маршруте в двухстах километрах от черты города. После разговора консультант сделал три звонка, сел в старый гражданский вездеход и… ушёл как раз в направлении того района, где последний раз видели сержанта Грамта.
— Ну вот, — сказал Хирс, глядя на карту. — Значит, они собираются вытащить своего человека.
— Это вряд ли. Зачем им засвеченный сержант — техник? — Спокойно заметил Деркас.
— И то, и другое для нас плохо, — сказал Ардор. — Но, если успеем между точками, можно получить не просто беглого сержанта, а сержанта с приданым.
Он, стоя у карты в оперативной комнате, обвел карандашом две линии.
Одна — маршрут консультанта.
Вторая — вероятный отход Грамта через старую техдорогу к заброшенному полигонному посту, откуда можно было либо сесть на машину, либо пересидеть до ночи.
— Если бы я вытаскивал такого человека, или имитировал процесс, — сказал Ардор, — я бы не гнал его по прямой. Я бы дал ему точку ожидания. Безлюдную, но с парой — тройкой подходов и с возможностью проверить и сбросить хвост.
Рош кивнул.
— Дальний пост подходит.
— Да. Поэтому идём не одной группой. Я не хочу подарить им красивую перестрелку и труп вместо языка. Рош с разведчиками — в обход, через посадку и старую дренажную линию, Хирс — по внешнему кольцу, с задачей отсечь группу прикрытия.
Сам Ардор с Деркасом и шестью людьми выдвинулся через полигон, но остановив машину за два километра и россыпью, скрытно повёл людей.
Пост стоял между холмов, наглухо заросший бурьяном, в кучках почти полностью проржавевших мотков колючей проволоки, связками предупредительных знаков «Стой! Стреляю» «Осторожно! Мины!» и традиционного «Мин нет, почему-то написанного в одну строчку, и с одной буквой 'н».
Когда-то очень давно здесь проходила дорога местных фермеров, и пост отгонял самых тупых, решивших что сократить дорогу под огнём и по минным полям — отличная идея. Но город разрастался, фермы переезжали, а пост тихо умер.
Идеальное место для встречи. Не слишком далеко, не слишком близко, совершенно без людей, с хорошим обзором и несколькими путями отхода.
Они прибыли туда уже в сумерках.
Ветер тянул сыростью и мокрым ржавым железом. Где-то вдалеке гудела техника на трассе, но здесь, у мёртвого поста, царила та особая тишина, в которой любое движение сразу кажется лишним.
Рош доложил первым:
— Север закрыт. Следов свежей машины два. Один — лёгкий гражданский вездеход типа Валорга. Второй — мотоцикл или маленький трайк.
— Здесь Запад. — У меня чисто. Но на южной тропе недавно прошли двое. И шли не скрываясь, будто знали, что времени мало.
Ардор кивнул.
— Значит, внутри уже есть контакт.
Они подошли на дистанцию в сто метров.
Дальше — беззвучно словно тени, растворяясь в сумерках, и словно скользя над землёй, через траву, ржавую труху, разбитые бетонные плиты и остатки кабельных канав.
Первым они увидели Грамта.
Сержант сидел у стены энергопоста на катушке из-под кабеля, с серым лицом, и шалыми огромными глазами.
Табельный метатель лежал рядом, но не в руке — уже хороший знак. Значит, не в боевом тонусе. Значит, больше ждёт, чем собирается стрелять.
Напротив, стоял консультант. Тот самый, бывший армейский.
Спокойно, размерено и очень тихо говорил что-то. Так тихо, что издали слов было не разобрать, но поза у него была уже не как у человека, пришедшего помочь. Слишком прямая. Слишком собранная. Слишком экономная.
— Убирать будет, — шепнул Деркас.
— Да, — ответил Ардор.
И в этот момент всё решилось само.
Грамт, видимо, тоже понял.
Потому что вдруг резко поднял голову, что-то сказал — коротко, отчаянно, почти умоляюще.
Консультант покачал головой.
Очень спокойно, потом потянулся под плащ.
— Вперёд, — сказал Ардор.
Дальше время сжалось до хруста.
Рош атаковал первым — не боевой, а выстрелом светошумовой пули, с сухим хлопком влетевшей между стеной и ящиком, полыхнув белой пеленой.
Консультант среагировал блестяще, нырнув не назад, а вбок, уходя с линии и даже успел достать оружие.
Но Ардор уже летел вперёд с той самой скоростью, когда на снимках остается лишь размытое пятно. Первый выстрел консультанта ушёл чуть в сторону от вильнувшего тела, а второй Ардор сбил, ударив по кисти на ходу, ломая её,
