Бесценная помощница для орка (СИ) - Сергеева Елена Владимировна (читать книги онлайн бесплатно полностью без .TXT, .FB2) 📗
— Его действия продиктованы не заботой о сестре, — голос Тмаша зазвенел сталью, — а алчностью, клеветой и прямым покушением на ее свободу и жизнь.
Он сделал паузу, и эта тишина была оглушительной. Его взгляд скользнул по залу, по императору, и на мгновение задержался на мне. В его глазах я прочла твердое обещание. Обещание победы.
Он не боялся этого суда. Он был готов к нему. Предусмотрел? Знал о планах Рика?
На сердце немного отлегло.
— И в рамках этого же суда, — его голос вновь заполнил пространство, — я прошу рассмотреть мою высочайшую просьбу. Не как милость, а как акт справедливости.
Слезы выступили у меня на глазах. Я сглотнула комок в горле. Он просил за нас обоих и будущих влюбленных, которым придется столкнуться с подобной несправедливостью. И делал это с позиции силы, с непоколебимой верой в наше право быть вместе.
Тмаш стоял, не отводя взгляда, бросая вызов не только Рику, но и всему старому порядку, который позволял таким, как мой алчный брат, вершить судьбы других.
В его тоне была полная уверенность человека, держащего все козыри на руках.
Император наблюдал за нами обоими с нескрываемым интересом. Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.
Я была уверена, ему, строителю новой империи машин и прогресса, наверняка претили эти затхлые родовые интриги.
— Хорошо, — коротко отрезал император. — Поскольку я уже здесь, мы не будем терять время. Завтра, в полдень, в Зале Главной Ратуши состоится императорский суд. Вы сможете представить свои доказательства, увор Агак. А вы, — его взгляд скользнул по мне, — … сможете добровольно подтвердить свою свободную волю. На этом сегодня все.
Он развернулся и в сопровождении свиты направился к выходу.
Ангар взорвался гулким перешептыванием, а затем одобрительными выкриками. Нас поддерживали все. И это тоже вселяло уверенность в успех.
Да, получилось так, что наш инженерный триумф в одно мгновение превратился в судебную дуэль, где на кону была не только репутация, но и наша с Тмашем совместная жизнь.
Но я была уверена в своем выборе и своем любимом. Он знал на что шел. И сделал это сознательно. Я видела это по его глазам. Значит, и мне не стоило волноваться.
Тмаш подошел ко мне, его рука легла на мою спину, успокаивающе и твердо.
— Все идет по плану, Ларрин. Не бойся, — тихо подтвердил он мои догадки. — Завтра мы положим конец этой войне. Раз и навсегда.
39. Императорский суд
Следующий день наступил, тяжелый и душный, будто сам воздух сгустился в ожидании развязки.
Зал главной ратуши, предназначенный для самых важных государственных церемоний, был забит до отказа. Гул сотен голосов напоминал растревоженное гудение пчел в большом улье.
Я сидела в первом ряду, сжимая в ледяных пальцах складки платья, стараясь дышать ровно. Каждый нерв был натянут до предела.
У меня даже в ушах тонко звенело этим самым напряжением.
Сегодня. Это случится сегодня. Решится моя судьба. Наша судьба…
Мой взгляд скользил по толпе, выхватывая знакомые лица.
И вот я заметила их. В глазах зажгло от сдерживаемого гнева.
Князь Берч и Рик вошли вместе, заняв места на противоположной стороне. Два сообщника! Они тихо но оживленно о чем-то переговаривались, и на лице князя играла легкая, уверенная улыбка.
Они думали, что уже победили!
Затем взгляд князя нашел меня через весь зал. Он прищурился, словно оценивая дичь, и медленно, многозначительно кивнул.
Рик же на меня не смотрел вовсе. Его внимание было всецело поглощено входом с другой стороны.
Я проследила за его взглядом и сердце болезненно забилось. Тмаш. Он шагнул в зал один, без свиты, без адвокатов. Его трость отстукивала четкий ритм по мраморному полу, а осанка была прямой и непоколебимой.
Он прошел к своей трибуне и встал, скрестив на груди мощные руки. Его взгляд был холодным и сосредоточенным, устремленным вперед.
И сразу же после этого грянул голос председателя собрания.
— Его Императорское Величество! — прокричал он, и весь зал, как один человек, поднялся, приветствуя правителя.
Император вошел в мертвой тишине. Он прошел к возвышению и занял массивное центральное кресло, с которого мог обозревать свободно весь зал. На его лице сохранялась суровая невозмутимая маска.
— Прошу всех садиться, — его голос гулко прозвучал под сводами, и зал послушно зашуршал. — Секретарь, огласите суть процесса.
Секретарь, худой и бледный, вышел вперед с толстой папкой в руках. Он откашлялся и начал зачитывать.
— Выслушайте обвинение, выдвинутое главой древнего рода, бароном Риккулом Дором, и поддержанное его светлостью князем Лондисом Берчем, против увора Тмаша Агака! — он сделал паузу, чтобы его слова дошли до всех в зале. — Упомянутый увор Агак обвиняется в насильственном удержании незамужней сестры заявителя Ларрин Дор против ее воли с применением запретных шаманских практик, свойственных его расе, с целью принуждения к сожительству и завладению ее знаниями в области инженерии для личной выгоды. Обвинение ссылается на использование некоего орочьего артефакта, подавляющего волю…
Каждое слово било по мне будто удар хлыста. Не представляла даже насколько это все будет мерзко звучать. Каково же Тмашу все это выслушивать?
Я видела, как по рядам прокатывается волна возмущенных и испуганных шепотов. Обвинение было выстроено очень хитро, играя на самых низменных предрассудках и страхах. Оно рисовало Тмаша не гениальным изобретателем, а коварным дикарем, а меня его беспомощной жертвой.
Я сжала кулаки, чувствуя, как гнев вытесняет страх. Сегодня этому придет конец.
Брат не сможет больше безнаказанно лгать. Скоро все узнают правду.
Пока я так размышляла, император обратился к Рику, с просьбой прокомментировать более подробно свое обвинение.
Рик встал, откашлялся и обвел зал взглядом, полным напускной скорби и благородного негодования. Его голос, поставленный и звучный, легко достиг самых дальних уголков зала.
— Ваше Величество, уважаемые члены совета! — начал он, и в его интонациях слышалось подобострастие, смешанное с наигранной болью. — Я стою здесь сегодня не как обвинитель, а как брат. Как глава древнего, хоть и обедневшего, но честного рода, чья честь для меня дороже жизни. И я вынужден с горечью констатировать: моя сестра, Ларрин, та, что была мне так дорога… та, кого я растил и оберегал… больше не является сама собой. Ее разум одурманен…
Меня затошнило от этой приторной фальши, но я сдержала порыв немедля вскочить и обличить его. Тмаш дал мне четкие инструкции: не вмешиваться.
А Рик сделал драматическую паузу, давая словам проникнуть в сознание слушателей.
— Вы все, наверное, помните ее. Тихая, скромная, воспитанная в самых правильных устоях девушка. Она чтила старших и вела тихую добропорядочную жизнь в ожидании предстоящего замужества. Да, были и не совсем обычные увлечения, которые я поощрял. Но я считал, что ум — это достоинство для красивой девушки. А Ларрин… Она была тем цветком, который я лелеял в стенах нашего родового гнезда, готовя для достойного брака, который укрепил бы нашу семью, — он сокрушенно покачал головой. — Но затем в ее жизни появился… он.
Рик с отвращением бросил взгляд на Тмаша.
— Этот… иноземец. Этот выскочка с руками, по локоть в машинном масле, с головой, полной дьявольских механизмов! Он принес с собой не прогресс, ваше величество, а нечто иное. Нечто темное и чуждое духу нашей империи! Он окутал мою бедную, неискушенную сестру дымкой обещаний, ослепил блеском золота, купил ее наивное сердце дорогими безделушками! Но этого ему показалось мало!
Голос Рика дрогнул, изображая яростную боль. Я едва сдерживалась, чтобы не остановить его гнусную клевету. Ногти впились в ладони, но я видела спокойное лицо любимого и это придавало мне сил, вытерпеть всю эту мерзость до конца.
Тмаш вчера сказал, что нужно чтобы весь яд был выпущен. Тогда проще будет его уничтожить. А Рик продолжил, видя неподдельную поддержку зала.
