Аквилон. Маг воды. Том 6 (СИ) - Токсик Саша (лучшие книги читать онлайн бесплатно .txt, .fb2) 📗
Энергия хлынула ко мне мощным горячим потоком, и тело вздрогнуло от неожиданности. Я жадно впитывал её, наполняя ядро и вытягивая из твари всё что возможно. Канал продержался четыре секунды. Поток стал уменьшаться, словно где-то перекрыли кран.
Гарпун повис в пустоте, и я ощутил, как среда вокруг него сомкнулась, запечатав пробоину. Энергии я получил много, резервы пополнились, но по сравнению с тем, что содержалось в этом озере, это было ведро из реки.
Я метнул второй Гарпун, левее и глубже. Канал открылся, поток пошёл, и тварь запечатала его через две секунды. Третий продержался и того меньше, а четвёртый потух, не успев толком вылететь.
Их не уничтожали и перед ними не выставляли щиты. Они просто повисали в пустоте. Тварь адаптировалась к моим атакам, и адаптировалась она быстрее, чем я успевал менять подход.
Не потому что была умна, а потому что была огромна. Гарпуну не за что было зацепиться, я не мог прощупать энергетической структуры, чтобы ударить в узел.
Куда бить? Я метал Гарпуны во все стороны, и каждый раз попадал в одно и то же — в однородную плотную массу без центра и без уязвимого места.
Понимание пришло не как мысль, а как ощущение. Не «Что-то на дне». Не «Хищник, прячущийся в озере».
Озеро и есть тварь.
Вся вода, от поверхности до дна, от берега до берега была единым организмом. Я не плавал рядом с ней и не искал её в глубине. Я находился внутри неё с того момента, как прыгнул с берега. Огромная бесформенная амёба.
Вспомнилась старая шутка про охотника, поймавшего спрута: и вытащить нельзя, спрут слишком большой, и убежать не получится — спрут не пускает.
Я едва не рассмеялся. Архимаг Глубинных Течений, повелитель воды, хозяин любого потока от лужи до океана, висит внутри собственной добычи и не может ни подчинить её, ни даже толком разглядеть.
Выбраться я мог — пробить барьером дорогу наверх, вынырнуть, отдышаться на берегу. Но это означало вернуться ни с чем, и такой исход я даже не рассматривал.
Решение я принял мгновенно.
Щит мигнул и пропал, словно тварь продавила, и я не сумел его удержать.
Озерная вода хлынула со всех сторон, плотная и горячая, обволакивая всё тело. Она полезла в ноздри, полилась в носоглотку, норовя заполнить легкие. Кожу обожгло, жжение нарастало с каждой секундой, расползаясь по всему телу, словно кислота.
Тварь буквально переваривала меня, медленно, терпеливо и неторопливо, потому что торопиться ей было некуда. Энергия уходила из меня открытым потоком. Боль, яркая и невыносимая скрутила всё тело.
На другом конце ментального канала закричала и забилась Капля. Я мысленно попросил у неё прощения. Насколько возможно, я снизил уровень боли, доходящей до неё, но совсем отключить связь я не мог.
Она для меня оставалась единственным источником вне озера. Тем, кто не позволит мне потерять разум и раствориться в этой огромной амёбе.
Тварь переваривала меня. Она не ставила барьеры, не защищалась. Она стала мной, а я ей. И в этот момент все преграды между нашими сущностями рухнули.
Я увидел.
Передо мной раскинулся гигантский узел. Энергетическая структура во весь водоём, замкнутая сама на себя, переплетённая в тысячи петель и колец.
Каждая петля была контуром накопления, каждое кольцо держало свою порцию энергии, и вместе они составляли конструкцию, от которой у какого-нибудь Подмастерья закружилась бы голова.
Но конструкция была простой. Настолько простой, что мне стало смешно.
Накопитель — простейший элементаль для хранения энергии. В просторечии «Батарейка».
Я знал этот тип, потому что в прошлой жизни создавал их тысячами.
Любой ученик создаёт такой конструкт на первом году обучения и не считает это достижением.
Примитивная сущность, лишённая собственной воли. Программа из двух команд: копи для хозяина, отдавай по требованию.
Только вот хозяин ушёл.
Ушёл или умер, и «отдавай» стало некому. Осталось «копи». И батарейка копила. Год за годом, десятилетие за десятилетием, столетие за столетием. Поглощала всё, что содержало энергию, от водорослей до рыбы, от рыбы до животных, которые приходили на водопой.
Простейший конструкт стал хищником, пожравшим целый водоём.
Сотни лет одичания сделали из батарейки чудовище, но чудовище это по-прежнему было конструктом с программой из двух команд.
Я потянулся к контуру управления.
Он был на месте. Тонкая линия внутри хаоса петель, изначальный каркас, который прочертил создатель неизвестно сколько веков назад. Контур определяет хозяина, займи его — и батарейка твоя. Для Архимага это была рутина, вроде замены замка на двери.
Я потянулся к контуру и упёрся в чужую волю.
Контур был не пуст и не стёрт. Контур был занят.
Кто-то контролировал его прямо сейчас и следил за тем, как его ручной монстр меня переваривает.
Хозяин батарейки не ждал меня. Он даже не подозревал, что я смогу сопротивляться или сохранить сознание. Я застал его врасплох, чуть надавил и увидел, кто это.
Федька стоял на берегу, пытаясь рассмотреть хоть что-то под водой. Первое время он, строго подчиняясь приказу, отошел от кромки как можно дальше.
Но время шло, а на поверхности ничего не происходило. Жуткие щупальца непонятной твари больше не лезли наружу. Призрачный голубой свет, испускаемый Каплей, искрился на зеркальной глади озера, создавая картину жуткую, но обманчиво спокойную.
Учитель ушел под воду, а оттуда — ни всплеска, ни дорожки пузырей. Федька совершенно потерял счет времени. То ему казалось, что прошло всего пару минут, то больше часа.
Он сам видел выдающиеся способности Данилы Ключевского, который мог находиться под водой слишком долго для обычного человека. Знал, что его учитель — маг, который способен на самые удивительные вещи.
Но сейчас ему казалось, что времени прошло слишком много и для мага. Он гнал от себя панические мысли, что сейчас в глубине происходит что-то жуткое и учитель переоценил свои силы и больше никогда не появится на поверхности.
Федьке казалось, что самый легкий путь — броситься в это самое озеро. Всё-таки он опытный ныряльщик, под водой чувствует себя спокойно, обладает даром. Там он поможет учителю больше, чем стоя на пустом берегу. Хоть чем-нибудь!
Удержала его Капля. Нет, ни словом или каким-то сигналом, а своим личным примером.
Капля металась у самой воды. Она бежала вдоль кромки направо, останавливалась, и затем бежала в обратную сторону. Время от времени тревожно обнюхивала воду, но внутрь не лезла.
Федька снова протянул к ней свой разум, но как и вчера вечером ничего не услышал.
Учитель сказал «Слушай Каплю», а он не мог. Канал не работал, и Федька не знал, как его заставить. Он стоял на берегу бесполезным столбом, пока его учитель дрался с чем-то в чёрной воде, и единственное, что он мог сделать — это не мешать.
Минуты тянулись как смола. Тьма стояла плотная, непроглядная. Ночь новолуния — самая тёмная.
Лагерь за спиной превратился в нагромождение неразличимых теней: палатка, которую они поставили для виду и не собирались использовать, остывшее кострище, корзины с продуктами. Всё это было рядом, но казалось далёким и ненужным, потому что мир сейчас состоял из двух вещей: чёрной воды впереди и голубого огонька у кромки.
Капля замерла.
Она остановилась, и тельце её напряглось, как у охотничьей собаки, взявшей след. Федька увидел, что она подалась вперед, вытянувшись, словно слушала что-то.
Потом она закричала.
Звук был такой, что Федька отшатнулся. Капля завертелась на месте волчком, полупрозрачное тельце пульсировало и мигало, словно неспособное удержать свечение.
И Федька услышал. Крик буквально вкрутился ему в мозг, острый, пронзительный.
«Больно! Больно! Данила!»
Потом она сорвалась с места и побежала.
Федька кинулся за ней не раздумывая, словно ноги понесли сами. Голубой огонёк мелькал между деревьями, скрывался и появлялся снова, и Федька прибавил ходу, продираясь через кусты на краю поляны.
