Боевая академия: курс-на-падения (СИ) - Мамаева Надежда (книги регистрация онлайн бесплатно TXT, FB2) 📗
— Я стольких к тебе отправил: Родивиров, Сипэг, Корбутов, Рагнаров… Ты должна быть благодарной…
— Ты песий потрох! — зло выплюнула Смерть, кажется не согласная с таким раскладом. Но, кажется, ее услышала только я.
Хм… а кажется, эта старушка с косой была дюже корректной: в смысле ненавидела всех, кто пытался спереть причитающиеся ей души, одинаково. В палате — меня. Сейчас — Ио.
А он меж тем поднес артефакт к моим губам, чтобы засунуть его в рот. Что будет дальше, я знала: шар вытянет из меня все силы и за дюжину ударов сердца ни от души, ни от тела ничего не останется.
Сопротивляться я не могла, но, собрав все силы, прохрипела:
— Зачем… было… уничтожать… кубок… когда… с ним… можно… все… исправить…
Мужские пальцы замерли у моего лица.
— Исправить? — Ио закричал, побледнев. — Ни у одного мага не хватит сил, чтобы вернуться на годы в прошлое! Строльвальд Безумный вырезал всю мою семью, решив, что мой род слишком силен, в нем тоже есть изначальная кровь и клан Хартишей одним этим опасен для короны. В одну ночь стража вырезала всю мою семью, ворвавшись в наш дом. Тогда, защищая сестру, я потерял этот глаз, — и седой ткнул себе в повязку. Кажется, я смогла-таки задеть Ио за живое. — Тогда я поклялся, что уничтожу династию владык, как Безумный — мой род. И сам напялю эту проклятую корону.
Не знаю, откуда взялись силы на еще одну фразу. И она вышла у меня даже почти без заминок. Правда, при этом я не могла пошевелить ничем, кроме языка, даже веками. Глаза стекленели, и я уже не видела ни потолка, ни лица Ио. Но все же смогла произнести:
— Тогда сегодня у тебя был шикарный шанс поквитаться с владыкой, дракон мог спалить сразу его…
Ответом мне стал слаженный хохот главы гильдии и Смерти. Но последняя хотя бы пояснила:
— Нордиш Первый уже несколько лет носу не высовывает из дворца, так что в загробном мире уже делают ставки, когда этого осторожного, верткого и умного гада все же прикончат. Хотя я не в накладе: столько двойников уже порешили…
— Ты все же наивна, Риса, — меж тем выдохнул Ио и добавил: — А теперь жри давай!
И запихнул мне в рот проклятый артефакт. Мир тотчас свернулся спиралью. Завертелся, словно в центрифуге. Очертания размылись, слились.
«Так вот как выглядит абсолютная смерть» — успело пронестись в мыслях.
«А подгорелый силен…» — услышала я то ли удивленное, то ли восхищенное.
Глава 24
Реальность, словно подавившись этой фразой, выплюнула меня так, что я втянула ртом воздух и шумно закашлялась. Рефлекторно постучала себя по груди, открыла глаза и… увидела кафану, людей вокруг, город, утопавший в весне, и напротив за столом — Матильду. Она невозмутимо прихлебывала кафу. На тарелочке перед ней лежала недоеденная кифля, источая аромат сдобы. А рядом с фарфором на скатерти покоился новостной листок. Я заторможенно взяла его, пробежала глазами. «Наследник рода Рагнаров объявил о помолвке» — гласил заголовок.
Голова гудела, тело словно налилось свинцом. Я силилась понять, что такого в этой незнакомой фамилии — и не могла. Затылок ныл. Словно меня взяли за ноги и протащили головой по ступенькам.
Мир замер. Я не понимала, что происходит, но чувствовала — внутри что-то изменилось. Но что? В сознании отчетливо отпечаталось новое задание от Ио, которое только что озвучила Тиль.
— Красиво бегут, ходко… — вдруг произнесла она и указала взглядом на площадь.
Посмотрела туда.
Брюнет лихо мчался от преследователей. Вот он играючи перемахнул наш стол. Связная грациозно увернулась. Я охнула, но не от испуга. И не от притворства. Меня снова будто чем-то по макушке огрели. Это точно было не воспоминание. Тогда что? Предвидение? У меня прорезался дар пифии? Потому что казалось: я это уже видела. И знала, что произойдет дальше.
Да ну! Быть такого не могло! Помотав головой, встала, неспешно двинулась прочь и… ощутила, как меня взяли под локоть. А вот ножа, упирающегося в бок, не почувствовала. А он должен был быть… почему? Не знаю! Но должен — и все тут!
— Не кричи, я свой. Поняла? — произнес незнакомец, на котором явно была личина. Вот только почему мне казалось, что эти слова должны были прозвучать как-то иначе… А вот его еще одна фраза: — Просто сделай вид, что мы пара, пройди со мной квартал, и я тебя отпущу…
Ощущения неправильности не вызвала. Правда, чем дольше мы с этим типом шли через толпу, тем все было страннее и страннее. Я чувствовала его тепло рядом, его пальцы, сжимающие мою руку. И вроде надо было бы вырваться, но… Не просто не хотелось, не моглось. Физически.
На набережной он остановился. Ветер дул с реки, пахло водой и тиной. Где-то вдалеке кричали чайки.
— В украденном тобой кошельке ровно девять золотых. Тебе хватит на завтрашнее поступление в академию.
Мои пальцы дрогнули, кошель, который они держали, выпал, звякнув о мостовую. А тип снял личину, и я увидела глаза. Такие родные, знакомые до боли и… Я все вспомнила и поняла, откуда эта боль в затылке: меня и правда им ударяли. Только не о ступени, а о еще непрожитые дни, отматывая время назад.
— Ты смог переместиться всего на седьмицу? — выдохнула я. — А как же твоя семья?
«Неужели придется снова все проходить, воровать кубок, уворачиваться от клинка Ио», — меж тем пронеслось в мыслях… но я отставила панику: ничего, справимся. Теперь-то, зная все…
— Вообще-то на шесть лет назад… — отозвался Кернир. — Просто ждал этого дня, готовил его, чтобы мы с тобой смогли снова встретиться и я наконец смог снова…
Что именно — беглый не договорил. Но это и не нужно было. Я и так все поняла, когда мужские губы коснулись моих…
Я запустила пальцы в темные коротко стриженные жесткие волосы, наслаждаясь тем, как они упираются в ладонь, щекочут ее. Как я могла забыть эти ощущения и… Как я могла их вспомнить? Ведь чаша сохраняет воспоминания лишь того, кто ее использовал, кто наполнил ее своей кровью… Стоп. Я же оцарапала руку об инкрустацию! Вот почему меня выкинуло. Насколько, как говорится, сил и резерва хватило. Только подозреваю, что не моего.
Были еще какие-то важные вопросы, о том, откуда у Кернира столько энергии, что нужно рассказать ему о Ио… Но все их вытеснил поцелуй. Но я все же собралась с силами, духом, мыслями (хоть те и отчаянно разбегались, точно ошалелые от пульсара тараканы) и выдохнула:
— Подожди! Ст-о-о-ой!
Последнее то ли простонала, то ли тихо проорала, то ли просипела — я сама толком не поняла. Ибо куда отчетливее собственного голоса слышала сейчас пульс, который бился, кажется, прямо в барабанные перепонки. Мозги растеклись какой-то кисельной лужицей, выловить в которой что-то дельное казалось почти невозможным. А голос сорвался, кажется, дюжину раз на этой несчетной паре слов.
Но главное, у меня получилось. Кернир остановился. Правда, смотрел на меня при этом абсолютно расфокусированными, ошалевше-счастливыми глазами, в которых тьма зрачков заполнила собой всю радужку. Беглый категорически не понимал, зачем нужно медлить. Мы наконец-то вместе, живые. Что тебе еще надо, женщина?
— Что-то не так? — наконец овладев членораздельной речью, рвано произнес маг.
— Все так, но не так, — отозвалась спутанно, проглотив самое важное: нормальное объяснение.
Прокашлялась, надеясь, что хоть так обрету ясность мысли. Мысль на провокацию не поддалась и продолжала прикрываться чем-то туманным, сладким, манящим и обещающим неземное блаженство в мужских объятьях. Пришлось положить ладонь на мужскую грудь и упереться. Зря! Потому что широкая мужская грудь, вздымавшаяся под моими пальцами, была отдельным испытанием для девичьих нервов. Это была не грудь, а гранит. Офонарительная, восхитительная и очумительная! От которой… Так, Риса! Тормози!!! И Кернир тоже! Ни с места! У нас есть одно важное дело! А потом будут уже приятно-поцелуйные!
Правда, один Беглый, кажется, предпочел бы порядок поменять. Так что пришлось противостоять не только своим чувствам, но и желанию одного настырного мага. Который на все мои попытки быть взрослой, рассудительной и разумной ответил решительным поцелуем. Оный обрушился и обрушил на меня, точно лавину. Щеки, скул, ключицы, ямочка за ухом. Кажется, губы Кернира были везде. Обжигая, клеймя, дразня. Казалось, еще немного, и это не беглого нужно будет останавливать, а меня. И это будет куда сложнее. Да что там сложнее — из разряда невозможного. Так что…
