Игра похоти: Искушение (ЛП) - Райли Хейзел (читать книги онлайн бесплатно регистрация txt, fb2) 📗
Я прошу Локи остаться снаружи, но, когда сам вхожу, слышу, как он идёт за мной и останавливается позади.
Теперь в первом ряду стоим я, Аполлон и Хайдес.
Во втором — Локи, Тимос и Хейвен.
Голос: Устройство реагирует на давление. Пока вес Аполлона остаётся на квадрате, оно не взорвётся. Если он сдвинется хотя бы на миллиметр и давление уменьшится, всё взлетит на воздух. Взрыв уничтожит всё вокруг вплоть до студии предыдущей игры. За её пределами начнётся безопасная зона.
Безопасная зона, до которой мы всё равно не сможем добраться, потому что…
Голос: Вы можете решить, умереть ли всем вместе здесь или убежать и оставить одного Аполлона погибнуть при взрыве.
Тишину после этих слов нарушает только писк.
Раз, два. Пип.
Раз, два. Пип.
Раз, два. Пип.
Голос: Пока сигнал звучит именно в таком ритме, вы будете знать, что давление на квадрат правильное и детонации не произойдёт. Если ритм начнёт ускоряться, у вас останется всего несколько секунд, чтобы снова правильно распределить вес и предотвратить взрыв.
У меня за спиной Тимос сходит со своей клетки и бьёт кулаком по стеклу. Удар настолько сильный, что вслед за ним раздаётся ненормальный хруст, от которого у меня по спине пробегает холодок. Наверняка он сломал какую-то кость в руке, но не показывает ни малейшего признака боли.
Глаза у него налиты кровью.
Хейвен заканчивает повторять каждое слово Локи; оба настолько бледные, что я боюсь, как бы они не умерли от сердечного приступа.
Голос: Если вы попытаетесь обмануть игру, будет взорвана бомба, спрятанная под клеткой C3. Она не зависит от давления, и обезвредить её таким способом невозможно.
Хайдес смотрит только на Аполлона и больше ни на кого, вытянув руки вперёд, словно задумал совершить самое безумное в мире. То самое, что сейчас приходит в голову и мне.
У нас будет всего несколько секунд до взрыва. Я могу оттолкнуть Аполлона и заменить его своим телом. Разве нет?
— Герм, нет! — кричит мне Хайдес. — Стой где стоишь!
— А почему стоять должен я, а не ты? — огрызаюсь ещё нервнее. — Я прекрасно знаю, что ты подумал о том же самом, так что прекрати.
Аполлон разводит руки в нашу сторону. Спина прямая, подбородок поднят. Я вижу его в профиль, но на лице словно нет ни капли страха.
— Никто из вас не встанет на моё место. Даже не пытайтесь.
— А кто, блядь, это решил? Ты не можешь… — Слова застревают у меня во рту, когда Хайдес бросается на него.
Аполлон немного скользит по клетке — она достаточно большая, чтобы он мог широко расставить ноги, — но ни на миллиметр не выходит за её границы. Хайдес толкает изо всех сил, а Аполлон сопротивляется с удвоенным упрямством.
Ему никогда не удастся его сдвинуть, если только не застать врасплох. Аполлон намного сильнее Хайдеса, мышечной массы у него заметно больше и чем у брата, и чем у меня.
Никто из нас не вмешивается. Да и как мы могли бы? И кому помогать? Кому должен помогать я, если передо мной два моих брата?
Последним рывком Аполлон отшвыривает Хайдеса к стеклянной стене; тот сползает на пол и с глухим ударом бьётся спиной. Широкая грудь вздымается неровно, глаза сужены до щёлок. От него буквально исходит ярость.
— Ты не умрёшь ради меня, — спокойно говорит ему Аполлон.
— И ты не умрёшь ради меня! — отвечает Хайдес яростным криком.
Аполлон указывает за его спину, прямо на Хейвен.
— Ты правда хочешь вот так покончить с собой у своей девушки на глазах? Той самой, которой обещал свадьбу и с которой строил планы на будущее?
Хейвен хватает ртом воздух, не зная, что сказать. С одной стороны её парень, с другой — человек, который уже стал ей братом. Я её не виню: сам разрываюсь надвое. Это мои братья, и люблю я их одинаково.
— Хватит. Прекратите, — одёргивает их Тимос. — Никто не умрёт. Мы найдём лазейку.
Почему он такой спокойный? Ладно, Тим здесь с нами не потому, что мы друзья, а потому, что это его задание и он агент ЦРУ. Он обязан сохранять самообладание, но я всё равно не понимаю, как ему удаётся держать на расстоянии хотя бы малейшую эмоцию.
В повисшей тишине Локи делает шаг вперёд, стиснув челюсть.
— Я встану на его место. Я единственный, кто не член семьи. Так будет правильно.
Мне даже не приходится ничего говорить.
Все хором выдыхают:
— Нет.
Вроде бы ничего особенного, но у меня на глаза наворачиваются слёзы. Да, Локи мы знаем меньше всех. Он парень, который мне нравится и который дважды нас предал. Но никто из них всё равно не готов им пожертвовать. Они даже не знают, насколько много он для меня значит, да я и сам не смог бы это объяснить.
— Мне всё-таки кажется, что так будет правильно, — пытается снова он.
Хайдес качает головой.
— Мы уже совершили эту ошибку, когда пожертвовали Ньютом ради спасения Хейвен и бросили его в лабиринт. Ты был прав, когда говорил, что мы лицемеры. Мы не станем жертвовать тобой только потому, что ты не член нашей семьи.
— Но…
— Не станем. Точка, — отрезает Хейвен, выдавливая улыбку.
Женский голос прерывает нас:
Голос: Выполняется расчёт веса.
Расчёт веса?
Кажется, все мышцы в моём теле разом атрофируются от очередного сюжетного поворота этого вечера.
Голос: Предполагаемый вес Аполлона — восемьдесят пять килограммов. С этого момента заменить его вес на клетке сможет только человек весом восемьдесят пять килограммов или больше. Любой человек с меньшим весом приведёт бомбу в действие.
Вот оно. Последнее правило, которого, думаю, в глубине души мы все и ждали. Последний подвох, чтобы окончательно всё усложнить.
Никто ничего не говорит, но, кажется, думаем мы об одном и том же. Мысленно считаем, внимательно разглядывая друг друга.
Хейвен точно весит меньше Аполлона и даже при всём желании не сможет его заменить. Хайдес всё равно ей не позволит.
Локи тоже весит меньше.
Я, возможно, близко. Мышц у меня не так много, зато есть немного жира — несколько лишних килограммов тянутся за мной всю жизнь, я никак не могу от них избавиться и добиться такой идеальной формы, как у братьев. Не то чтобы это меня беспокоило или вообще особенно волновало, но именно поэтому я всегда избегал весов и никогда не следил за этими бессмысленными цифрами. Уже много лет понятия не имею, сколько вешу.
С Хайдесом примерно то же самое. Он сухой и мускулистый, хотя не настолько, как Аполлон. Зато выше меня, и его нормальный вес вроде бы должен быть выше восьмидесяти пяти килограммов. По крайней мере, мне так кажется.
— Я единственный, кто не просто весит столько же, а точно тяжелее него, — заявляет Тимос.
— Откуда ты можешь знать наверняка? — тут же спрашивает Хайдес.
— Я тренируюсь. Постоянно слежу за весом, я бывший военный. Последний раз взвешивался две недели назад. Девяносто один килограмм. — Он делает шаг к Аполлону. — Давай синхронизируемся.
Аполлон выставляет ладони перед собой.
— Не приближайся, иначе я сделаю всё, чтобы причинить тебе боль.
Тимос долго смотрит на него, потом коротко усмехается.
— Ты шутишь, да? Ты правда хочешь пожертвовать собой и вот так умереть? Оставить братьев, кузенов, мать… Лав?
— На клетку с бомбой наступил я. Я. Никто из вас. Так почему кто-то должен занимать моё место из-за моей ошибки?
— Это не было ошибкой! — взрывается Хайдес, всё ещё сидя на полу и обхватив голову руками. — Ты не мог знать об этой игре.
Аполлон либо вообще его не слушает, либо не собирается принимать слова всерьёз.
— Я никому из вас не позволю сдвинуть меня отсюда. Если попытаетесь, я буду драться и причиню вам боль. Советую держаться подальше.
То есть теперь, если я попробую занять место брата, чтобы он не умер, он ещё и руку мне сломает или врежет по моему прекрасному носу.
— Можно найти какие-нибудь предметы общим весом восемьдесят пять килограммов! — восклицает Хейвен.
Я резко оборачиваюсь и хватаю её за плечи.
