Поцелованная призрачным светом (ЛП) - Стрит Криста (онлайн книга без .TXT, .FB2) 📗

Настроение у меня было мрачнее некуда. И то, что мы застряли в землях фейри, не помогало. Из-за выходки с ритуалом разрыва связи король и королева не позволяли нам уехать, пока не закончат своё «расследование» по этому делу. Но, по крайней мере, они разрешили нескольким лучшим целительницам из СВС присоединиться к нам.

В других комнатах центра исцеления лечили раненых из Третьего отряда. Мы никого не потеряли, но были близки к этому. Так чертовски близко.

Я прижал руку к боку и поморщился. Мои рёбра зажили только наполовину, поскольку срастание сломанных костей всегда занимает больше времени, но моё проколотое лёгкое полностью восстановилось, как и многочисленные порезы и рваные раны. К завтрашнему дню я буду в норме.

Фарра ухаживала за Эйвери с тех пор, как мы вернулись, она не отходила от нее, а поскольку я отказывался покидать свою пару, Фарра ухаживала и за мной тоже, хотя не спала уже восемнадцать часов.

— Когда она проснётся? — спросил я Фарру, пока ведьма проводила очередное обследование Эйвери.

Я начинал паниковать, постукивая ногой по полу, пока нервно сидел рядом со своей парой.

Магия текла из кончиков пальцев Фарры, окутывая Эйвери словно облаком. Она сжала губы и выдавила улыбку.

— Дай ей время, Уайетт. Она через многое прошла, больше, чем кто-либо из нас.

Но я видел ее беспокойство. Эйвери никак не реагировала на действия целительницы. Её сердце всё ещё билось, её лёгкие всё ещё дышали, но она словно впала в глубокую кому, и ничто не могло её разбудить.

Я уже собрался задать Фарре ещё один вопрос, как в дверях появился Бавар. Хромая, он опирался на трость, и его настроение было таким же паршивым, как и вывихнутая лодыжка.

Но он был фейри и хотя не исцелялся так же быстро, как оборотень, но через неделю будет как новенький. Но никто из нас не любил сидеть без дела, особенно командиры, о чём свидетельствовали постоянные споры, что доносились из палаты Ди, которая всё время настаивала, что с ней всё в порядке, хотя одно из деревьев пронзило ей живот.

— Уайетт? — сказал Бавар, широко раскрыв глаза. Он выглядел так, будто увидел привидение.

Я с беспокойством нахмурился.

— Что случилось?

Он покачал головой.

— Ничего плохого, я думаю. Просто… Кое-кто хочет увидеть Эйвери.

Я ожидал, что в палату войдут родители Эйвери — Даниэль и Брайс. Они были здесь всё утро, по их бледным лицам текли слезы, но Фарра убедила их сделать перерыв и сходить перекусить.

Я знал, что Фарра разрывалась между встревоженными родителями Эйвери и моим мрачным настроением. Но целительница не жаловалась, даже если все ее методы никак не помогали моей паре.

Бавар оглянулся через плечо на того, кто стоял в коридоре, и на лице командира-фейри застыло выражение благоговения.

Я нахмурился, а затем удивлённо приподнял брови, когда рядом с Баваром появилась женщина.

— Вераселли?

Она возникла в дверях и направилась ко мне. Бавар отвесил за её спиной глубокий поклон.

Богиню окружала неземная аура. Её кожа слабо светилась, и я с трудом подавил желание поклониться ей.

— Ты проснулась? — прошептал я. Она ведь, как и Эйвери, была в глубокой коме.

— Да, с помощью нескольких колдунов СВС заклинание, которое было наложено на меня, разрушено. Я думала, что смерти лорда Годасара будет достаточно, — она сжала губы, и я увидел едва сдерживаемую ярость при упоминании эльфа, — но этого не произошло. Мне всё ещё понадобилась помощь ваших колдунов, чтобы проснуться.

Она подошла ко мне, и мне снова захотелось поклониться. Мне едва удавалось высоко держать подбородок, когда она остановилась у кровати Эйвер.

Легкая улыбка изогнула губы богини, и она осторожно взяла руку моей пары.

— Она так храбра. Так непокорна. Достойная душа, чтобы владеть моей силой.

Душа из стали. У меня пересохло во рту. Именно так я часто думал о своей паре. Она была такой сильной и стойкой, даже если её природная магия слаба.

Вераселли положила ладонь на грудь Эйвери. Потом закрыла глаза и глубоко вздохнула, и фиолетовый свет потек из Эйвери к богине.

Всё тело моей пары начало сиять пурпурным светом, который накрыл её подобно облаку, дрейфуя и поднимаясь, словно покачиваясь на ветру.

Я распахнул глаза, когда понял, что делает богиня.

Вераселли забирала свою силу обратно.

Я с рычанием вскочил на ноги, вспомнив предупреждение Риза о том, что возвращение силы богини может убить Эйвери.

Но Вераселли бросила на меня холодный взгляд, и приказ слетел с ее губ, питаемый силой.

— Сядь.

У меня подогнулись колени, и я рухнул обратно на стул. Я не мог бы стоять, даже если бы от этого зависела моя жизнь.

— Я не причиняю вреда твоей паре, волк. Я бы никогда не сделала этого с ней после того, что она совершила для меня.

Фиолетовый свет продолжал течь из тела Эйвери, пока Фарра молча стояла в углу, а Бавар застыл в молчании у двери.

Вераселли открыла рот и с резким вдохом втянула в себя весь лиловый свет. Волна за волной магия перетекала от Эйвери в богиню. С каждой проходившей минутой Эйвери становилась всё слабее и слабее.

Волк внутри меня зарычал. Я с трудом подавил желание броситься на Вераселли, мне было плевать, что она богиня. Но затем я вспомнил, о чём просила меня Эйвери.

Она просила, чтобы я доверял ей.

Она доверила богине свою жизнь, а это означало, что и я должен это сделать.

Я с такой силой сжал кулаки, что костяшки побелели, но не двигался с места.

Прошло несколько мгновений. Фиолетовый свет тонкими лентами сочился из моей пары, и когда последняя нить перетекла в богиню, Вераселли откинула голову назад, на её лице застыло выражение восторга.

Её кожа засветилась ещё ярче, и когда она открыла глаза, в них сиял лиловый свет, а сила, прошедшая через неё, сотрясла стены дворца.

Этой силы достаточно, чтобы обладать силой тысячей миров, это была галактика силы.

— Благослови королеву, — прошептал Бавар.

Бледная Фарра выглядела такой же ошеломленной.

Вераселли шагнула ближе к Эйвери, которая теперь лежала так тихо, что моё сердце чуть не остановилось.

Богиня положила руку прямо на грудь моей пары и снова тем же властным голосом произнесла:

— Дыши. Живи. Восстань. — И затем, словно только что вспомнив, добавила: — Вспомни.

Эйвери распахнула глаза и сделала глубокий вдох, ее тело выгнулось на кровати.

Она резко села, глаза её были дикими, а в радужках вспыхнул фиолетовый свет.

Подождите, фиолетовый свет?

Прошло мгновение, и я в панике бросился к ней, но она смотрела прямо перед собой невидящим взглядом. Фиолетовый свет погас в ее глазах, и они стали карими с золотистыми крапинками.

— Эйвери? — выдавил я.

Казалось, прошла ещё минута, прежде чем она пришла в себя. Эйвери резко повернула голову, посмотрела на меня, затем на застывшего в дверях Бавара, затем на Фарру и наконец на богиню.

Она вцепилась в мои руки, но её взгляд оставался на богине. На губах появилась улыбка.

— Вераселли.

— Да.

— Ты проснулась.

— Да, ваши колдуны оказали мне большую помощь. Я ошибалась насчёт лорда эльфов. Одной его смерти было недостаточно для моего пробуждения. Но теперь я полностью проснулась, и благодаря тебе моя сила вернулась ко мне. Я вернула то, что принадлежит мне.

Несмотря на желание прижать Эйвери к себе, я остался рядом, крепко сжимая её руку в своих ладонях. Она была тёплой, живой, и от аромата сирени мое сердце колотилось, как сумасшедшее.

Но Эйвери и богиня продолжали глядеть друг на друга. Вераселли с благоговением смотрела на мою пару, и я понял, что она испытывала к Эйвери не просто благодарность, но и уважение.

— Спасибо за всё, что ты сделала, — сказала богиня, нарушая тишину. — Я не забуду тебя и не забуду, чем ты пожертвовала. Поэтому я оставила тебе прощальный дар. Знаю, это немного, но этого достаточно, чтобы ты могла продолжать свою жизнь, как и планировала. Мне жаль, если это путешествие было неприятным, но это необходимое зло, чтобы исправить то, что было сделано. Надеюсь, что со временем ты будешь вспоминать меня с теплотой, а не злиться на то, что моё пророчество выбрало тебя.