Любовь не по плану - Соренсен Карла (читать лучшие читаемые книги .TXT, .FB2) 📗
Она уперла руки в бока и резко повернулась ко мне, прищурившись. В знак приветствия я поднял свою кружку, и она недовольно фыркнула.
– Извините, не могли бы вы повторить? – попросила Шарлотта своего собеседника.
Когда она открыла шкафчик, где и стояли теперь все кружки и чашки, то закатила глаза. Затем налила кофе в чашку, поднесла ее ко рту, резко остановилась и мигом поставила ее на столешницу.
– Да! С коричневой твердой обложкой? Ага, это она. Если правильно помню, она еще датирована тысяча девятьсот тридцать вторым годом.
Получив желанный ответ от собеседника, она радостно подпрыгнула, и я ненароком обратил внимание на маленькие черные шортики, в которых она обычно спала. Она вновь взяла чашку и подула на кофе. Затем легонько поджала розовые пухлые губы. И за секунду до того, как они успели коснуться края чашки, она вновь поставила ее на стол.
Я отвел от Шарлотты взгляд, переключившись на экран ноутбука.
– А вы не могли бы отложить ее? Обещаю, я сегодня же ее заберу. – Она вскинула кулак в воздух и зашагала к противоположной стороне дома. – Да, положите ее к книге тысяча девятьсот двадцать восьмого года, которую вы нашли на прошлой неделе. Отлично, спасибо.
Вызов завершился, и она, довольно ухмыляясь, вернулась на кухню за своим кофе.
– Знаешь, – начала она, – я сейчас так счастлива, что даже злиться не буду из-за того, что ты переставил мои вещи.
– Ты хотела сказать, мои вещи.
Шарлотта медленно выдохнула, глядя на меня поверх края кружки, и села за обеденный стол. Вместо глотка она в очередной раз поставила кофе на стол и откинулась на спинку стула.
– Ага. Твои вещи. – Ее руки потянулись к резинке, с трудом сдерживающей хаос на голове. – Зачем ты меняешь то, что и без тебя прекрасно работает? За чувством контроля гонишься, что ли?
– Дело не в контроле.
Она, подперев подбородок кулаком, внимательно всматривалась в мое лицо:
– М-м-м.
– Не стоит искать глубокий смысл там, где его нет. – Я захлопнул ноутбук. – Я просто переставил кофейные чашки в шкафчик над кофеваркой. Любой, кто слышал о базовой логистике, поступил бы точно так же.
Шарлотта вскинула бровь:
– Вау, это, выходит, суперспособность у тебя такая? Завидую.
Я испепелил ее взглядом. Шарлотта улыбнулась и снова поднесла чашку к губам.
– Знаешь, – заговорила она, опять поставив кофе на стол, – а ведь держать кружки в буфете тоже логично.
– Это почему?
– В нем расстояние между полками гораздо меньше, а значит, нет кучи пустого пространства. – Она кивнула в сторону шкафчиков. – Куда вот ты денешь теперь миски, а?
Я уязвленно прищурился, и только после этого Шарлотта наконец-то отпила свой кофе. Если бы не чашка, я бы наверняка увидел, как эти розовые губки самодовольно посылают меня куда подальше. Вообще, нам обоим нечем было заняться до завтрашнего собеседования, но только я был от этого как на иголках. Я резко встал из-за стола.
– Я потом подыщу им место получше.
– Конечно, – пробурчала Шарлотта себе под нос.
– А сейчас я пойду на пробежку.
Я соврал. На деле же я собирался медленно прогуливаться по окрестностям, но ей об этом знать было вовсе не обязательно.
Она, в свою очередь, быстро перевела взгляд на мое колено:
– Тебе вообще можно бегать?
– Кто тебе рассказал?
И снова чашка застыла в дюйме от ее губ.
– Ричард.
Я не переставал всматриваться в ее глаза. И мое сердце забилось в бешеном темпе.
– Это твой парень?
Кого вообще зовут Ричардом? Имя для старика. Черт, а может, он действительно старик. Шарлотте нравится всякий ветхий, разваливающийся антиквариат, так что, возможно, она завела себе семидесятилетнего дедулю, чтобы тот сочетался с ее одержимостью двухсотлетними домами.
Я с огромным трудом разжал челюсть. Шарлотта улыбнулась:
– Это сожитель и парень, который совсем не парень, моей тети Дафны.
Я с облегчением расслабил плечи. Тьфу ты, надеюсь, она этого не заметила…
– Я…
Она помахала рукой, прося замолчать:
– Даже не пытайся понять. Мне кажется, они сейчас состоят в гражданском браке, после десяти-то лет вместе. Дафне просто ярлыки не нравятся. – Шарлотта расплылась в улыбке. – Наручники как раз им принадлежат.
– Вау, как же я рад об этом знать.
Услышав мой сухой, саркастичный ответ, она рассмеялась.
Ее смех звучал у меня в голове всю прогулку. Пять миль [21] я шел так медленно, что почти не следил за направлением, пока не оказался в центре Траверс-Сити. Магазины и рестораны выглядели очень чисто и аккуратно, из-за чего сразу было понятно, что принадлежали они туристическому городу. А учитывая постоянно попадающуюся на глаза водную гладь… Сложно было даже представить, как много людей здесь собирается летом и осенью. Даже сейчас тут было предостаточно народу: сказывалось весеннее потепление.
Я остановился перед магазином, торгующим мороженым, и подыскал рядом с ним деревянную скамейку. Несмотря на жгучую боль в колене, я чувствовал, как мышцы разогрелись.
– Берк.
Я распахнул глаза. Рядом со мной стояла Шарлотта в больших черных солнцезащитных очках. Она была в ярко-голубом платке, который защищал ее лицо от непослушных рыжих прядей.
– Тебя подвезти домой?
Мое колено хотело согласиться. И хотело настойчиво. Я же просто пристально посмотрел на девушку, задрав голову:
– Нет.
Она посмотрела на меня сверху вниз. Ну как же я не любил, когда Шарлотта оказывалась выше меня! Я силой заставил себя встать со скамейки, но тут же прикусил кончик языка, когда почувствовал, будто кто-то вонзил нож в коленную чашечку.
– Ладно, сдаюсь, – нехотя добавил я.
Она коварно заулыбалась:
– Тебе куда-нибудь нужно заглянуть, пока мы не уехали?
Я покачал головой. Вдруг какой-то подросток, стоявший через дорогу, посмотрел на меня, а затем стал что-то нашептывать своему товарищу и показывать в мою сторону пальцем. Я стыдливо опустил голову, дождался, когда Шарлотта откроет машину, и тут же проскользнул внутрь салона.
Если бы мой физиотерапевт жила здесь, то за эту прогулку она задала бы мне такую взбучку…
Каким-то невероятным образом даже на автомобильной консоли лежали восемнадцать резинок для волос. Я взял одну в руки и принялся изучать ее на свету.
– Ты же в курсе, что тебе не обязательно их тут держать? Могла бы и дома оставить.
– Конечно, могла бы.
– К слову, сегодня утром я достал из зубной пасты рыжий волос.
Она захихикала:
– Врешь.
Я не врал, но решил не спорить. Она же рассеянно протянула мне сумку:
– Подержи. Не хочу кидать на заднее сиденье.
– Что, гонщица, ждешь, что машину будет заносить на поворотах?
Шарлотта вздохнула:
– Ну, если только во время полицейской погони.
Я приоткрыл сумку и аккуратно достал оттуда первую из двух книг. «Современные дома Америки». Она была сильно повреждена, местами порвана. Особенно рваными и потрепанными были ее края. Страницы пожелтели, а от самой сумки несло затхлостью.
– Надеюсь, ты не заплатила за этот кошмар.
– Она стоила мне сотню долларов, – зыркнула Шарлотта в мою сторону.
Я присвистнул:
– Вот как тебя обдурили…
– Эта книга, на минуточку, – похлопала она по обложке, – тысяча девятьсот тридцать второго года. Ты вот открой ее.
Я нехотя повиновался. Внутри меня ждала целая куча архитектурных элементов, домов и планировок зданий. Вскоре я наткнулся на схему огромного дома-коробки, очень похожего на Кэмпбелл-хаус. Она была подписана: «Неоколониальный стиль». И я принялся изучать на страницах местные планировки, периодически фыркая.
– Ну что?
Я прошелся глазами еще по парочке изображений.
– Да нет, ничего.
Я должен был догадаться, что проявить интерес к одной из этих полуразвалившихся книг и не объяснить причину – это худшее, что я мог сделать с Шарлоттой Каннингем.
