Магфиг. Отпуск?! Будни, или Зловещая месть хомяка. Новогодняя суета - Кружевский Дмитрий Сергеевич
– Здравствуйте, я ваш новый учитель труда. Зовут меня Ярослав Сергеевич Краснов, но так как вы все равно между собой меня так звать не будете, а придумаете какую-нибудь кличку, то к вам будет всего лишь одна просьба… Зовите меня…
Новогодняя суета
Мое пробуждение началось с грохота и истошного девичьего вопля, призывающего на голову одного пушистого оглоеда всевозможные вселенские кары, пришествие Ктулху, а также Макаронного Монстра во все дыры. Последнее заставило меня несколько призадуматься, затем саркастически приподнять бровь от нарисовавшейся в мозгу сюрреалистической картины, сделать засечку на извилине о необходимости лекции о правильном применении некоторых идиом и, протяжно зевнув, открыть глаза.
Утро уже вовсю красило нежным светом лежавшие за окном снега и угрюмо чистящего от них дорожку бородатого мужичка не особо высокого роста, паровозные звуки пыхтения которого были слышны даже сквозь плотно закрытые окна. Впрочем, ему полезно. Я с хрустом потянулся и, заметив краем глаза стремительное движение так и не севшей на диету «черной молнии», отклонился чуток назад, пропуская ее мимо себя и невольно подсчитывая «вагончики» тянущихся за ним сосисок – вышло восемь с половиной, причем половина уже находилась в пасти расплывавшейся на стене кошачьей растопырки.
– Поймала!
Сияющий неоном огонек вынырнул откуда-то из стены и тут же выпрыгнул вниз рыжеволосой худощавой девушкой в облегающем изумрудном комбинезоне. Отлепив растопырку от стены, она с довольным видом уставилась на болтавшегося в ее руке упитанного черного кота, коий с невозмутимым видом продолжал дело по уменьшению количества свисающего из его пасти мясосодержащего продукта.
– Ну и что мы тут за гонки устроили? – поинтересовался я, одним быстрым движением перемещая тонкое шелковое одеяло на свою тушку и превращая его в импровизированную тогу.
– Нер, ой, – пискнула девушка. – А вы что… это… еще спали?
– Нет, блин, дикобразов бергейских изучал…
– Кого? – заинтересованно подалась вперед та.
Я вздохнул и воздел глаза к потолку.
– Неважно. Что там у вас опять случилось?
– Да вот, сестра с Глафирой готовят, а этот им мешает, да еще куски постоянно таскает.
– Я не этот, – буркнул Батон, смотря на меня умоляющим взором своих больших ангельсконевинных очей. – Я дегустатор.
– Кто? – удивилась девушка.
– Дегустатор, – важно заявил Батон, скрещивая лапы на груди. – И это, кота опусти.
Зеленые глаза девушки как-то нехорошо блеснули, а в рыжих волосах сверкнули разряды молний.
– Отпусти, говоришь, ну ладно…
Быстрый взмах руки, возмущенный мявк, и аэробус авиакомпании «Батонио» ушел в свой полет прямо через быстро распахнувшееся окно. Пролетая над строившими снежный городок гномами, он передал им пламенный привет и, немного не долетев до забора, с протяжным завыванием вошел в крутое пике, воткнувшись в сугроб по самые… вот по самые… по самый хвост, в общем. Гномы сразу же выслали спасательную команду, ибо снегу в этом году намело немало, на улице стоял бодрящий морозец, а дышать хвостом кот не умел, да и отморозить мог все что угодно…
– Рей, а ты не переборщила? – спросил я, подходя к окну и закрывая его. – Холодно ведь.
– Переборщила? – девушка озорно прищурила глаза, демонстративно щелкнула пальцами, отчего над торчащим из снега «черным штырем» появилось небольшое облачко, тут же пролившееся вниз потоками воды, и, невинно хлопнув ресницами, добавила: – Ну разве совсем немного, нер.
Вот, блин, вся в сестренку, я проводил взглядом исчезнувший в стене огонек, избавился от тоги и, быстро одевшись, спустился вниз в гостиную, по пути заглянув на кухню. Ну как заглянул… сунулся туда и тут же с воплем «да ну его нафиг, не, ну вы видели» выскочил как ошпаренный, ибо сегодня кухня превратилась в самый настоящий филиал ада. Там что-то дымилось, булькало, шкворчало, рычало, плевалось маслом – и все это под задорную мелодию из перестука ножей и ударную дозу различных ароматов, от которых мое обоняние впало в несколько коматозное состояние. Кстати, кажется, где-то в сокрытых клубами пара кухонных глубинах я слышал истошный голос Гордона Рамзи, умолявшего отпустить его к мамочке.
В общем, я решил не рисковать, да и не похоже, чтобы нашим дамам нужна была какая-либо помощь, но не успел я сделать и пары шагов, как мою шею обхватили две самые прекрасные на свете руки.
– Проснулся, лежебока.
– Угусь, – кивнул я, резко оборачиваясь и притягивая к себе взвизгнувшую жену, которая раскинула руки в сторону, чтобы не запачкать меня мукой. – А вы там что с Глафирой устроили, батальон драконов накормить, что ли, решили?
– Да батальон драконов жрет куда меньше, чем вы, – раздался из кухни зычный глас Глафиры. – Ирен, ты что там застыла, все любования на завтра, у нас тут работы целый воз.
– Извини, дорогой, – Ирен усмехнулась и, надув губы, пробубнила, явно пародируя мою бывшую домоправительницу: – Главное в праздновании – это разнообразная и сытная еда.
– И побольше… – добавил я.
Жена задорно рассмеялась и, приложившись своими бледно-алыми устами к моим, исчезла в выползшем из кухни языке пара. Мне оставалось только вздохнуть и отправиться в гостиную, где я и застал сидевшего в одиночестве с чашкой чая Криса, который жевал с задумчивым видом сушку с маком, изредка макая ее в чай. Заслышав меня, молодой мужчина встрепенулся и приветственно отсалютовал мне бокалом.
– Ну, и как съездили? – поинтересовался я, опускаясь в кресло напротив.
– Нормально. Всех проведали, гнездо посетили, прибрались чуток. Кстати, в твой старый дом так никого и не заселили, так что мы с Лицией там иногда ночуем. Ты же не против?
Я воздел согнутые в локтях руки вверх.
– Да делайте что хотите, мой дом тут, а туда я возвращаться пока не собираюсь.
– Я так и подумал, – Крис продемонстрировал мне свою острозубую улыбку. – Кстати, неплохие сушки, будешь.
– Сам грызи, зубастенький. Пантелей, можно мне кофе.
Воздух рядом со стоящим между кресел небольшим столиком заколыхался, явив нашему взору невысокого бородатого мужичка с густой бородой, облаченного в подпоясанный веревкой добротный кафтан.
– Вам какого кофею, хозяин, обычного, аль, может, желудевого, цикория или этого, прости господи, купулино.
– Вот последнего, если можно, или у нас опять кофеварка того?
– С чудной машиной заморской все нормально, взрыва не было, – заверил меня домовой. – Вот только ваша любава, повариха и госпожа в серебряной чешуе (он быстро покосился на невозмутимого Криса) на кухне настоящий бедлам развели, не повернешься, но кофея для вас будет.
Он исчез в воздухе, а я вопросительно посмотрел на Криса, поинтересовавшись:
– Твоя готовить стала?
– Учится…
– И как?
Крис медленно повернул голову и тяжело выдохнул:
– Сушки сегодня вкусные – попробуй.
Так-с, значит, не показалось: похудел, мешки под глазами, щеки впали, отчего улыбка похожа на оскал… Ну что сказать… кушать блюда любимой в момент ее самостоятельного обучения тот еще квест и лишние расходы на туалетную бумагу – тут главное выжить. Причем делать это следует с улыбкой на лице и слезами благодарности в глазах, иначе ваша любимая расстроится, начнет экспериментировать и все – капут. Есть вот это «подгоревше-шевелящееся подозрительно фиолетового цвета» не каждый сможет, особенно когда оно само в глотку лезет. Хорошо у нас с Ирен обошлось без этого, ибо основы кулинарии она знала, а остальному обучилась довольно быстро, да и Глафира подмогла. А вот Крису не свезло. С другой стороны, зачем дракону кулинарные изыски, поймал кабанчика, дыхнул огнем – шашлычок. Можно его еще разными травками в различные отверстия перед этим напихать, но энто для гурманов.
– Папа!
Я едва успел вскочить с кресла, распахивая объятия, как в них влетело около двадцати пяти килограммов радостного счастья. Я крутанулся на месте, подкидывая сына вверх к самому потолку и вновь подставляя руки, но он по-змеиному увернулся, сделал кульбит в воздухе и, приземлившись на ноги, посмотрел на меня с укоризной:
