Магфиг. Отпуск?! Будни, или Зловещая месть хомяка. Новогодняя суета - Кружевский Дмитрий Сергеевич
– Ты как, милый? – заботливо поинтересовалась Ирен, усаживаясь мне на колени и обнимая меня за шею – Справился?
– Еще как, хотя сын удивляет, сразу с двумя девочками крутит…
Глаза жены озорно блеснули.
– Ну да, странно, в кого это он такой, не в курсе случайно?
Я притянул к себе жену, улыбаясь ей своей самой искренне-невинной улыбкой, и, чмокнув в губы, замотал головой:
– Вообще не в курсах. Кстати, ты видела, что твоя сестренка с нашим котейкой сотворила? – я указал глазами на стоящую у входа в большом тазу ледяную статую кота, судя по всему, изображавшего летящего куда-то по своим делам Супермена. – Ну и что нам с ним делать? Не, я понимаю, что он кот волшебный, от такого лапы не двинет, но все же…
– Муж, ну ты у меня иногда как маленький, пусти.
Ирен хлопнула меня ладошкой по лбу, заставив разжать объятия, и, вскочив с колен, скрылась на кухне, появившись буквально через пару минут с руками за спиной. Озорно подмигнув мне, она вытянула правую руку вперед, демонстрируя болтающуюся на куске бечевки небольшую колбаску.
– Батон, твоя любимая кровяная, последняя, между прочим, осталась.
Глаз Батона дернулся, скосился на колбасу, а по льду с треском побежали едва заметные трещины.
– А может, Дорофеичу оставить, – продолжала меж тем Ирен. – Он ведь ее очень любит с пивком.
Треск, брызги воды. Батон с невозмутимым видом отряхнулся ото льда, пригладил лапой топорщащуюся на голове шерсть, достал из-за спины трость, вставил в глаз монокль и, подойдя к Ирен, молча забрал протянутую ему колбасу, поцеловал ей ручку, после чего, горделиво вышагивая, удалился на второй этаж, оставляя на ступенях мокрые следы.
– Проблема решена, – констатировала Ирен, отряхивая руки. – Что там с гостями?
Я посмотрел на часы, стрелки которых приближались к десяти.
– Должны уже подъезжать. Пойду у ворот подожду.
Вовремя. Я едва успел спуститься с парадного крыльца дома, как ворота распахнулись, а деловитый гном в желтом жилете и каске с наушниками принялся руководить светящимися жезлами парковкой старой «газели». Гости прибыли. Минут на десять я погрузился в приветствия, дружеские объятия и обязательные чмоканья в различные части физиономии. Не, знакомые из академии время от времени у меня бывают, тот же Гоймерыч иногда заглядывает, Алана и Тео довольно часто, а их близнецы так почитай вообще каждое лето у нас проводят – совсем уже как родные. Вот и сейчас они быстро поздоровались и тут же умчались в сторону горки, быстро сориентировавшись, где разворачивается основное веселье для их братии. А вот Эрнесту с Гаем я не видел лет пять точно, да и с Греем последний раз встречались на нашей с Ирен свадьбе… а уж его жену так вообще ни разу не видел. Насколько мне известно, отец не очень одобрил его выбор, и тому пришлось жениться чуть ли не втайне, после чего они с супругой сбежали в какой-то малоизвестный мир и вернулись совсем недавно. Интересно, кого это он подцепил. Я посмотрел на закутанную с ног до головы худенькую фигурку, скромно прячущуюся за его не очень-то широкой спиной.
– Здравствуйте, нер.
А Грей довольно-таки заматерел за эти годы, и вместо нескладного юноши, любящего читать книги в полном одиночестве, теперь передо мной стоял молодой крепкий мужчина, явно несколько потрепанный жизнью, но не потерявший живого блеска в своих глазах.
– Привет, Грей, – я приветственно хлопнул его по плечу, затем обнял. – Рад, что смог выбраться ко мне.
– Я тоже рад, учитель, – сказал тот, отстраняясь и подталкивая ко мне кутающуюся в одежды фигуру. – Знакомьтесь, это Лаина, моя жена.
Девушка неуверенно шагнула ближе и скинула капюшон своего длиннополого пальто, заставив меня удивленно вскинуть брови, ибо от рассыпавшегося по ее плечам золотистого водопада волос шло явно заметное свечение. Так, стоп, что-то про такое в «Энциклопедии рас» я читал, давно правда это было, но…
– Можно?
Я протянул руку к ее воротнику и, после короткого перегляда молодых и их совместного кивка, немного отодвинул его в сторону и тут же вернул обратно. Крылья – это явно крылья, необычные, словно сотканные из лучей неведомой золотистой энергии.
– Так ты из расы серафимов?
Гостья виновато улыбнулась.
– Здорово, не видел еще таких, как ты. Это поэтому отец был против?
Грей молча кивнул.
М-дя, неудивительно. Грей – сын одного из так называемых темных властелинов, к тому же раса серафимов, если верить все той же энциклопедии, однажды объявила самую настоящую войну магам и магическим созданиям в различных измерениях, но проиграла и была запечатана в свое мире. Со временем эту печать сняли, но серафимов до сих пор много где недолюбливают, а уж темные и подавно, ибо там вообще древняя вражда. Впрочем, нам не привыкать, у нас тут в компании вообще у всех союзы дюже странные, так что одним больше – совсем незаметно, но уже веселее.
– Хорошо, ребят, – сказал я, подмигивая и незаметно показывая Грею большой палец, отчего тот расплылся в счастливой улыбке, – давайте в дом, Ирен там вам все покажет, а я тут пока с вашим извозчиком рассчитаюсь.
Дождавшись, пока гости удалятся, я подошел к стоящему у своего микроавтобуса водителю.
– Дядя Васо, как там мои гости, не слишком докучали в дороге?
– Какое там докучали, дорогой, ехали как мышки, истории им рассказывал про дедушку Звиада, и как он барана на шашлык ходил покупать в Якутии, а пришел с молодой женой, много смеялись. Золото у тебя, а не гости.
– Да, ребята хорошие, – согласился я. – Большинство мои ученики.
– Вах, – вскинул руку Васо. – Сразу видно, все в учителя, мой сын после твоих уроков такой швабра сделал – красота. Каждый день любуюсь. Мать радуется, когда пол моет. А ведь был точно молодой баран, совсем без рук.
– Зря вы на него, дядя Васо, наговариваете, он у вас мальчуган рукастый. Кстати, сколько с меня?
– Какое столько, дорогой, генацвале Дорофеич мне машину знаешь как сделал, прет как танк. Мотор шепчет, вот послушай, – он сунул руку в открытую дверь и повернул ключ, заставив старую «газельку» утробно заурчать, позвякивая и скрипя плохо подогнанными сочленениями. – Слышишь – пэсня. Так что какие деньги. Я к нему еще после праздников заеду, обещал еще немного подрегулировать, говорит – полетит.
– Вот этого я как раз и боюсь, – вздохнул я. – Ладно, дядя Васо, с наступающим вас и привет тете Гале.
Тот в ответ хлопнул меня на прощание по плечу, забрался в кабину и захлопнул дверь. Хороший человек – безотказный, еще в молодости во времена Союза перебрался сюда с Владивостока, где жил и работал после службы в армии, да так и остался, со временем обзаведясь женой и хозяйством. Но самое главное, что он никогда не задавал лишних вопросов и особо не удивлялся увиденным чудесам, даже говорящего Батона воспринял совершенно спокойно, а уж когда узнал об увлечении его рыбалкой… В общем, практически все лето они проводили в разъездах по местным озерам и речушкам, забираясь в такие дебри, что пару раз нам с Крисом приходилось их в буквальном смысле вытаскивать когтями за шкирки. Ладно, все в сборе, пора и на стол накрывать.
Время стремительно катилось к полуночи, заставив отложить все разговоры и воспоминания на потом. Все стали рассаживаться за накрытый в гостиной стол, попытавшись зазвать детей, но те, нагрузившись вкусняшками и лимонадом, дружно отказались, отправившись на горку подкармливать катающихся там друзей. Наверное, оно и к лучшему, что им тут сидеть со старперами, слушать их пустопорожнюю болтовню, а подарки из-под елки никуда не денутся.
– Нер, а я вам небольшой подарок привезла.
Елки! Я резко развернулся на стуле. Точно Глай, а она то тут откуда, вроде среди прибывших ее не было.
– Ты как тут…
– Сек-рет, – кокетливо улыбнулась эльфийка, протягивая мне на серебряном подносе тортик с торчащими во все стороны заячьими ушами и лапами.
Мой глаз нервно дернулся.
– Нер, они из безе, не бойтесь, – длинные ресницы девушки невинно захлопали, словно крылья бабочки, а зеленая одежда при приближении стала стремительно терять свою плотность, приоткрывая очертания гибкого тела.
