Пряжа судьбы. Саги о верингах в 2 кн. Книга 1 - Вяземский Юрий (книги серия книги читать бесплатно полностью .txt, .fb2) 📗
Когда Эйнару об этом сообщили, он сказал:
– Хочешь нажить врага, сделай человеку много добра.
Пока хоронили Кальва и пили тризну, Эйнар не только не делил ложа с Гунн, но ни разу не заговорил с ней и даже не смотрел в ее сторону. Когда же поминки закончились, Эйнар пришел в ее горницу, выгнал рабыню, запер дверь изнутри и сказал:
– Настала твоя очередь, лисица.
Лицо у Эйнара было ужасным. Но Гунн смело глянула в это лицо и сказала:
– Я знаю, что ты думаешь. Но клянусь Одином, которого ты чтишь, я не виновата перед тобой. Он не посвящал меня в свои планы. Он меня так же использовал, как хотел использовать тебя.
– Зря виляешь хвостом, не поможет, – ответил Эйнар, снял с себя пояс и сделал из него петлю. А Гунн сказала:
– Тогда я сообщу тебе, что я от тебя беременна и рожу тебе сына, когда придет время.
У Эйнара пожелтело лицо, а глаза побелели – обычно у него было наоборот. Он набросил пояс на шею Гунн и затянул петлю.
А Гунн сказала:
– Нетрудно убить лису. Но неужели не жалко волчонка?
Другой конец пояса Эйнар перекинул через потолочную балку и потянул на себя, так что Гунн пришлось встать на цыпочки, чтобы не задохнуться. Она то ли закашлялась, то ли захихикала, то ли залаяла. И Эйнар услышал такие слова:
– Скоро еще… двое мертвецов… будут к тебе…
Эйнар не дал ей договорить и сильнее затянул петлю. Но почти тут же отпустил пояс, сбросил его с балки, отпер дверь и пошел к своей спальной нише, ведя Гунн на привязи, как козу или собаку. Рабу он велел позвать всех, кто случится поблизости. Когда люди пришли, у своей кровати Эйнар объявил, что он отказывается от брачных клятв, и Гунн ему больше не жена. Затем, не снимая с нее удавки, он повлек женщину к главным дверям дома и там повторил те слова, которые сказал возле постели. А потом отшвырнул конец пояса и ушел в дом.
Петлю с Гунн снял Отар Служанка, а Матти Сутулый разыскал двух финнов и велел им проводить Гунн до Вороньего камня.
Никто из людей не понял, почему их предводитель так сурово обошелся с той, кого считали его женой. Но расспрашивать Эйнара никому не захотелось.
И лишь Логи Финн не смог сдержать своей радости и сказал Эйнару:
– Ну вот, наконец, избавился от Лединга и освободился от Дроми. – В те времена на языке северных людей это означало преодоление серьезных неприятностей.
Эйнар ему не ответил.
На следующий день он поровну разделил бьярмскую добычу, не только среди тех, кто вместе с ним плавал, но и среди тех, кто оставался в Альте и следил за хозяйством.
А еще через день объявил, что намерен переселиться на юг в Землю Квенов и возьмет с собой всех, кто за ним последует, но никого не неволит и всем желает удачи.
Некоторые из людей решили остаться в Финнмарке, другие – вернуться на Лофотенские острова. Но многие захотели и дальше служить Эйнару Себезакону, и среди них Логи Финн, трое берсерков – Берси Сильный, Грим Копченый, Свейн Рыло, – а также Торир Длинный Кеннинг, Отар Служанка, Сигват Обидчивый, Эрлинг Добрый и Матти Сутулый.
Всё это случилось в том году, когда в далекой Ирландии викинги из разных земель объединились под властью Олава Хвитти. Но об этом пусть другие саги рассказывают.
67 Из Финнмарка Эйнар со своими людьми переселился на юг, но не в Страну Квенов, а в Балагардссиду, на берег Залива Финнов, или Залива Эстов – его по-разному называют, в зависимости от того, с какой стороны этого залива живут. Место, в котором он обосновался, финны называют Порво, а шведы – Борго. Там течет река Порвойоки. Весной на ее западном берегу одуванчики быстро становятся белыми и облетают, а на восточном берегу долго остаются желтыми и семян не дают.
Очень скоро Эйнар Себезакон стал первым человеком в округе и самым богатым в Стране Финнов. Основное его богатство составляли олени. У него было шестьсот прирученных оленей, которых в этих краях называют храна. Были еще несколько десятков стэлхрана – оленей для заманивания, которые очень ценятся у финнов, так как с их помощью они заманивают диких оленей. Оленей своих Эйнар содержал на севере, на границе Финнланда и Финнмарка; там были их пастбища и много людей охраны, состоявшей из финнов и квенов. А в Порво у Эйнара было сорок голов быков и коров, тридцать овец и двадцать свиней. Лошадей он держал главным образом для пахоты.
Корабельный мастер Сигват Обидчивый построил для Эйнара боевой корабль на двадцать гребцов. Нос и корма у него были обиты толстыми железными листами, доходящими до воды. Борта были ниже, чем обычно, выкрашены в яркие краски и украшены изображениями из золота и серебра. На верхушке мачты сидели позолоченные вороны, которые, поворачиваясь, указывали направление ветра. Парус был белый, как снег, и на нем были красные и синие полосы. Надстройка на корме была значительно выше, чем у других кораблей. Доски настила – добротные. Шатер – черного цвета, из толстого и дорогого сукна. Все канаты – из моржовой кожи. Корабль назвали «Волком», потому что его носовой штевень украшала золоченая волчья голова. «Волк» этот был очень быстрым и маневренным, каких немного в Восточном море, и еще меньше в Заливе Финнов.
На «Волке» Эйнар плавал по Восточному морю и его заливам, а на север ходил на лойвах, поднимаясь вверх по реке Порвойоки до озера Лахти, а оттуда – в другие озера и реки, с волоками и без волоков.
Одевался Эйнар под стать своему богатству и своему кораблю. Одежды на нем были из самой дорогой ткани, которую только можно было достать на рынках в Балагардссиде или на Эйсюсле, почти все черного цвета. Гривны, обручья, кольца, фибулы и пуговицы – золотые и полновесные. Лишь на левой руке он носил медное запястье, то самое, которое привез из Бьярмии и которое никогда не снимал.
68 В Балагардссиде Эйнару Себезакону стали служить новые люди.
К трем берсеркам, которые пришли с ним из Финнмарка, – Берси Сильному, Гриму Копченому и Свейну Рыло – прибавились еще пять берсерков.
Первого звали Бьёрн Краснощекий. Как и Берси Сильный, он был медвежьим берсерком. Это был человек высокого роста и крепкого сложения, с рыжей бородой, с темными густыми бровями и смотрел он очень неласково. Краснощеким его прозвали за то, что когда он за один раз убивал несколько людей, лицо у него краснело. Он был свеем, или шведом, как теперь говорят.
Второй тоже был медвежьим берсерком. Звали его Торлак Ревун. Он был невысокого роста, но во время боя так громко и страшно ревел, что у его соратников, которые сражались поблизости от него, иногда закладывало уши, а многие враги пугались и бежали от одного его рева. Про него говорили, что он перед боем жует какие-то то ли грибы, то ли травы, отчего впадает в неистовство и, если ему дать секиру наподобие Злой Великанши – такая секира была у Берси Сильного, и обычный человек с трудом мог оторвать ее от земли, – то он, с виду невзрачный Торлак, этой громадной и тяжелой секирой будет легко размахивать. Не говорится, из каких краев был Торлак Ревун. Сейчас бы его назвали норвежцем.
Третьего звали Кетиль. Он был очень сильным человеком и, по его рассказам, однажды перед тем, как принести в жертву быка, он затеял с ним борьбу, одолел и, зарезав, напился его крови. С тех пор, дескать, он стал берсерком и из оружия предпочитал оглушать врага ударом тяжелого щита, а потом добивал палицей. Он, как следует из рассказа, был бычьим берсерком и свеем по происхождению. Прозвище у него было Немытый, может быть, потому, что он редко ходил в баню, объясняя, что от пара у него кружится голова.
Рэв Косой был четвертым. Он родился в Норланде и называл себя собачьим берсерком, потому, дескать, что в юности его покусала бешеная собака. Он долго болел, ослеп на один глаз, но не умер, как бывает после таких укусов, а поправившись, стал звереть, когда ему приходилось сражаться. Лицом он был безобразен. Несмотря на то, что у него был только один глаз, оставшимся глазом он был очень зорок.
