Конвой - Юнссон Торстен (книги полные версии бесплатно без регистрации TXT, FB2) 📗

— Ньюфаундленд, — ответил Леклерк. — Примерно рифмуется с hand.

— Нюфонленд, — отметил господин в серо-коричневом. — Я запомню.

— Но вы останетесь? — спросил фланелевый.

— Вероятно.

— Что там за будущее? Разве это не доминион [85], где дела обстоят совсем неважно?

— Это не доминион, — ответил Леклерк. — Уже некоторое время как не он, но тогда вы еще ходили в школу и газет не читали.

— Я редко читаю газеты, — сообщил англичанин.

— Как это было? — спросил господин в серо-коричневом.

— В стране, или чем бы это ни было, стоял туман, — сказал Леклерк. — Потом разъяснилось, и мы обнаружили, как плохи наши дела. Threw in the sponge [86].

Господин в серо-коричневом поцокал языком.

— Вам лучше с нами, — сказал фланелевый.

— Так же холодно, такой же туман, столько же леса, — сказал Леклерк. — Такая же херня. Но мне хорошо.

— Это наверняка мужественное занятие, закаляет, — сказал молодой британец.

— You have another whiskey and you feel even more sure about that [87], — сказал Леклерк.

— Oh, I say, — ответил британец.

Два французских морских офицера сидели за маленьким столиком и пили каждый свой «Дюбонне». Оба сидели, положив ногу на ногу, в блестящих черных ботинках и тщательно выглаженных темно-синих форменных брюках. Как обычно, сидели они в одиночестве, изолированные исключительно тем, что тяготились своим неправильным английским и тем, что лишь немногие здесь говорили по-французски.

— Я только что послушал новости, — сказал Арман. — Наступление идет прекрасно. Сегодня захвачены три аэродрома и город, не расслышал, как называется.

— Скоро наша очередь, — сказал Клод.

— Скоро будем пить Дюбонне в Париже, — сказал Арман.

— Дюбо, Дюбон, — и сквозь шум бара и тяжелые волны моря оба услышали, как отъезжают от Порт-де-Лила [88].

В углу у двери стоял самый большой стол в баре, за ним сидели четверо английских sailor-ов и обе лондонские девицы. Они выпили пару бутылок пива, и теперь один из матросов сказал:

— Глотка немного прочистилась, чувствую. Давайте теперь «Налетчика».

— Нет, давайте «Храброго солдата».

— К черту, — заявил первый. — Чертов пехотинец.

— Давайте «Налетчика» [89], — сказал третий.

— А что это? — спросила Энн. — Если про воздушные налеты, то я это слушать не хочу.

— Это про немецкий флот, это песня, — сказал первый. — Готовы?

— Ты начинаешь, — сказал третий.

И обе девицы стали слушать, а матросы запели чистыми мальчишескими голосами:

Пока они пели, шум в баре утих, так что между куплетами было слышно, как снаружи воет ветер и шумят у борта волны. Теперь уже большинство в баре слушали балладу про то, как гросс-адмирал, кореш Гитлера и Геринга, увидел в море великолепный корабль и взял его на абордаж.

Этого Эрих Редер позволять не собирался, так как сделался пиратом, чтобы прокормить себя и братьев.

Подходя к последнему куплету, певцы надрывались изо всех сил, девицы подвывали, и им на помощь пришли из-за других столов в баре, где сидели молодые мужчины в синей английской и сизой канадской форме.

— Что это они поют? — спросил Смит. — Мелодию я слышал на родине.

— Это старая английская пиратская баллада, — сказал Банана. — Вообще она называется по-другому, но парни ее переделали, чтобы подходила к текущей ситуации.

— Вэри вэри найс, — сказал Еврин.

— Итог в высшей степени конечный, — ответил Банана. — Вэри найс.

— Вот зэт? — спросил русский.

— Заканчивается плохо, — пояснил Банана.

— Все красивые песни так, — сказал Еврин.

— Если будет так, как ребята спели, вы не доберетесь и до Монреаля, — пояснил Техас.

— Better хэф drink right эвэй зэн [93], — заявил Еврин. — Hey boy, — крикнул он бармену. — Сейм синг! — Он обвел остальных взглядом и сердечно рассмеялся.

Банана Джо дружелюбно кивнул и Техас улыбнулся узким черным ртом, наморщив щеки. Тут появилась девица МакЛоклин, озираясь в табачном дыму, она уперлась рукой о дверной косяк и держалась за него, когда «Барама» кренилась вниз с волны. Боровский поднялся и пошел к ней.

— Вот вы где, — сказала она. — Я собиралась пойти забрать мальчиков, когда прозвучит гонг.

— Вы еще успеете выпить с нами, — сказал поляк, взяв ее под руку, на которой висел спасательный жилет, и повел к столу.

— А вот и наше украшение стола, — сказал Банана. — Позволите ли оросить лепестки несколькими прохладными и освежающими каплями? Вы должны меня извинить, я успел выпить три мартини и они оказались недурны, так что язык образов уже не очень мне удается.

— В таком случае, думаю, я выпью того же, — сказала Кэтрин.

— Четыре вместо трех! — крикнул Эзра Джону за занавеску.

— Four good ones coming up [94], — крикнул тот в ответ.

— Чем вы занимались? — спросила МакЛоклин.

— Послушали старинную балладу о судне, пошедшем ко дну на пути в Монреаль.

— Но мы как раз туда и собираемся, — заметила она.

— Туда или в какой-нибудь другой канадский порт.

— Почему корабль утонул? — спросила девушка.

— Гросс-адмирал Редер был быстрее, — пояснил Банана. — Это весьма актуальное произведение.

— Вэри вэри найс, — заметил Еврин.

— Хорошо, что я этого не слышала.

— Нам плыть еще не меньше недели, — ответил Банана. — Вам ее не избежать.

— Мы либо послушаем про это, либо испытаем на себе, — сказал Техас.

— You mustn’t be funereal [95], — сказала девушка. — В вашем исполнении это звучит неубедительно.

Через табачный дым и шум голосов снизу, с нижней палубы послышался гонг. Затем — с лестни-цы, а затем молодой стюард, кричавший по утрам, возник в дверях, звеня в латунную луну.