Бастард рода Неллеров. Книга 12 (СИ) - Усов Серг (полные книги TXT, FB2) 📗

Бастард рода Неллеров. Книга 12

Глава 1

Не люблю ехать на более-менее длинные расстояния в карете, они здесь у нас ещё жутко тряские, канатные рессоры — не предел человеческой изобретательности, но в Паргее до иного пока не додумались, а мне не до этого. И так дел было невпроворот, и тут на-те, родная семья подкинула такое, что всю мою распланированную на ближайшие годы жизнь переломало. Точнее, переломает. Пока ещё просто возвращаюсь из Неллера, где участвовал в праздновании первого месяца весны и наступление нового, две тысячи сто десятого, года от явления Создателя. Предпочитаю поездку верхом или в фургоне, у которого и ход намного мягче из-за более длинной базы, и есть где полежать, вытянув ноги, читая книги или просто размышляя, не так как в салоне экипажа на, пусть и мягком, но коротком и узком диванчике. Дорожное неудобство смягчается лишь тем, что карета не моя, а её хозяйка, любимая единокровная сестра Агния, маркиза, полковник, главный маг северного войска в настоящем и комендант столичного гарнизона в ближайшем будущем, сидит сейчас напротив и утешает меня резонными доводами того, что не так уж всё и плохо для меня складывается. Да я и сам, если говорить себе честно, начинаю так считать.

— Удивительная история, Степ, как и всё остальное, что тебе посылает Создатель, — маркиза, хотя и старалась сдерживаться, аристократка всё ж, но глаза у неё увлажнились, и она протёрла их шёлковым платком. Только не пойму, где с Белым Клыком это всё происходило. У нас нет настолько суровых, холодных мест.

Мой косяк. Надо лучше адаптировать земную литературу под местные реалии. Просто сейчас я не очень продумываю сюжет, всё-таки не надиктовывал его Сергию, а рассказывал, что называется, с колёс, сходу, скрашивая наше с красавицей Агнией путешествие. Не всё ж нам о делах рода говорить?

— Где? — жму плечами. — Сам не знаю, Агни. Мне ведь во сне истории приходят. Может на Кольдере, другом северном материке? Хотя тогда у людей, которых я видел, была бы жёлтая кожа, там же других нет. В общем, не знаю. А может Создатель приоткрыл мне что-то из далёкого прошлого или наоборот будущего, когда климат иной. Самому интересно стало. Как-нибудь подумаю, когда будет время на посторонние размышления. — усмехаюсь грустно.

Сказки и повести аббата Степа, пусть не у всех и не надолго, но часто пробуждают в людских сердцах доброту, сострадание и милосердие. Застекленные оконца в карете сняты, чтобы не было душно, поэтому маркизе оказалось достаточным лишь отодвинуть предохранявшую нас от дорожной пыли шторку, чтобы высунуть наружу голову и распорядиться:

— Ирма, можешь вернуться на козлы. Но если ещё раз услышу, как ты хохочешь громче лошадиного ржания, на постоялом дворе отправлю к столбу. — разозлившейся на служанку сестре не захотелось останавливать движение нашей колонны только ради того, чтобы отодрать кнутом разозлившую её рабыню, вот и приказала этой Ирме продолжать путь пешком. Хотя караван идёт не быстро, и всё же девушке пришлось почти три часа шустро перебирать ногами, иногда переходя на бег, что в деревянных башмаках не такое уж лёгкое дело. — Степ, — вернулась она к нашим беседам. — братик, у тебя ведь ещё много времени, чтобы подумать, какие ещё тебе бы хотелось получить блага. Брат и матушка действительно постараются выполнить твои пожелания. А хочешь, давай сейчас вместе подумаем, чего бы тебе в дополнение к уже предложенному хотелось бы получить.

— Спасибо, сестра, за слова поддержки, но мне и выделенного хватит, — я ещё в Неллере всё обдумал. — Вчера я тебе сказал про обиду, но она ж у меня не в адрес нашей семьи, я не ребёнок давно, понимаю, по другому род поступить не мог. Такие предложения, усиливающие нас, поступают не часто, — лукавлю немного. Конечно же мне неприятно, что Неллеры использовали своего бастарда как разменную монету в политике, но, действительно, это вполне в рамках принятого в среде аристократии. Некоторые рода, знаю, поступали со своими отпрысками гораздо-гораздо жёстче. — Обидно бросать множество начатых дел, которые начали приносить заметную прибыль.

— Знаю, — кивнула полковник-маг, сочувствующе посмотрев на единокровного брата. — видела отчёты казначея, когда он их Джею приносил, даже глазам своим не поверила. Только доходы ж всё равно остаются и пойдут на благо семьи. Я, ты слышал, не очень хотела, чтобы Эдвина принять в наш род. Даже не потому, что пьяница и дуэлянт. За ним ведь куча других позорящих дворянина действий тянется, но мама права, у него есть понятия чести, когда речь идёт о верности. Став аббатом Эдвин конечно не увеличит процветание обители, зато получаемые доходы за вычетом орденской доли мимо казны рода не уйдут. В денежных вопросах наш кузен весьма щепетилен и порядочен.

Вообще-то, милорд Уварский, двадцатишестилетний одарённый, является кузеном только Джею с Агнией. Мне он по крови никто. Эдвин сын старшей сестры моей мачехи. Но тут принято и при некровном родстве величаться кузенами. Что ж, мне это всё равно. А вот что не всё равно, так это судьба моих дел. Тут придётся крепко подумать, что и кого забрать с собой, а какие доверить помощникам, контролируя их деятельность дистанционно. Да уж, дистанционно. Можно подумать, тут легко связаться по скайпу или мессенджеру. Нет, придётся письмами с указаниями отдавать распоряжения и посылать людей посмотреть, что происходит. Муторное и долгое дело, но куда деваться? Выбора-то у меня всё равно нет, хотя формально моё мнение спрашивали. Зато есть и положительные моменты в столь радикальных переменах моей судьбы.

— Вчера в трактире, ну, в том, что на развилке, — решаюсь признаться сестре. — ты сказала, что готова сохранить наши разговоры в тайне даже от самых близких.

— Так и есть, — маркиза кивнула, развязав верхний шнурок на блузке под курткой, к полудню крыша экипажа нагрелась, и я давно уже сижу в рубашке. Тут все свои, кого стесняться? — И готова помочь. Не хочешь, чтобы что-то узнали мои брат и мама?

— Да, то, что сейчас тебе скажу, не хочу, — улыбаюсь. — Ничего плохого, просто, пусть продолжают чувствовать передо мной свою вину за принятое решение, это будет побуждать их более внимательно относиться к моим дальнейшим просьбам.

— Ах ты хитрый какой, Степ! — засмеялась.

— Какой уж есть, — развожу руками. — Так вот, Агни. На самом деле я всё больше начинаю видеть положительного в переезде в столицу. Главное, у меня ведь до сих пор не было ничего своего, кроме денег в имперском и верцийском банках и личных вещей. А тут целое имение, Гринфор, владетелем которого я становлюсь в полном объёме феодальных прав. Могу продать, подарить, оставить по наследству кому угодно, сжечь в конце концов, — смешком показываю, что последнее — шутка. — Будет, где развернуться, хотя тётушка Ника и описала честно нынешнее плачевное состояние моих будущих земель.

Торги между новой молодой королевой Хельгой — а я ведь предчувствовал, что моя подруга рано или поздно взгромоздит свою попу на трон Кранца — и родом Неллеров по заключению большой сделки, включающей кардинальскую сутану для моего дядюшки Рональда, до сих пор идут, однако, касаемо меня, вопрос закрылся очень просто, правительница сразу же согласилась передать мне одно из выморочных владений, граничащее с имением Вормских. Собственно, тётушка Ника его и приглядела, как только речь зашла о её любимом племяннике Степе Неллерском.

Сейчас я абсолютно искренен с моей Агнией. Да, поначалу, на том семейном совете в узком кругу, где сообщили, что я должен буду принять кафедру главного столичного храма, меня чуть не разорвало всего изнутри. Нет, ну правда, столько сил потратил на развитие обители и на создание мощных источников дохода для принявшего меня рода, и как это всё бросить? Однако, старался виду не подавать, насколько у меня кипит в душе. Уж не знаю, насколько это получилось.

В предпоследний день зимы ведь ничто не предвещало такого резкого поворота в моей судьбе. Конечно, я уже знал, что Хельга стала правящей королевой, её брат с женой убыли в Саворск, а мой враг виконт Виктор, бывший глава королевского сыска, казнён за измену короне, ну так об этом даже собаки в Неллере уже знали. Только я никак не думал, не полагал, что эти события могут затронуть и проживающего в северной глуши королевства аббата Степа Готлинского. Коснулось, да ещё как.