Бастард рода Неллеров. Книга 12 (СИ) - Усов Серг (полные книги TXT, FB2) 📗
— Вот чего ты опять начинаешь? — отмахивается. — Говорю же, обо всех буду заботиться. А с Иваном, который от Джессики вскоре и вовсе буду ежедневно видеться. Подожди, время быстро летит, не заметишь, как самому захочется иметь своих детей.
Блин, вообще-то эту фразу, насчёт быстро летящего времени и потомства должен был бы произнести я, но ладно, пусть начинает интуитивно впитывать мои подходы к жизни и взгляды.
— Давай я с этим как-нибудь без тебя разберусь, Карл? — предлагаю. — И вообще, если согрелись, освобождайте мне место под берёзовый веничек. Сами не захотели ещё похлестать себя? Нет? Ну, как хотите.
Традиционная русская баня, пожалуй, единственное из моих новшеств, которое не приживётся и покинет этот мир вместе со мной. Даже если своих детей и внуков приучу париться, глобально это ничего не изменит. Вот если бы я попал в более суровый климат, тогда шансы были бы побольше. И пусть так. Хватит с лихвой других моих нововведений. Одно только культивирование сахарной свеклы чего стоит. На нескольких полях герцогского домена и маркизата Агнии уже завершили сев этой культуры, а в мастерских Неллера изготавливают прессы для нарезки свеклы и чаны для её отварки. По моим прикидкам, те деньги, которые Хельга выдавила из нашего рода, мы за счёт продажи сахара окупим уже в ближайший год, а потом целое десятилетие, пока рынок не насытится, будем продолжать загребать серебро лопатой. Да и в последствии потребности в сахаре никуда не денутся, будут только расти. Безумных цен уже не выставить, но прибыль останется высокой.
— Вот теперь можно и плотно пообедать, — отдуваясь после полива меня рабами водой из вёдер, говорю соратникам. — Приглашаю составить мне и братии компанию.
— Степ, если не возражаешь, я бы домой отправился. — попросил лейтенант Ромм. — Юлька ждёт. Она тоже там всего наготовила. Когда успела твои рецепты выучить? И, знаешь, у неё ловко получается.
— Конечно иди, — усмехаюсь с некоторыми нотками зависти. — Не в моих принципах вставать между любящими сердцами. К тому же, о чём пойдёт у меня разговор с помощниками, ты прекрасно знаешь.
Глава 3
Привычка просыпаться рано, не оставившая меня и в этом мире в юном теле, срабатывает даже тогда, когда я засыпаю очень поздно. Сейчас свою роль сыграло ещё и желание посетить серебряный таз за ширмой. Но решил немного потерпеть, не хочу будить сладко спящую миледи Алису, закинувшую во сне на меня ногу и чуть слышно сопящую, уткнувшись носом в покрытую дорогим юстинианским шёлком подушку. Рука у меня сама непроизвольно легла на упругое бедро лейтенанта-мага, а ноздри втянули травяно-цветочный аромат её волос. Долго я смогу так лежать? Что победит во мне, желание не прерывать удовольствие от близости замечательной женщины или естественный позыв организма? Корректного ответа не дождался, ситуация разрешилась благодаря кошке, явившейся в спальню через окно, ничтоже сумняшеся, запрыгнувшей на кровать, протиснувшейся между мной и Алисой и заурчавшей что тот трактор на пахоте. Здоровая выросла, куда той рыси, а ведёт себя порой, как маленькая. Мурзик, тот посолидней будет.
— Котя, — не раскрывая глаз, миледи погладила кошку по голове и спине. Уж где-то с месяц, может больше, та позволяет Адисе себя ласкать, перестала шипеть и царапать до кровавых ран. Хорошо, что лейтенант-маг целитель, иначе почти всё лето ходила бы по обители и в роте с ободранными руками. — Ты когда-нибудь дашь нам нормально поспать?
Мои пушистики, не сомневаюсь, отлично понимали, если не слова, то тон и смысл им сказанного. Поэтому кисуля сочла нужным презрительно фыркнуть, дескать, вас тут раньше не лежало, не нравится, уходи.
— Да ладно, девочки, не ссорьтесь, — потягиваюсь. — Всё равно уже пора вставать.
— Куда так рано? — вздохнула моя любовница. — Твой кузен раньше девяти не проснётся. Любит поспать и вообще, прости Степ, неприятный он тип. За три дня, которые здесь провёл, успел испортить настроение всем.
— За что извинять? — аккуратно встаю с постели под недовольным взглядом не дождавшейся от меня долгих ласк Котьки. — Сам вижу. Но, какой ни есть, а всё ж родня. Уж месяц как официальная. Церемония была проведена, всё в соответствии с нашим неллерским ритуалом. Мне герцог написал ещё месяц назад. Рано? Можно подумать, у меня без дорогого кузена нет, чем заняться.
Мои расчёты, что ситуация с моим переназначением в столицу затянется до поздней осени, не оправдались совсем. Ещё только шестнадцатый день третьего летнего месяца, а мой троюродный, не кровный кузен уже здесь в обители, треплет всем нервы и мне в том числе своими глупостью и активностью, замешанными на оптимизме. Жуткий букет. Бедный мой монастырь. Уже не мой так-то. Милорд Уварский прибыл с пергаментом, подписанным прецептором Николаем, в руках. Заодно и мой, утверждённый лично его высокопреосвященством Рональдом Первым, вручил. Там всё чёрным по белому — настоятелем главного храма Рансбура назначен милорд Степ из рода Неллеров.
Ну, свиток-грамота о жаловании мне манора Гринфор от королевы Хельги Первой — вот так у нас теперь в Кранце, и кардинал и правительница первые своего имени — тоже мною получен. Всё, осталось только передать дела и получить, как говорится, напутствие «скатертью дорога».
Алиса нырнула за ширму после меня. Мы с лейтенантом-магом с весны не то чтобы сожительствуем, но один-два раза в неделю, иногда чаще, она остаётся у меня ночевать. В обители невозможно такое скрыть, да мы особо-то и не таимся. Осуждения ни от кого не наблюдаю. Разве что милорд Карл вначале соизволил шутить на эту тему, и то больше от лёгкой зависти, миледи Паттер ему самому очень нравится. Однако, друг быстро почувствовал, что мне его подколки не сильно нравятся, и, как говорится, с темы съехал.
— Степ, ты позволишь у тебя умыться? — спросила подруга, появившись из-за ширмы.
Для меня шестнадцатилетнего она в свои тридцать два, пожалуй старовата, но для меня настоящего — совсем молодка, девчонка, считай. Так что, по поводу наших отношений не комплексую нисколько. Ещё ж есть моё родовое превосходство. Алиса по любому младший партнёр. И в постели я сумел её удивить. Щёки от гордости надувать не стану, только ей, да и никакой другой женщине, никогда не приходилось ощущать сплава молодого теле и опыта зрелого, да что там зрелого, очень пожилого, мужчины. Как бы не влюбилась всерьёз. Нет, вряд ли. Она баба умная и видит, какая пропасть между нами. Ещё не хватало косплеить Эммануэля и Брижит Макронов в этом магическом мире.
— Не надоело спрашивать каждый раз одно и тоже? — я уже надел подштанники и обулся в домашние войлочные боты. Зову не очень громко, уши мои служанки моют тщательно: — Елена! Ирэн!
Молодые женщины тут же вбежали с водой в тазах и полотенцами. Я махнул рукой в сторону миледи, ей первой умываться, сам сел в кресло-качалку, изготовление этого вида мебели стало очередной статьёй дохода, и стал дожидаться своей очереди.
— Ваше преподобие, — умываясь, Алиса в присутствии служанок обратилась ко мне официально. — Может мне принести вам вассальную клятву как баронету Гринфору? Вчера перед сном пришла такая мысль.
— Мысль хорошая, — одобряю. — Мне нравится. Только вот давай не будем торопиться. Понятно, прецептору Ульяну больше нет смысла интриговать против моего рода, с кардинальской сутаной он пролетел как тонкий деревянный лист над Рансбуром, но мы пока не знаем, насколько он злопамятен. С Наказующими вообще лучше не связываться, тебе ли не знать? Давай этот вопрос отложим. Вот прибудем в столицу, я посоветуюсь с его высокопреосвященством. Как он скажет, так и сделаем. Ты всё? Тогда моя очередь.
Не знаю, на кой чёрт, но всё ж какую-то стеснительность мы с Алисой проявляем, под ручку публично не ходим и вообще демонстрируем удалённость. Из моих покоев вначале ушла она, направилась в казарму, на ней, ещё когда вчера ко мне явилась, была надета офицерская форма, так что, идти в свою квартиру в доходном доме переодеваться ей сейчас не потребовалось. Я вышел спустя пять минут в сопровождении чем-то недовольного, хмурого Мурзика, вернувшегося с крысой в зубах — фу, гадость, не отучи его никак — и, обойдя здание, через плац направился на тренировочную площадку, где меня уже дожидались оба наставника — лейтенант Макс и вернувшийся накануне из учебки Кир Бирюк — капитан Карл Монский и штаб-сержант Николас, пожалуй, самый молодой унтер-офицер в Кранце. Офицеры бывают и помоложе, если дворяне, а вот сержантские лычки к шестнадцати годам вряд ли кому-то ещё удавалось. Тем более, штабного.
