Вторая жизнь барышни Софьи (СИ) - Мягкова Нинель (читать книги без TXT, FB2) 📗
Со всех сторон заговорщикам выгода.
Глава 9.3
Зимородский поспешно склонил голову в покаянии.
— Прошу простить мою дерзость. Завидев столь яркий и прекрасный цветник, я растерял все манеры. Позвольте же загладить вину, сопроводив вас в оранжерею. Господин Зимородский, к вашим услугам.
— Господин Белоярский, — негромко прогудел вдохновитель бунта.
Голос у него оказался низкий, хорошо поставленный, как у певца из храмового хора. Аж мурашками пробрало.
Или то от страха?
Я не дура и не героиня сказок, чтобы на врагов бежать с ножом для писем и мир спасать. Слабая барышня, от роду не державшая ничего острее пера в руках. И тем навредитьне сумею: статью следует писать по горячим следам, а не до того, как происшествие случилось.
В чем сейчас можно обвинить господина Белоярского, кроме повышенного внимания к незнакомкам на грани приличий? Он, насколько я помню из статей, даже занятий не отменял ни разу до тех пор, пока в один жуткий день не вывел старших учеников на вооруженный протест в центр города.
Где большинство мальчишек и полегло.
Но до трагедии еще несколько лет, и ни малейших подозрений господин Белоярский сейчас не вызывает. Приличный, скромный наставник, живет по средствам, ни в чем не замешан. Так и будут позже писать в статьях: «Ничто не предвещало зловещего развития событий».
Получается, началось все именно сейчас. Не просто так он привел своего подручного — а Зимородский, судя по поведению, именно подчиненный, а не приятель: слишком уж часто поглядывает на Белоярского в поисках одобрения.
Заговорщикам для чего-то нужны Воронцовские. И через барышню получить доступ в дом проще всего.
Что делать?
Уводить силой? Так я не родственница и не служанка, после бала за Розалией не услежу. До нее по-любому доберутся сегодня или завтра.
Значит, наоборот, стоит проконтролировать процесс.
Пусть на этом празднике у болезненной наследницы появятся новые верные подруги, а не только ухажер.
— Ну что ж, сопроводите. Если госпожа Воронцовская не против, — пропела я, обернувшись на барышню.
Та замотала головой, не поднимая глаз и по-прежнему полыхая щеками. Засмущалась вкрай, однако следовала матушкиным заветам неукоснительно.
Если обратили внимание — не отказывай.
Тетушка тоже любила повторять подобные тезисы. Особенно мне. Дочери-то позволено нос воротить, а мне, с неженской профессией и средненькой внешностью, выбирать не приходится.
Меня захлестнули ненависть и презрение к мужчинам, что пользуются наивностью жертвы в своих корыстных интересах. Ладно бы за наследством охотились, как Каменецкий. Это хотя бы обыденное зло, каждый пятый брак построен на деньгах. Так нет — втянут целый род в свои темные делишки, а после уничтожат, скрывая преступления.
Не уверена, что Воронцовские полностью невиновны. Вполне возможно, решили присоединиться к бунту, рассчитывая на поддержку нового царя. Опала длится уже несколько поколений, наверняка им надоело сидеть безвылазно в провинции, хочется в столицу.
Но в данный момент они законопослушные граждане, подвергающиеся опасности. А несчастная Розалия и вовсе ни в чем не повинна, кроме желания банального супружеского счастья и детишек.
Мы нестройными рядами проследовали в оранжерею, благо идти было недалеко. В хорошую погоду можно вовсе обойти зал снаружи по террасе, но лезть в бальных туфельках по сугробам не хотелось.
Массивные застекленные двери с трудом распахнулись, выпуская тяжелый, напоенный ароматами цветов и трав воздух. Температура здесь поддерживалась летняя, даже тропическая, влажность тоже зашкаливала, и платья моментально прилипли к телу. За счет вышивки и подкладки приличия все еще соблюдались, но на грани. Меня так вовсе обтянуло до непристойности. Даже Зимородский, которому полагалось ухаживать за барышней Воронцовский, нет-нет да и косился мне в декольте.
Задумка у меня была иной, я рассчитывала скрыться и переждать до окончания бала. Но раз уж пришли, почему бы не воспользоваться ситуацией?
По крайней мере вызывающей статьи о нескольких подряд вальсах с одним кавалером уже удалось избежать. А в прогулке между кустами в компании подруг и новых знакомых точно нет ничего предосудительного. Даже если нас сейчас застанут, слухи не поползут.
Придется Зимородскому ухаживать по всем правилам, не рассчитывая на скорую свадьбу, чтобы замять скандал.
Глава 10.1
Почти сразу же я изрядно пожалела, что привела всю компанию именно в оранжерею, и принялась прикидывать, как утащить их отсюда в музыкальную комнату или в библиотеку. Там тоже тихо и спокойно, но при этом не так жарко.
А мужчины вовсю вились вокруг Розалии и Люды, оставив нас с Тришей любоваться цветами. Если Зимородский трудился по долгу службы, то по Белоярскому было видно, что он получает искреннее удовольствие от общения.
Еще бы. Декольте у Люды поглубже моего будет, и показать ей в отличие от нас, худосочных, есть что.
Зато я больше узнала о Зимородском. Оказывается, он работает в букинистической лавке, а впоследствии ее унаследует как единственный сын владельца. Что ж, не такой уж и мезальянс выходит. Пусть магазинчик захудалый — я про него и не слышала ни разу, но все книжный. Значит, какое-никакое образование у кавалера имеется.
Если бы он не участвовал в заговоре против царя, я бы отступила. С Розалией он явно нашел общий язык и они взахлеб обсуждали недавно вышедший роман о возрожденном мертвеце.
Жуть жуткая, как по мне, но чужие вкусы — потемки.
Мне эта тема еще неприятно напоминала собственную недавнюю смерть и своего рода возрождение. Так что к разговору прислушивалась с опаской.
Кто знает, вдруг и такие ужасы случаются на самом деле?
С Людой беседа велась о более приземленных вещах. Как оказалось, господин Белоярский отменно разбирался в налоговой системе и ценах по уездам и принялся давать советы о том, какие меха выгоднее везти в столицу, а какие стоит сбыть поближе, пусть и подешевле. Всесторонне подкованный молодой человек, сразу видно, что планировал знакомиться с деловыми людьми.
Воронцовские пусть и знатного рода, но заработка не чураются, как многие аристократы. Только в отличие от купцов сами куплей-продажей не занимаются, а сдают в аренду дома — под жилье и магазины. К счастью, наши типографии им не принадлежали, а вот соседние здания очень даже. Что дало мне повод отвлечь Розалию от высокоинтеллектуального спора на тему какой дух опаснее — мстительный или тоскующий:
— Слышала, вам батюшка доверяет некоторые дела вести. Редкий случай в наше время, — зашла издалека.
Недовольный Зимородский тут же попытался переключить внимание барышни обратно на себя:
— Мое восхищение вашими способностями не знает границ!
— Ну что вы, мне пока всего один квартал поручили, — потупилась Воронцовская и метнула быстрый взгляд на меня. — Как раз где издательство «Унгурских ведомостей» расположено. Жаль, что наш прадед часть продал в свое время, иначе выгода ныне была бы вдвое, а то и втрое. У вас весьма преуспевающее предприятие.
Умничка, сразу уловила суть.
— Мы с папенькой как раз подумывали, как вас еще немного разорить, — я сдержанно хихикнула, обозначая шутку. — Столовая для рабочих нам нужна, а пристройка маловата. Не продадите соседний с нами участок?
Оговаривать сделки и заводить полезные знакомства на балу положено, ничего необычного в моем предложении не усмотрят. Зато повод появится в гостях побывать, сблизиться.
— А для чего рабочим столовая? — прогудел своим пробирающим до костей басом господин Белоярский.
Аж от ложбинки Люды отвлекся, услышав интересное.
Тему питания для служащих я подняла специально.
Бунты начались не на пустом месте.
Бедняки получили доступ к начальному образованию. По задумке министерства это должно было стать ступенькой в лучшую жизнь. Но не у всех выходило на нее переступить. И те, у кого не вышло — а их было подавляющее большинство — озлобились на систему и правящую верхушку, обвиняя в собственных неудачах. Они видели контраст между образом жизни тех, кто поднялся, и своим, но не понимали, что пошло не так. А в таких случаях всегда виноваты либо боги, либо царь.
