Пожиратель Тьмы (ЛП) - Сент Кроу Никки (читаемые книги читать онлайн бесплатно полные TXT, FB2) 📗
— Мы с Эшей пойдём в поместье.
— А я? — Уинни скрещивает руки на груди, заранее ожидая драки.
— Ты останешься здесь.
Она наклоняет голову и смотрит на него, выставляя бедро, пока делает это.
— Уин, — говорит он, почти рыча.
— Тень сильнее, когда мы вместе. Сослать меня сюда значит только ослабить её.
— Она права, — говорит Рок.
— Заткнись. Ты ничего не знаешь о тени.
— Ну, половина плюс половина равно одному. Считать я умею.
— Ладно, — Вейн разводит руки, демонстрируя уступчивость. На этом этапе я уже не понимаю, почему он вообще пытается с ней спорить. Она явно всегда побеждает.
— Ты, Эша и я пойдём в поместье, — продолжает он. — Я убью Мифа, чтобы выполнить наше обязательство перед Малакаем, и как только он отдаст нам шляпу, я убью и его тоже.
— Ну уж, нет нужды быть таким пассивно-агрессивным, — Рок наклоняется, подхватывает Файркрекера и прижимает кота к груди. — Малакай делает то, что сделал бы ты или я, если бы нам нужно было сохранить руки чистыми.
— Мне плевать. Я всё равно его убью.
Файркрекер вонзает когти в рубашку Рока и взбирается ему на плечо.
— Считаю своим долгом отметить, что, убив Малакая, мы лишимся потенциального союзника в этой борьбе с Мифами. Марет, её сестра, Эманон, могу гарантировать: они не единственные в Лостленде, кто строит планы по захвату Семи Островов.
— Он вломился на склад, — Вейн скрещивает руки на груди.
— Да, и мог забрать что угодно. Он забрал шляпу.
— В этот раз. А в следующий что заберёт?
— Не убивай его, — наконец говорит Рок, и в его голосе звучит окончательность.
Вейн ворчит, но спор продолжать не пытается.
— Раз уж с этим разобрались, давайте поговорим о нарядах, — Рок тянется почесать Файркрекера под подбородком, и кот льнёт к ласке. — В моём шкафу, возможно, найдётся для тебя костюм, но мне не хватает нескольких бальных платьев для дам.
— Лавка Лии ещё работает? — спрашивает Вейн.
— Да. То же здание. Другой владелец.
— Я их отвезу, — он направляется к двери.
— Можно с тобой?
Вейн останавливается, ладонь на дверной ручке. Он оглядывается на меня, обдумывая просьбу, потом проверяет брата, словно спрашивая разрешения. Рок пожимает плечами.
— Я не владею ею.
— Я бы не отказалась провести больше времени с Уинни, пока оно у нас есть, — говорю я.
Я могла быть королевой целого королевства, но всё равно должна была просить разрешения буквально на всё, что хотела сделать. Привычка до сих пор тянется за мной, как призрак.
— Я была бы рада, — Уинни подходит, продевая руку мне за плечи.
Я согреваюсь под её прикосновением. То, как легко она проявляет нежность, я и восхищаюсь, и не понимаю. При дворе прикосновения были запрещены. Это считалось непристойным, неуместным. Прикасаться можно было только за закрытыми дверями, желательно в темноте. Быть тронутой, нуждаться в контакте кожа к коже, это не было тем, в чём кому-то из нас позволяли признаваться.
— Устроим свидание, — Уинни улыбается мне.
— Тогда пойдём все, — Рок щёлкает пальцами, обращаясь к Джеймсу. — Ты тоже идёшь.
— Я не хочу ходить по магазинам за платьями.
— Пофиг.
Джеймс ворчит, но следует приказу. На своём корабле он, возможно, привык быть главным, но, когда дело касается Рока, и он, и я оба нашли себе достойного соперника.
Фасад лавки Лии напоминает мне полосатые конфеты. Колонны выкрашены в ярко-зелёный, а само здание в нежно-лососёвый розовый. Изящные, тонко вырезанные карнизы позолочены.
Углублённый вход обрамляют два эркера, где несколько деревянных манекенов демонстрируют коллекцию прекрасных платьев: одни бальные, другие дневные.
Рок распахивает дверь, и над ней звякает медный колокольчик. Он придерживает дверь, чтобы вся наша компания протиснулась внутрь.
Мягкий свет мерцает в подвесных сферических плафонах, не слишком отличаясь от освещения в лофте Рока.
За годы жизни в Эверленде у меня сложилось общее ощущение, что мы отстаём в развитии. В наши дворцы приезжали люди с других островов, и, хотя они никогда не говорили об этом прямо, я чувствовала: им не хватает привычных им роскошеств родины.
Бо̀льшая часть нашего освещения была свечной или керосиновой. Лишь в последние несколько лет некоторые торговцы вдоль береговой линии начали давить на Тайный совет, требуя установить современное освещение. Разумеется, совету нравилось держать нас в тёмных веках, буквально. Торговцам так и не удалось многого добиться.
Освещение, которое я вижу здесь, в Даркленде, похоже на какой-то газ. Сферы танцуют светом, словно пламя, запертое в бутылке. Завораживает.
— Мне мерещится? — раздаётся голос из глубины лавки. — Крокодил решил вновь удостоить мою лавку своим присутствием?
— О, не приставай ко мне, Энтони, — говорит Рок. — Я же уже здесь.
Из рядов с платьями выпархивает мужчина, вдвое ниже Рока ростом. На нём чёрный костюм и бабочка того же лососево-розового цвета, что и фасад. Волосы у него осветлены почти до белизны, и борода тоже, так что они резко выделяются на тёмной коже.
В ушах у него поблёскивают несколько зелёных камней в серебряных оправах.
— Приставать к тебе моё любимое хобби, — Энтони останавливается рядом с Роком. — Ты… — он прищуривается и оглядывает его с ног до головы. — Изменился? Что в тебе другое?
— Очень многое, — отвечает Рок.
— Ещё бы, — Энтони тянется, продевает руку под руку Рока и прижимается к нему.
Джеймс делает шаг, проталкивая свой крюк между Роком и Энтони.
Оба мужчины смотрят на Джеймса, и я вижу, как на лице Джеймса вспыхивает внезапное осознание.
— Я… он… — Джеймс сникает. — Пожалуйста, убери от него руки.
Энтони запрокидывает голову.
— О. Ладно. Ладно, — он поднимает взгляд на Рока. — Значит, кому-то наконец удалось тебя захомутать?
— Когда на меня заявляет права красивый пират, кто я такой, чтобы сопротивляться?
Энтони смеётся. Это тот самый глубокий, густой смех, от которого всё вокруг становится легче и воздушнее.
— Всё не так, — говорит Джеймс.
Энтони сжимает ладонь Джеймса, отходя.
— Это не обязано быть чем-то, друг. Просто пусть будет тем, что оно есть.
Рок обхватывает Джеймса рукой и тянет его вниз по проходу, следуя за Энтони.
— Да, Капитан. Просто позволь нам быть тем, кто мы есть.
Я чувствую, как рядом со мной меняется воздух.
— Ты же знаешь, что тоже можешь заявить на него права? — шепчет Уинни.
Эша и Вейн исчезают среди вешалок, делая вид, что рассматривают одежду, а на самом деле тайком выстраивают стратегию. Они только познакомились, но Эша рядом с Роком и Вейном выглядит как дома. Словно они понимают друг друга.
Мы идём вдоль прохода, потом огибаем стойку с простыми хлопковыми платьями. Рок и Джеймс снова попадают в поле зрения. Рок настолько высокий, что его легко заметить среди рядов одежды.
В том, чтобы заявить на что-то, есть власть: решить, что оно принадлежит тебе. Но мне никогда ничего не принадлежало. Пэн похитил меня, когда мне было восемнадцать, и домой я так и не вернулась. Мне не принадлежал даже мой ребёнок, моя плоть и кровь. Её вырвали у меня из рук, тайком увезли в другой мир.
Всё, что у меня когда-либо было, у меня отнимали.
Всё, что было у меня при дворе Эверленда, я знала, глубоко внутри, принадлежало Халду, и он мог вырвать это у меня снова в любую минуту.
— Мне страшно.
Слова срываются с губ, прежде чем я успеваю подумать, чего они могут мне стоить.
Уинни наклоняет голову, разглядывая меня, как деталь пазла, очерчивая мои границы, словно решая, куда я подхожу лучше всего.
— Почему? — спрашивает она.
— Они уже однажды меня бросили. Могут и снова, — в глазах расплываются слёзы. — А теперь у них есть всё это без меня. Я не хочу рушить их равновесие.
— А ты не думала спросить себя, не ты ли и есть равновесие? — фыркает Уинни.
