Очень личная помощница для орка (СИ) - Дружинина Дина (книги регистрация онлайн бесплатно TXT, FB2) 📗
– Ты чуть не утонула, – его голос тих, словно говорит через силу. – Когда я вытащил тебя… ты не дышала. Совсем.
Он замолкает. Пальцы сжимают мою руку чуть сильнее. Отчаянно как-то, будто я могу ускользнуть снова в глубокие воды за бортом.
– Я думал, всё. Конец. Я думал, что потерял тебя.
Я тянусь к нему свободной рукой, он наклоняется ко мне навстречу, и я касаюсь его щеки. Щетина колется, под глазами тени. Он выглядит так, будто не спал эти два дня вообще.
– Ты прыгнул за мной, – шепчу я наугад хоть и не знаю наверняка, просто не могу представить себе другого варианта.
– Конечно!
Я вдруг понимаю, насколько он напуган. Этот огромный орк, который одним взглядом заставляет матросов вытягиваться по струнке, сейчас выглядит потерянным.
– Ты напугала меня, – признаётся он, – будь моя воля, я бы запер тебя здесь. В этой постели. И не выпускал бы ни на шаг».
–Твой личный плен? – улыбаюсь я ему, мне хочется, чтобы он тоже улыбнулся в ответ.
План срабатывает, и его губы чуть дергаются в подобие кривоватой улыбки:
– Да! – Он наклоняется, касается лбом моего лба. – Пока ты не дышала, я тоже не дышал. Просто забыл, как это…
–Я здесь, – шепчу, чуть сжимая его пальцы, – я жива. Всё хорошо.
Он отстраняется чуть-чуть, смотрит в глаза. Потом медленно, осторожно целует меня в висок, в кончик носа, в уголок губ. Вижу, как он сдерживается, в то время как ему хочется стиснуть меня в объятьях, он осторожничает, боится навредить мне. Но я не хочу осторожности.
Приподнимаюсь на локте, тянусь к нему, обхватываю за шею. Он замирает на секунду, а потом отвечает. Поцелуй глубокий, жадный, полный того страха, который он носил в себе два дня. Его руки скользят по моей спине – через ткань рубашки, осторожно, обходя места, где ещё может быть больно.
– Ты вся дрожишь, – бормочет он в мои губы.
– Ты тоже, – хмыкаю я в ответ.
– Ты ещё слабая.
– Тогда будь нежным!
Это всё, что ему нужно. Слегка отстраняется, смотрит на меня – глаза тёмные, почти чёрные затягивают меня в его личную бездну. Сканирует меня, будто не уверен, что все правильно расслышал.
Но я не собираюсь отступать, тяну его за шею к себе ближе. Хочу вдохнуть его запах, почувствовать его прикосновения, кожа к коже.
Он укладывает меня обратно на подушки, но сам теперь ложится рядом. Его руки скользят по моим плечам, вниз по рукам, переплетают пальцы. Целует запястья, там, где бьётся пульс. Потом шею. Место, где бальзам оставил лёгкий аромат мяты. Я вздрагиваю, когда его губы касаются ключицы.
– Ты была вся в синяках и следах огня, – шепчет он
Его пальцы бесконечно гладят мою кожу, как будто это необходимо, чтобы убедиться, что со мной всё в порядкен. Я тянусь к нему, касаюсь его лица, провожу по щеке, по скулам. Оказывается, даже без сознания можно скучать. И теперь я понимаю, что соскучилась невероятно.
Он целует меня снова. Его губы спускаются по шее, к груди, задерживаясь на каждой родинке, на каждом сантиметре кожи.
Я выгибаюсь под его прикосновениями, чувствуя, как страх, его и мой, смешивается с облегчением, и отступает понемногу под его натиском. Одним на двоих.
Наслаждение накатывает волной, тёплой, разливающейся по венам. Бурлящей пузырьками внутри.
Бархаг расстегивает пуговицы своей-моей рубашки медленно, одну за другой, открывая меня сантиметр за сантиметром, разворачивает словно фантик на конфете, и каждый раз целует обнажённую кожу, шепчет, какая я красивая и нежная. Постепенно переходит на жаркие пошлости.
Его руки – грубые от работы с механизмами, но такие нежные сейчас – скользят по моим рёбрам, животу, бедрам. Я запутываю пальцы в его волосах, прижимая ближе. Он все правильно понимает, ныряет вниз и находит губами самую горячую точку, средоточие моего удовольствия.
Нежно и осторожно его язык скользит медленно, лаская, посасывая. Наслаждение нарастает, сладкое, острое, я оживаю под его руками, под его губами.
– Бархаг…Бархаг… пожалуйста… – шепчу я.
Он делает несколько быстрых движений языком, и из моего горла рвётся крик, который я не могу сдержать.
Бархаг рывком поднимается, целует меня в губы. Я чувствую свой вкус на нём, солоноватый, живой. Его тело прижимается ко мне, горячее, сильное, дрожащее от эмоций. Он входит медленно, давая мне время почувствовать каждую секунду, каждый сантиметр. Заполняет меня неотвратимо, пока я стискиваю его внутри, и тут же начинает двигаться, почти полностью выходя из меня и быстро возвращаясь, растягивает, гладит внутри.
Наслаждение захлёстывает нас обоих. Оргазм накрывает нас одновременно. Бархаг замирает внутри, прижимаясь лбом к моему. Пытается восстановить сорванное дыхание. Потом просто лежит рядом, обнимая так крепко, будто боится, что я исчезну.
– Обещай, – говорит он хрипло. – Больше никаких лабораторий. Никаких экспериментов. Пока мы не поймём, что это было.
Я послушно киваю, прижимаясь к его груди.
– Обещаю!
А пока я засыпаю под мерный гул двигателей парохода и стук сердца Бархага, чувствуя, что в его объятиях я точно в безопасности. И ничего больше со мной не случится.
Глава 33
Глава 33
Солнечный зайчик пляшет на краю изящной фарфоровой чашки, упрямо пытаясь ослепить меня. Я щурюсь, отодвигаю чашку чуть в сторону, но луч настойчиво находит новую цель — серебряную ложку, лежащую на краю блюдца. Утро. Тишина. И только глухое, утробное биение сердца «Олимпии» где-то глубоко под нами нарушает абсолютную тишину.
Я сижу в кресле у стола в каюте Бархага. Вернее, в нашей каюте на эти последние дни плавания. От этой мысли щеки теплеют, и я прячу улыбку в чашку с кофе. Аромат горьковатый, бодрящий. С удовольствием вдыхаю запах. Пью маленькими глотками.
Бархаг сидит напротив, листает утренние сводки, но я вижу, как его взгляд раз за разом скользит не по цифрам, а по моим рукам, обернутым вокруг чашки. На тыльной стороне ладоней и запястьях еще видны слабые розовые пятна, следы ожогов, приглушенные лечебным бальзамом с запахом мяты и чего-то древесного. Они не болят, только слегка стягивают кожу, напоминая.
– Ешь, — его голос, низкий и привычно властный, звучит тише обычного. Он откладывает бумаги и пододвигает ко мне тарелку с идеально запеченным омлетом, украшенным зеленью. — Белок нужен для восстановления тканей.
Я вздыхаю, преувеличенно покорно, и отламываю вилкой кусочек.— Доктор Моггарн, если я буду есть каждый раз, когда вы скажете, я не влезу ни в одно из платьев от мадам Везерли к нашему прибытию.— Значит, закажем новые, — парирует он без тени улыбки, но в уголках его темных глаз таится знакомое тепло. — Леди в моем окружении не должны терзаться из-за размера платья. Только из-за сложных рабочих задач.
Я откусываю. Омлет тает во рту, воздушный и нежный. Он прав, как всегда. Я уже почти пришла в себя после… несчастного случая. Слабость отступает, в теле снова живет энергия, беспокойная и требовательная. Она шепчет, что нельзя просто сидеть и ждать, пока все закончится. Нужно действовать. Нужно понять.
Бархаг наблюдает, как я ем. Следит за выражением моего лица, словно стоит ему увидеть какой-то то намёк на боль, так он сразу призовёт всех лекарей. Но ничего такого нет, и его плечи, кажется, немного расслабляются.— После полудня будем в Ларденбридже, — говорит он, отпивая кофе. — У меня там ряд встреч. Контракты, осмотр новых доков. Скучная бумажная работа.— Я могу помочь, — предлагаю я сразу, слишком быстро. — Составить протоколы, подготовить выжимки из договоров…— Ты будешь отдыхать, — он перебивает мягко, но так, что спорить бесполезно. — Прогуляешься по набережной. Ларденбридж славится своими цветочными рынками и кафе. Там тепло даже зимой. Тебе понравится.
Он говорит это, глядя мне в глаза, и я читаю в его взгляде не приказ, а просьбу. “Пожалуйста, просто побудь в безопасности. Дай мне знать, что ты в порядке” Это обезоруживает сильнее любого приказа. Но вообще-то я не та, кого интересуют только красивые платья и вкусные пирожные.
