Скандальная история старой жены (СИ) - Милославская Анастасия (читать хорошую книгу полностью .txt, .fb2) 📗
Ран никогда не интересовался бытом, всё делала я. Мне кажется, скажи я ему однажды, что мы ночуем в шатре, сродни тем, в которых они спят в военных походах, он бы и бровью не повёл.
— Зачем мне приезжать в Занрад? — спрашиваю я.
— Хочу, чтобы врач ещё раз осмотрел тебя.
Паника ошпаривает нутро кипятком.
— Врач? Зачем? — хмыкаю я нарочито небрежно.
— Думаю, ты беременна.
Смотрю в аквамариновые глаза Рана. Они скользят по моему лицу, выискивая малейшие проблески эмоций.
Откуда?! Откуда он знает?
— Я не беременна, — выдаю твёрдо, но внутренне умираю сотни, нет, тысячи раз.
— Зелье было просроченным, Миравель. Ты могла понести от меня. Или… может быть ты спала с кем-то после того, как лекарь в столице осмотрел тебя? Если да, признайся сейчас.
Дыхание спирает, я с силой проталкиваю воздух в лёгкие. Если я действительно беременна, и Ран узнает, моя жизнь превратится в кошмар.
Мне нет дела до его пустых обвинений, уже надоело доказывать, что я никогда не была ни в чём виновна.
— Думай, что хочешь в отношении мужчин, — бросаю коротко. — Но я не беременна, повторяю ещё раз.
Мой ответ Рану не по вкусу. Но от этого внутри даже слаще.
— Я доставлю тебя домой сам. Никаких лошадей.
— Я не могу бросить коня.
Регаран делает знак одному из Хранителей, тот подходит к нам. Муж заставляет меня сказать, какая из лошадей моя, и приказывает своему подчинённому доставить её на отцовское ранчо.
Мне не по душе, что кто-то другой будет ездить на Шае, но сейчас лучше лишний раз не рыпаться.
Затем Регаран даёт своим людям указания, что-то спрашивает у них. Мне приходится ждать. Из обрывков разговора я слышу, что они снаряжают погоню за бунтовщиками.
— Заберёшься мне на спину, поняла? — говорит муж, когда возвращается.
— На спину?! Ты хочешь, чтобы мы полетели? По воздуху?
— Мира, хватит пререкаться.
По мнению Рана лететь безопаснее, чем ехать на коне?
— Дракши… — я тихонько фыркаю, морща нос и отворачиваясь.
Ран бросает на меня хмурый взгляд, но ничего не говорит. Он делает шаг назад. Глаза его блестят в полумраке, будто затянуты голубовато-зелёным льдом.
Проходит пару мгновений, и вот передо мной огромный дракон. Свет фонарей подрагивает, отражая чешую. Его крылья полусложены, глаза горят зелёным светом, а огромные когти впиваются в землю.
Я замираю. Каждый раз, когда Ран принимает истинную форму, оборачиваясь этим ужасным созданием, меня прошивает холодом.
Дракон наклоняет голову, подставляя плечо.
Я сглатываю, радуясь, что на мне брюки, а не юбка. Аккуратно поднимаюсь по ребристым пластинам чешуи и устраиваюсь между плечевых отростков, берясь за них руками.
Дракон выдыхает горячо, гортанно, и взмывает в воздух, заставляя меня зажмуриться.
Ночь пахнет полынью, пылью и далёким дымом. Под нами мелькают редкие костры стоянок вари или погонщиков, тёмные пятна полей и кровли домов.
Поющая Гряда остаётся за спиной. Мы летим низко, едва не касаясь верхушек редких деревьев.
Спустя полчаса дракон делает плавный вираж. Внизу, среди холмов, расстилается знакомое поле Железного Рога. Слабый огонёк мигает у крыльца, видимо, кто-то не спит. Ран снижается, бьёт дважды крыльями и тихо садится.
Я медленно сползаю со спины ящера. Колени дрожат, как и руки. Даже за полчаса полёта я устала. Земля под ногами кажется зыбкой.
Ран обращается в человека почти сразу.
— Как ты себя чувствуешь?
Я давлюсь смешком, закусывая губу. Чувствую себя на грани истерики из-за того, что он пришёл за моим отцом, а теперь ещё и задаёт такие вопросы. За все двенадцать лет брака он никогда не спрашивал у меня, как я себя чувствую.
— Нормально, — бросаю я. — Неужели спрашиваешь из-за ребёнка? Думаешь, я беременна, и он твой?
— Именно так. Пошли в дом.
— Если хочешь, чтобы завтра я приехала в Занрад и позволила лекарю осматривать меня, уходи, — я складываю руки на груди, шумно втягивая воздух. — Не тревожь моего отца. Сейчас не время мучать того, кто может умереть в любую секунду. Или ты думаешь, он куда-то исчезнет в таком состоянии?
— Я думаю, тебе есть, что скрывать, Миравель. Но ты права, он никуда от меня не денется. И если ты ослушаешься, ничто не помешает мне вернуться. А теперь прекрати трястись и иди в дом.
Не могу поверить, что Ран — всегда невозможно упрямый и жестокий — вот так просто отступает. Я киваю ему и, всё ещё шокированная, иду к крыльцу. Поднимаюсь по ступеням, тяну руку к двери, но в последний момент оборачиваюсь.
Мужа уже нет.
Я лишь успеваю заметить, как мелькают в ночной мгле светлые драконьи крылья. И как он взлетел так бесшумно?
Прохожу в дом, ноги сами несут внутрь. Нужно скорее проверить, как там папа. Вдруг он очнулся и объяснит мне происходящее. Расскажет, как вышло, что наша семья докатилась до такого. В глубине души разрастается страх. Вдруг пока я носилась по Эшре в поисках брата, отец умер? Меня долго не было. Лекарь сказал, папа на грани.
Нужно торопиться, иначе нервы не выдержат.
На первом этаже я застаю сидящую в кресле Лайрин. При виде меня она вскакивает на ноги, принимая боевой вид. В руке она держит какую-то бумажку.
— Предупреждаю: я не настроена на ссоры и склоки. Будешь провоцировать — выгоню. Поняла? — выгибаю бровь я. — Сейчас я хочу знать, как себя чувствует папа. Пойду к нему.
— Стой на месте, — чеканит отцовская молодая любовница, выходя вперёд и преграждая мне дорогу. — Хочешь выгнать меня? Ты? Та, которая опозорила имя Кервина? Которая и без проклятого ранения едва не свела его в могилу?
— Давай без этих драм, — я пытаюсь обойти Лайрин.
Точно выгоню её. Она неадекватна.
— Знаешь, что у меня здесь? — девчонка замирает в десятке сантиметров от меня, смотрит зло в упор. Поднимает руку с бумагой и демонстрирует мне. — Это завещание, милочка. Две недели назад Кервин переписал всё на меня. Так кто кого выгонит, а?
Девчонка явно безумна и выдумывает небылицы.
Я весело фыркаю, закатывая глаза:
— Переписал на тебя наследие нашей семьи? Всё вокруг уже несколько поколений принадлежит Ардесам. Мои предки умирали за эту землю, их кости упокоены в недрах Железного Рога. Правда думаешь, что я поверю, будто отец завещал всё молодой любовнице? Нелепость.
Лайрин расплывается в мстительной улыбке. Она медленно разворачивает бумагу, а затем демонстрирует мне:
— Видишь моё имя? А подпись Кервина? А вот и имя поверенного вашей семьи.
Моё веселье испаряется, как по волшебству, как только я вглядываюсь в бумагу. Подпись действительно отцовская, как и имя поверенного, который заведует делами семьи уже минимум тридцать лет.
— Подделка, — шиплю, протягивая руку и выхватывая лист у отцовской любовницы.
Буквы прыгают перед глазами, но я снова и снова продолжаю вчитываться в выведенные тёмными чернилами строки. Просто не могу поверить.
— Это копия. У поверенного оригинал, — медленно произносит Лайрин.
Стоит дата двухнедельной давности. А ещё написано, что где-то есть приложение к документу, согласно которому Лайрин может распоряжаться всем, если отец будет недееспособен.
Прямо как сейчас.
— Вижу, ты уже ознакомилась с самой интересной частью. Пока Кервин не может выполнять свои обязанности владельца ранчо, Железным Рогом управляю я, — выдаёт Лайрин, упирая руки в боки и глядя на меня с превосходством. — На это тоже бумага у поверенного имеется, поняла?
Отец обезумел? Его заставили? Влюбился в девицу, которая ему в дочери годится, и решил таким образом ублажить её?
Слишком много вопросов, ответы на которые я смогу получить только тогда, когда папа придёт в себя.
Я могла бы предположить подставу, но поверенный надёжный человек.
Срываюсь с места и почти бегом взлетаю на второй этаж. Не чувствуя ног захожу в отцовскую спальню, внутри пылает гнев. Хочется потрясти отца, заставить прийти в себя и объясниться.
