Я попала в злую свекровь (СИ) - Вострова Екатерина (читаем книги онлайн бесплатно полностью без сокращений .txt, .fb2) 📗
Михаил не ответил. По пути к главному терему он велел Марусе принести в его покои чистую воду, полотенца и одежду для меня.
Вскоре я уже сидела на краю его постели, пока лекарь осматривал ушибленное колено и промывал содранную кожу на ладонях. Серьезных повреждений он не нашел, велел мне отдыхать и вышел вместе со служанками, после чего Михаил сам закрыл за ними дверь.
Несколько мгновений он стоял ко мне спиной, потом резко повернулся и снова притянул меня к себе.
– Когда мне сказали, что горит твое крыло, я решил, что потерял тебя, – произнес он, прижимаясь губами к моему виску. – Я давно так не боялся, Яся. Пока бежал сюда, думал только об одном: пусть ты останешься жива. Пообещал себе, что, если найду тебя живой, закрою глаза на то, что ты скрыла эту проклятую деревню, и дам тебе еще один шанс.
Его ладонь скользнула по моей щеке, стирая след копоти.
– Только больше не лги мне, хорошо? – тихо сказал Михаил. – Еще одной подобной тайны я уже не прощу.
Я кивнула, не доверяя собственному голосу. После всего случившегося мне хотелось лишь прижаться к нему и убедиться, что он действительно рядом, живой и теплый, а не исчезнет, едва я закрою глаза.
Михаил поцеловал меня. Первое осторожное прикосновение быстро стало требовательнее, отчаяннее, я ответила ему с той же жадностью. Дым все еще стоял в горле, ладони саднили, колено ныло, но все это перестало иметь значение, когда его руки сомкнулись вокруг меня.
Я вдруг поняла, что больше не боюсь собственного чувства. Не чужое тело тянулось к мужу прежней Ярославы, не благодарность заставляла меня искать его губы. Я сама хотела этого упрямого, сурового мужчину, который мог запереть меня из-за ярости, а потом обезуметь от мысли, что не успеет спасти.
Михаил оторвался от моих губ лишь затем, чтобы поцеловать щеку, висок и чувствительную кожу возле уха. Его дыхание сбивалось, пальцы дрожали, когда он провел ладонями по моей спине и потянулся к застежкам испорченной одежды.
– Нужно снять с тебя это, – произнес он хрипло. – Все дымом пропахло.
Я не возразила и снова потянулась к нему, не желая терять даже это короткое расстояние, между нами. Его пальцы расстегнули верхний крючок, ткань ослабла, и в тот же миг из-за пазухи выскользнул сложенный пергамент. Письмо упало прямо между нами.
Я замерла, слишком поздно вспомнив, зачем утром звала Михаила. Он медленно отстранился, поднял пергамент и сразу заметил знакомую печать. Только что горевшее в его взгляде чувство погасло, уступив место настороженности, и я поняла, что худшего момента для правды выбрать было невозможно.
Глава 26
Несколько мгновений Михаил молча рассматривал письмо, затем перевёл взгляд на меня.
– От твоего отца? – Он развернул пергамент.
Я невольно задержала дыхание, наблюдая, как его глаза бегут по строкам.
– Что это? – холодно уточнил он, хотя по-моему и так все было очевидно.
– Скрытое послание. Я… случайно обнаружила его, когда поднесла письмо к огню. – я сделала акцент на слове «случайно». Интересно, если я дурочку изображу это сработает?
– «Если решишь, то от князя помогу избавиться», – медленно прочёл он вслух.
Из его уст слова прозвучали еще страшнее, чем когда я читала их про себя.
– «После прочтения, как всегда, не забудь сжечь», – уже громче сказал он и выделил повторив, – Как всегда!
– Михаил…
– Сколько таких писем было?! – перебил он.
– Я… не знаю. – Я ведь действительно не знала, сколько прежняя Ярослава получала таких приказов от отца, и что еще она успела натворить.
– Конечно. – Михаил коротко усмехнулся, – Ты не знаешь. Так много, что не утруждала себя счетом, я полагаю?
Сидеть под этим взглядом я больше не могла и резко поднялась, хоть колено и отозвалось болью.
– Куда ты? – Михаил перехватил меня за руку прежде, чем я успела отойти. – Я не разрешал тебе уходить!
Я попыталась высвободиться, но он дёрнул меня обратно. Больная нога подвернулась, я потеряла равновесие и буквально упала ему на колени. Михаил машинально обхватил меня за талию.
Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах.
– Ты хоть понимаешь, Ярослава, что я сейчас прочитал? – спросил он уже тише. – Твой отец предлагает тебе избавиться от меня, как от старой лошади. А потом пишет, что земли перейдут под ваш контроль и нового мужа он тебе подберет.
– Я прочитала то же самое, что и ты. Можешь не пересказывать. – я отвела глаза.
Хотелось смотреть куда угодно: на тёмное окно, на собственные пальцы, только не на Михаила. Он же взял меня за подбородок и заставил повернуть лицо к нему.
– И ничего не хочешь мне объяснить? – в голосе звучала плохо сдерживаемая ярость. – На меня смотри, Ярослава! Я с тобой разговариваю.
Я подняла глаза, но ответить всё равно не могла. В голове было пусто, словно вместе с дымом из неё выветрились все мысли. Нужно было что-то сказать, придумать хоть какое-нибудь объяснение, в крайнем случае соврать. Но ни одной убедительной лжи в голову не приходило.
– Почему так, Ярослава? – надрывно спросил он. – Почему каждый раз, стоит мне решить, что больнее ты сделать уже не можешь, как ты наносишь новый удар?
Его большой палец скользнул по моей щеке. Михаил был зол на меня, возможно, сейчас даже ненавидел, но был все еще так близко, что я чувствовала тепло его тела.
– Олег передал мне это письмо ещё до того, как меня увезли в лес, – я наконец заставила себя говорить, – Я его не сожгла. Хотя ты сам видишь, Мстислав велел после прочтения от письма избавиться.
– И что ты хочешь этим сказать?
– Что я оставила его, чтобы показать тебе. Предупредить об опасности, – твердо ответила я. – Просто всё никак не могла решиться.
– Не могла решиться? – прищурился Михаил. – Несколько дней?
– Да, несколько дней! – раздражение вспыхнуло скорее от страха, чем от злости. – Я прекрасно понимала, что ты увидишь эти строки и решишь именно то, что решил сейчас. Что я годами шпионила для отца, собиралась отдать ему твои земли, а заодно ждала, когда он избавит меня от надоевшего мужа.
– А разве письмо говорит о чём-то другом? – резонно спросил Михаил.
– Если бы я хотела выполнить его приказ, письмо давно лежало бы в печи. Ты бы не увидел ни одной строчки! Сегодня утром я попросила позвать тебя именно из-за этого письма, – продолжила я. – Передала дружиннику. Тебе ведь сообщили?
Михаил опустил глаза на письмо.
– Сообщили, я был занят. Но… если бы я пришел, что ты ожидала услышать после этого? – он тряхнул бумагой в руках.
– Ничего хорошего. – у меня вырвался невеселый смешок, – Скорее рассчитывала, что моё заключение станет бессрочным.
Уголок его рта тоже едва дрогнул, но улыбка так и не появилась. Я смотрела на него и лихорадочно думала, что ещё могу сказать. Кажется, всё разумное уже сказала. И тут в памяти неожиданно всплыл один из наших первых разговоров наедине.
Его совершенно серьёзное лицо, рука на моей спине и потрясающее в его мужской логике предложение: раз уж он виноват, то я могу взять своё. Тогда от подобного «извинения» я едва не сбежала. Сейчас идея внезапно перестала казаться настолько нелепой.
Ну что же, князь. Сам когда-то установил правила.
Я медленно подняла руку и провела пальцами по его щеке. Михаил сразу насторожился, однако отстраняться не стал. Наоборот, его ладонь на моей талии едва заметно напряглась.
– Что ты делаешь? – спросил он.
– Думаю, как загладить свою вину. – совершенно серьезно выдала я.
– Ярослава…– В его взгляде мелькнуло подозрение.
– Помнится, когда виноват был ты, у тебя имелся один очень своеобразный способ просить прощения. – невинно произнесла я и придвинулась ближе. – Ты тогда объяснил мне, что это вполне достойное супружеское извинение.
По тому как его глаза подозрительно сузились, я поняла, что он вспомнил,
– Я совсем не то говорил.
– Правда? А мне запомнилось примерно так: «Раз уж я виноват, бери своё».
