Я попала в злую свекровь (СИ) - Вострова Екатерина (читаем книги онлайн бесплатно полностью без сокращений .txt, .fb2) 📗
— Да кто тебе что подсыплет, полоумная ты баба? — заорала кухарка. — Ты сама хуже волка!
— А если опять отрава?!
— А если с голодухи люди падать начнут?!
— Тихо. — я сказала негромко, но этого хватило, чтобы они сразу замолкли.
И тут за моей спиной кто-то кашлянул, я обернулась: в дверях стоял Михаил.
Глава 5
Михаил стоял, опершись плечом о косяк, и смотрел так спокойно, что сразу стало ясно: помогать он не собирается.
Слушает, значит. Ждёт, как я выкручусь. Именно о такой супружеской поддержке я, конечно, и мечтала всю жизнь.
Я перевела взгляд обратно на Прасковью и постаралась заговорить как можно ровнее:
— Открывай кладовую, давай кухарке всё, что нужно, и перестань орать, как на пожаре.
Честно говоря, я не до конца понимала, в чём именно здесь был спор. Что можно брать из кладовой, что нельзя, но одно я знала точно: людей без еды оставлять нельзя.
Прасковья же посмотрела на меня с таким видом, будто ждала чего угодно, но только не этого. Она вцепилась в ключи так, будто я велела ей не кладовую открыть, а голову себе снять.
— Матушка-княгиня… не могу.
— Это ещё почему? — спросила я уже жёстче.
Она покосилась сначала на кухарку, потом на Марусю с Дуняшей, потом на Михаила и опустила глаза.
— Потому что вы сами велели, — выдохнула она. — К заднему ларю не притрагиваться, и к тому, что в дальней кладовой, тоже. Я бы вам сказала… только не при всех.
На кухне повисла тишина. Я заметила, как Михаил перестал подпирать косяк и едва заметно выпрямился. Ничего не сказал, только посмотрел на Прасковью так, что та ещё ниже опустила голову. О чем это она интересно? Что это за секреты у нее со старой Ярославой были?
Я перевела взгляд с неё на кухарку, потом на вытянувшиеся лица служанок и быстро всё взвесила. Что бы там ни было в этой кладовой, разбираться с этим сейчас, при всех, точно не стоит. Мало ли что прежняя Ярослава туда спрятала.
— Хорошо, — сказала я. — Тогда поступим так, кухарка прямо сейчас получает всё, что нужно для Марфы и для обеда, а мы с тобой, Прасковья, спокойно идём в кладовую и смотрим, что там у нас такого важного. Заодно покажешь мне те травы, о которых ты толкуешь.
Кухарка первой вскочила на ноги, будто боялась, что я передумаю. Прасковья поднялась медленнее, сжимая связку в руке. Я кивнула ей, мол, веди, и уже развернулась к двери, когда краем глаза поймала движение. Михаил оказался рядом раньше, чем я успела сделать шаг:
— Прасковья, выдай для кухни все, что нужно сама, а матушка-княгиня пойдёт со мной. У меня к ней срочное дело.
Я медленно повернула голову к князю. Нет, ну какая прелесть. Сам вытащил меня из комнаты, дал мне влезть в кухонную свару. А теперь, когда мне стало хоть немного интересно, у него вдруг дело. Сам бы и разбирался тогда.
Но в слух я этого, разумеется, не сказала. Князь тем временем перевёл взгляд на Марусю и Дуняшу:
— Останетесь здесь, поможете на кухне, а княгиню я сам провожу.
Служанки тут же поклонились, Дуняша, кажется, даже облегчённо. Прасковья на мгновение застыла со своей связкой, но кухарка успела ухватить её за локоть и потащить к кладовой.
Михаил направился к выходу, не оглядываясь. Я пошла следом, а куда деваться? Слуги кланялись нам по дороге, я кивала в ответ и пыталась угадать, что за срочное дело. Марфе хуже? Кто-то ещё что-то натворил? Или, может, в доме всплыла ещё какая-нибудь дрянь, о которой мне пока милостиво не сообщили?
К тому моменту, как мы дошли до моей комнаты, я уже успела на придумывать столько бед, что самой стало не по себе.
Только когда за нами закрылась дверь, Михаил наконец заговорил.
— Я просил тебя показаться людям, Ярослава, а не устраивать ревизию и идти таскать мешки с крупой, — голос был низкий, с едва заметной хрипотцой. — Хочешь околеть окончательно?!
Я невольно фыркнула. Он что это, сердится на меня, что себя не берегу?
— Мешки я не таскала. Только хотела посмотреть, о чем там Прасковья толкует. Между прочим…
— Между прочим, почему отвар от доктора так и стоит не тронутый? — перебил он, кивнув на кружку, которую Дуняша оставила на столике.
Ну уж нет! Эту гадость я пить точно сейчас не буду.
— Я в порядке, — сухо ответила я, — Уже пришла в себя. Можешь не переживать, князь.
Он помолчал, потом тяжело вздохнул и провёл ладонью по лицу.
— Погорячился я утром. Увидел Марфу, и подумал, ты опять за старое взялась. Наговорил… лишнего. А ты, выходит, и не виновата была.
Я подняла бровь: это он о том, что сказал: «нас давно нет»? Так вроде по сказке так оно и было, отношения между князем и женой были в ней никакие, где тут лишнее?
Михаил шагнул ближе, и я невольно отступила спиной к столу.
— Я был не прав, — сказал он тихо, глядя мне прямо в глаза.
Затем взял меня за локоть и резко притянул к себе за талию. Я едва успела упереться ладонями ему в грудь, чтобы между нами осталось хоть какое-то расстояние.
— Ярослава Мстиславовна, я пришёл извиняться. Раз уж я виноват… — голос стал ниже, с хрипотцой, — то бери своё.
У меня глаза полезли на лоб.
— …что брать? — переспросила я, искренне надеясь, что ослышалась. — Какое своё? Ключи от кладовой? Или ты про отвар?
Михаил тихо хмыкнул, явно не поверив в мою внезапную «глухоту». Его ладонь скользнула по спине, поглаживая позвоночник. Я дёрнулась, пытаясь вывернуться, но он удержал без особых усилий.
— Не прикидывайся, Ярослава, — проговорил он низко, в самое ухо. — Раньше сама требовала, а я… отговаривался, отмахивался, уходил. Теперь я сам пришёл долг супружеский отдать, первый раз за много лет.
У меня челюсть медленно поехала вниз. Я едва не застонала, злая свекровь из сказки, оказывается, ещё и сексуально домогалась собственного мужа. А теперь этот муж, впервые за годы, сам пришёл «исполнить долг» и ещё гордится подвигом!
— То есть… ты сейчас мне одолжение делаешь? — выдохнула я. — «Ладно, жена, раз я виноват, бери тело, я потерплю»?!
Я извернулась ужом, выскользнула из его рук и отскочила за стол. Михаил же так и остался стоять с растерянным видом. Видимо не ожидал, что, придя героически «принести себя в жертву», его жертва вдруг убежит.
Нужно было срочно что-то придумать. Объективно, князь, был конечно, симпатичный: высокий, с этой тёмной аккуратной бородой и низким голосом, от которого внутри что-то трепетало. Я, может, и не возражала бы в другой жизни. Но в другой жизни я бы знала человека дольше, чем полдня!
А с Михаилом мы познакомились сегодня утром, если считать честно. И за это время, он успел меня обвинить в попытке убийства, заставить идти больной показываться людям, а теперь вот пришёл долг отдавать, как в банк!
Выгонять его сейчас, наверное, в нынешних обстоятельствах не лучшая стратегия. Но и пользоваться «шикарным предложением» настроения не было абсолютно точно.
— Михаил Ростиславич, — произнесла я как можно мягче, — я оценила ваш… порыв. Первый раз сам пришли, да ещё и с таким… щедрым предложением. — Я позволила себе быстрый взгляд чуть ниже его пояса и тут же вернула глаза к его лицу, — Но давайте не сегодня. Я еще слаба после вчерашнего, голова кружится… А если мы сейчас начнём «исполнять супружеский долг», то я рискую отключиться прямо под вами. И что тогда люди скажут?
Я попыталась улыбнуться, хотя внутри всё сжималось от неловкости.
— К тому же… вы утром сказали, что «нас давно нет». Дайте мне хоть пару дней поверить, что это было сгоряча. А то вдруг вы завтра снова передумаете, а я уже привыкну к такому внимательному мужу… — Я провела пальцем по краю стола. — А я, знаете ли, быстро привыкаю к хорошему.
— Значит… не сегодня? — спросил он низко.
— Не сегодня, — подтвердила я, улыбаясь уголком губ.
Михаил смотрел на меня несколько долгих секунд, потом выдохнул, отступил на шаг и кивнул:
— Отдыхай. До завтра попрошу тебя не беспокоить попусту.
