Королева скалистого берега 3. Дочь Одина (СИ) - Оболенская Любовь (книги бесплатно txt, fb2) 📗
— В медведя ты ходил, значит, — наконец проговорила она. — И выжил. Сильный нойда из тебя будет. Если не сдохнешь как волк, не умеющий чуять ловчий ямы. В какой из Девяти Миров уже бывал?
— А... откуда ты знаешь, что я там была?
— Э, по глазам вижу! — махнула рукой Ларя. — Ну?
— В Йотунхейме была. В Нифльхейме. В Вальгалле... наверно.
— В Вальгалле? — заинтересованно прищурилась саамка. — А ну, расскажи!
Ну, я и поведала о своих потусторонних похождениях...
Никому полностью не рассказывала «от» и «до» о моих снах, так похожих на явь — а тут прям выложила всё как есть, начиная с самого первого, с участием Одина, Ньёрда и настоящей Лагерты...
Выслушав мой долгий рассказ, Ларя покачала головой.
— Великое Испытание, значит... Любят боги играть с нами, как со свой куклами... Но и мы однако порой играем с богами, когда они зазеваются... Ладно, кушай, потом еще говорить будем. Много говорить. Есть о чём.
Глава 11
Мы стояли возле ложа из оленьих шкур, на котором лежал Тормод.
Тётка Ларя была облачена в шаманский наряд саамов, сшитый из оленьих шкур и украшенный множеством подвешенных к нему амулетов — камешков, косточек, зубов, птичьих черепов. В руках саамка держала большой бубен с нарисованными на нем знаками, некоторые из которых были похожи на фигурки людей, оленей, диких зверей и, возможно, богов Асгарда.
Вокруг Тормода были расставлены глиняные жаровни, в которых алели раскаленные угли.
— Сейчас сильных духов вызывать буду, — сказала Ларя. — Далеко пойду. Фюльгья Тормода нѐжить утащить в глубины Нифльхейма. Если не вернусь, за мной не ходи. Стану такой, как он — просто прирежь нас обоих. Поняла?
Я кивнула, принимая от саамки длинный нож, насаженный на костяную рукоять.
— Скажи, почему ты нам помогаешь? — задала я вопрос, который давно вертелся у меня на языке.
— А как иначе? — удивилась тётка Ларя. — В тундра принято так, помогать друг другу. Если по-другому, быстро сдохнешь, однако. Или замерзнешь, или волкам на обед пойдешь. Ну всё, хватит слова говорить, дело делать надо.
Шаманка побросала в жаровни пучки пахучих трав, отчего всё пространство тесной лаввы заволокло дымом, и принялась ритмично стучать в бубен деревянным билом, затянув монотонную песню...
Через некоторое время в плотном дыму мне начали чудиться какие-то тени... Пространство шалаша вдруг стало бескрайним, как целая вселенная, затянутая плотным туманом.
— Не ходи за мной сказала! — строго рявкнула на меня одна из теней — и исчезла в плотной завесе...
Но я чувствовала, что тётка Ларя что-то не договаривает.
Что именно?
Я не знала, но мне было очень тревожно...
Будто предчувствие какое-то посетило, что всё плохо закончится...
И я пошла, сжимая в руке нож...
Куда?
Я не знала...
В этом мире тумана не было видно следов, я даже своего тела не видела... Просто шла словно птица, которая летит, повинуясь инстинктам, а не разуму... Будто неслышный зов, тоненькая нота, звенящая в моей голове, вела меня сквозь туман... в котором я вдруг услышала голоса.
— Верни в Мидгард фюльгья моего брата, Ѝмир, — просила кого-то Ларя без малейшего намека на акцент. — Возьми меня взамен. Пусть Тормод поживет еще немного. Он нужен своей названной дочери, которой необходимо пройти Великое Испытание...
Если вы читаете эту книгу без качественных иллюстраций и движущихся кинофрагментов, значит перед вами пиратский вариант данной книги. Богато иллюстрированная версия этого романа, в том числе, с движущимися картинками, находится только на сайтах точка ком и точка ру
Речь Лари прервал хохот, от которого туман вздрогнул, словно живое существо.
— А мне какое дело до ваших человеческих бед, старуха? — проревел жуткий голос. — Ты по глупости своей сама пришла в Нифльхейм, к краю бездны Ги́ннунгагап — значит, я просто заберу и тебя, и твоего глупого брата без всяких обменов. Зачем мне какие-то условия, если вы оба в моей власти?
Дрожащий словно от ужаса туман немного рассеялся, и я увидела тётку Ларю — в той же шаманской одежде, но молодую и красивую, с толстыми русыми косами, спускающимися аж до пояса...
А над ней навис громадной тушей трехметровый великан, сам словно слепленный из тумана и покрытый сверкающей изморозью. Они стояли возле края черной бездны, из которой тянуло жутким могильным холодом... У ног великана лежал Тормод — тоже молодой, с еще короткой бородой, связанный по рукам и ногам толстыми серыми веревками...
На мои шаги Ѝмир обернулся — и расхохотался, раскрыв громадную пасть, над которой сверкал единственный глаз без зрачка, похожий на кусок льда, вырезанный в форме шара.
— А вот и еще одна фюльгья пожаловала! — заревел великан. — Похоже, сегодня у меня будет знатное пиршество!
«Его сила в ледяном глазе»... — словно кто-то прошептал в моей голове...
— Вряд ли, Ѝмир! — звонко воскликнула я. — Ты питаешься прожитыми годами людей, как мертвец-драугр кровью, который забыл, что уже умер, и продолжает считать себя живым. Вспомни, как тебя убили потомки бога Бури — О̀дин, Вили и Ве. И теперь твоя тень вынуждена вечно скитаться по краю мировой бездны Ги́ннунгагап, в надежде, что твои мертвые слуги принесут тебе чью-то украденную фюльгья — ведь иначе ты просто сам превратишься в клок тумана...
— Замолчи, проклятая нойда! — взревел туманный великан, делая шаг ко мне и занося громадный кулак. — Думаешь, если ты дочь О̀дина, то у тебя есть право унижать меня, Ѝмира, из тела которого был создан ваш ничтожный Мидгард?
— От этого тела уже ничего не осталось! — воскликнула я, крепче сжимая рукоять шаманского ножа, который спрятала за спиной до поры до времени. — Теперь оно — просто мертвая тень, воображающая себя живым существом! И да, ты, верно подметил: я — дочь О̀дина! Небесная дева, имеющая власть над душами убитых! И мне решать, что делать с ними — вознести в Асгард, или же низвергнуть в пропасть, на дне которой находится царство мертвых, где тебе самое место!
Крича это, я наступала, делая шаг за шагом вперед и распаляя себя собственным криком... а громадный великан, казалось, только что готовый броситься на меня, вдруг стушевался — и начал отступать к краю пропасти... Правда, быстро вспомнил, что позади него находится мировая бездна, и даже пасть разинул, готовясь ринуться в атаку...
Но не успел, так как я резким движением метнула свой шаманский нож, который, пролетев по воздуху сверкающей стрелой, вонзился точно в глаз туманного великана!
Ѝмир заревел, попятился — и, не удержавшись на краю пропасти, рухнул в нее... И в это же мгновение исчезли, превратившись в серую пыль, туманные веревки, которые опутывали тело Тормода!
— Быстрее! — закричала Ларя, бросаясь к своему брату. — Тень Ѝмира скоро возродится, и тогда мы навсегда останемся в туманной области Нифльхейма, окутывающей края мировой бездны!
Мы с двух сторон подхватили пока еще безвольного Тормода, еле шевелящего ногами, и помчались вперед... на раздавшийся впереди крик ребенка, зовущего свою маму...
Глава 12
— Мама! Мама! Проснись!
Фридлейв тряс меня за плечо с недетской силой — и я открыла глаза, чувствуя себя совершенно разбитой. Путешествия по Девяти Мирам пока что отнимали у меня много сил... Правда, тётка Ларя говорила, будто это пройдет со временем: опытная колдунья-нойда сама умеет брать силу из других вселенных — если, конечно, до этого они не убьют ее...
Моему ребенку на вид уже было лет шесть-семь. В его глазах стояли слезы, но я не заметила влажных дорожек на щеках своего сына. Как же быстро он разучился плакать...
— Спасибо, Фридлейв, — улыбнулась я. — Ты уже второй раз помогаешь мне вернуться к тебе.
— А ты уже в который раз пытаешься лишить меня матери, — насупился сын, и между его бровей появились знакомые складки. Он так похож на отца! Похоже, и характер будет такой же противный... Но при этом как же я люблю их обоих!
