МУР 1951 (СИ) - Симович Сим (книги бесплатно без онлайн .txt, .fb2) 📗
Москва стремительно погружалась в сырые осенние сумерки, окутываясь сизым туманом и терпким дымом печных труб. Шагая вдоль Малого Казенного переулка в сторону Покровского бульвара, Алексей с жадным любопытством вглядывался в вечерний быт советской столицы, который прежде видел разве что в музейных хрониках. На углу у чугунной тумбы румяная тетка в засаленном белом переднике бойко торговала из круглого фанерного короба горячими пирожками с ливером, над которыми поднимался аппетитный пар, пахнущий жареным луком и топленым нутряным салом. Чуть поодаль, возле застекленного павильона с вывеской «Пиво — Воды», нестройная мужская очередь шумно спорила о футбольном матче столичного «Динамо», передавая из рук в руки тяжелые полулитровые кружки с шапками плотной пены.
Мимо время от времени с глухим рокотом проносились редкие грузовики с фарами, прикрытыми светомаскировочными козырьками еще с военных времен, а по тротуарам шли уставшие люди с авоськами, в которых белели стеклянные бутылки с молоком, заткнутые картонными кружками, да лежали завернутые в серую оберточную бумагу селедки. В этом неспешном человеческом круговороте чувствовалось странное, незнакомое современному человеку спокойствие, смешанное с привычной фронтовой настороженностью.
Свернув с освещенного бульвара в сторону переулков у Хитровской площади, Платонов решил срезать дорогу через темный проходной двор. Высокая арка старого доходного дома встретила его глубокой, почти липкой тенью и резким запахом гнилой капусты из мусорных баков.
В глубине подворотни послышался сухой щелчок кремня, на мгновение осветивший три небритые физиономии, и навстречу оперу из темноты неторопливо выплыли трое. Одеты они были по последней блатной моде: мешковатые парусиновые брюки, заправленные в начищенные хромовые сапожки гармошкой, короткие драповые полуперденчики и надвинутые на самые брови кепки-малокозырки.
— Куда лапти правишь, гражданин хороший? — раздался сиплый, прокуренный голос того, что стоял по центру, поигрывая массивной свинцовой бляхой на распущенном ремне. — Время позднее, трамваи в парк ушли, а ты тут в одиночку бостонское пальтецо выгуливаешь. Непорядок для трудового элемента.
Двое других ловко взяли Алексея в клещи, отрезая путь к отступлению к освещенной мостовой. Тот, что стоял слева, низкорослый и вертлявый парень с золотой фиксой во рту, с тихим металлическим лязгом выбросил вперед длинное лезвие наборной финки с рукоятью из цветного плексигласа.
— Скидывай клифт, дядя, да ходики выкладывай, пока дырок лишних в боку не провертели, — осклабился меченый золотом, припадая на полусогнутые ноги. — У нас разговор короткий, ежели кто артачится — сразу к праотцам отправляем на вечный покой.
Внутри у попаданца мгновенно сработал профессиональный рефлекс, обостренный фронтовым прошлым его нового тела. Страха не было, накатила лишь холодная, злая собранность. Пистолета в кармане пальто не оказалось, поскольку табельный наган остался лежать в сейфе дежурной части на Петровке до официального выхода на службу. Надеясь нащупать хотя бы перочинный нож или коробку спичек, чтобы зажать в кулаке для веса удара, сыщик сунул руки в глубокие прорезные карманы пальто.
Пальцы внезапно наткнулись на что-то невероятно тяжелое, монолитное и холодящее кожу гладким металлом. В каждом кармане лежало по увесистому, идеально отлитому из серого свинцово-чугунного сплава кастету с широкими упорами для ладоней и индивидуальными выемками под четыре пальца. Прежний хозяин тела явно знал толк в негласных ночных прогулках по неблагополучным районам столицы и держал в карманах штатского платья весьма специфический арсенал.
Пальцы привычно и четко скользнули в кольца, ладони сомкнулись вокруг прохладных упоров. Баланс сил изменился в долю секунды, наполнив тело приятной, сокрушительной уверенностью.
— А закурить у вас, орлы, часом не найдется? — с глуховатой усмешкой поинтересовался Платонов, слегка расслабив плечи и сделав вид, будто испуганно вжимает голову в воротник. — А то после госпиталя на сладкое потянуло, мочи нет.
— Я те сейчас так закурю, фраер, навек ослепнешь! — рявкнул верзила с ремнем и с размаху бросил свинцовую пряжку прямо в лицо сыщику.
Алексей резко качнул корпусом влево, пропуская свистящий кусок железа мимо уха, и тут же, не теряя инерции, шагнул навстречу нападавшему. Правый кулак, утяжеленный почти полукилограммовым куском металла, вошел главарю точно под основание челюсти с коротким хрустом ломающейся кости. Бандит захлебнулся собственным криком, закатил глаза и кулем рухнул на мокрый булыжник, выронив ремень.
В этот момент вертлявый с финкой попытался достать оперативника снизу, целясь под ребра, однако Платонов успел перехватить его вооруженную руку за запястье и намертво выкрутил сустав внутрь. Нож со звоном брякнул о камни подворотни, а левый кастет старлея с размаху припечатал карманника в переносицу. Брызнула темная юшка, и любитель чужих часов мгновенно осел на четвереньки, оглашая сырой двор надрывным визгом и зажимая разбитое лицо обеими ладонями.
Третий налетчик, стоявший позади всех, оказался сообразительнее подельников: вместо того чтобы лезть в рукопашную, он развернулся на пятках и рванул было обратно в сторону проходного двора, но споткнулся о брошенный деревянный ящик. Платонов нагнал беглеца в два широких прыжка, схватил за шиворот поношенного ватника и с силой впечатал лопатками в кирпичную стену.
Тот отчаянно замахнулся кованым каблуком, метя в колено, но угодил лишь по касательной в бок, глухо отдавшись в ребрах ноющей болью. Алексей скрипнул зубами от вспышки в раненой грудине, однако руки не разжал, а лишь аккуратно и веско приложил урку свободной ладонью в солнечное сплетение. Воздух со свистом покинул легкие нападавшего, и тот сполз по кирпичам на землю, судорожно хватая ртом холодный воздух.
— Вот и поговорили по душам, работники ножа и топора, — ровно выдохнул Платонов, вытирая рукавом выступившую испарину со лба и чувствуя, как под пальто тупо ноют ушибленные ребра.
Быстро стянув с поверженных грабителей их же собственные брючные ремни и засаленный кашне одного из уркаганов, сыщик сноровисто стянул им руки за спинами крепкими узлами, которым его в свое время учили на армейских курсах войсковой разведки. Подонки лишь глухо матерились сквозь выбитые зубы, окончательно осознав, что нарвались вовсе не на пугливого бухгалтера с получкой.
Спрятав кастеты обратно в карманы пальто, Алексей спокойно вышел из темной подворотни на освещенный перекресток. На углу соседнего дома тускло светилась стеклянная будка уличного телефона-автомата. Опустив в прорезь никелевый двугривенный, опер снял тяжелую карболитовую трубку с витого шнура и решительно набрал короткий номер дежурной части городского управления.
— Дежурный по МУРу капитан Тарасов слушает, — донесся из мембраны строгий, уставший голос под аккомпанемент треска пишущих машинок.
— Здравия желаю, товарищ капитан, — четко произнес Платонов, стараясь говорить максимально по-уставному. — Докладывает старший лейтенант убойного отдела Платонов. Нахожусь на Покровском бульваре, во дворе дома номер двенадцать. Только что задержал троих вооруженных налетчиков при попытке разбойного нападения. Двое в отключке, один связан. Требуется автозак для доставки в ближайшее отделение милиции.
На том конце провода повисла секундная тишина, сменившаяся искренним удивлением:
— Платонов? Тебя ж только утром из лазарета выписали, голова еще забинтована! Ты что, уже на улицах бандитов в одиночку вяжешь?
— Так они сами напросились, товарищ капитан, — сдержанно усмехнулся опер. — Не отказывать же советским гражданам во внимании. Жду наряд у въездной арки.
Спустя десять минут к тротуару с натужным воем мотора подкатил дежурный фургон «ГАЗ-АА» с синей полосой на бортах, откуда горохом посыпались четверо рослых милиционеров в длиннополых шинелях с синими петлицами и наганами на боку. Командовал ими пожилой старшина с вислыми усами и медалью «За отвагу» на груди.
