Смерть Бет - Бернет Кэти (читать книги онлайн бесплатно регистрация .txt, .fb2) 📗
Меня начинает подташнивать, но сил спорить не осталось. Способность Джо отстаивать свою позицию превосходит мою даже в мои лучшие дни. И, если честно, мне любопытно.
Папа обычно тащит свои книги в дом еще до их официального выхода, но эту держит под замком. Даже Джо не удалось ее заполучить.
Когда мы набиваемся в джип Джо, лица Бет и Эми не выражают особых эмоций – они явно не испытывают ни страха, как я, ни радостного возбуждения, как Джо.
– По-моему, это какая-то хрень, – в итоге выдает Эми.
– Следи за языком, – рявкаю я скорее по привычке, которую переняла от мамы. Это лицемерие с моей стороны, учитывая, что я сматерюсь себе под нос, даже если просто ударюсь пальцем ноги.
Эми пожимает плечами, запустив пятерню себе в волосы, выкрашенные в розовый.
– Папа писал эту книгу лет, наверное, пять, да? И ничего нам об этом не рассказывал, даже ни разу не обмолвился.
– Он хотел нас удивить, – высказывается Бет.
– Какой приятный сюрприз, – хмыкает Эми.
Вытянув шею, Джо бросает взгляд назад, а потом выруливает на дорогу; ее неаккуратная косичка покачивается в такт движению.
– Разве вам не хочется прочитать ее как можно быстрее?
Я отвечаю первой, не дав Эми и Бет возможности раскрыть рот:
– Я волнуюсь.
– Ты всегда волнуешься, – говорит Джо.
– Разве тебе не интересно, как папа нас изобразил?
Мы останавливаемся в конце квартала, перед поворотом налево. Я жду, что Джо сейчас выдаст какую-нибудь остроумную реплику, но она бросает на меня исполненный серьезности взгляд:
– Я только об этом и думаю.
Мы все любим папу, но Джо относится к нему так, словно он создал небо и землю. Она хочет во всем быть похожей на него: он умный, состоявшийся, обаятельный. К тому же, более десяти его романов получили премии – повод для гордости, за который Джо убить готова. Наверняка ей отчаянно хочется увидеть, насколько высоко он ее оценивает.
– Я лишь надеюсь, что он был честен, – говорю я.
– А я надеюсь, что нет, – возражает Эми. – Вам реально хочется, чтобы все ваши косяки обрели бессмертие и стояли у кого-то на полке?
– Некоторые из нас не косячат, – замечает Джо.
Эми пинает спинку ее сиденья, и джип уводит в сторону.
– Осторожнее, – вырывается у меня.
Когда Джо выравнивает машину, Бет наклоняется к Эми и утешает ее:
– Папа нас любит. Он бы не написал ничего ужасного.
Эми не спорит, но, когда она плюхается обратно на свое сиденье, мы обмениваемся понимающими взглядами. Я ценю извечный оптимизм Бет, но в нашей ситуации немного наивно так думать. Я прочитала несколько первых рецензий: критики назвали папину книгу «захватывающей». Один даже выразился: «Я смаковал ее как плитку горького шоколада».
Такую похвалу не получить без драматических сюжетных поворотов.
Книжный магазин находится в Бостоне, в получасе езды от Конкорда, а значит, этот роман уже превосходит все остальные папины произведения вместе взятые. Большинство из них презентовали в нашем местном книжном, и приходили туда лишь члены семьи и горстка папиных друзей-писателей.
В нескольких кварталах от книжного улицы наводняются машинами.
Джо ложится грудью на руль.
– Да ладно…
– Это же не из-за презентации, правда? – Даже Эми напрягается.
– Не может быть, – говорит Бет.
Но я нутром чую, что дело именно в книге.
Папа всю жизнь пытался пробить потолок похвалы от критиков и сделать так, чтобы читать его книги стало мейнстримом.
– Я ценю положительные отзывы, – говаривал он не раз, – но ими одними счета не оплатишь.
Похоже, ему наконец-то удалось это сделать. Печально только, что его секретным оружием оказались мы.
Джо паркуется при первой возможности, не в силах усидеть на месте. Ее энтузиазм передается Бет: они выскакивают из машины, уже собираясь перебежать через дорогу.
– Подождите, – я успеваю их окликнуть. – Мы должны держаться вместе.
Весь квартал забит людьми, а на входе в книжный образуется очередь. В воздухе витает почти физически ощутимая энергия. В прошлом читателями папы однозначно были мужчины, и теперь меня поражает, что большинство собравшихся – женщины. Мы идем дальше, и тут я замечаю – они пришли с плакатами.
– Все женщины тут… Что у них в руках? – спрашивает Эми.
Бет встает на цыпочки.
– Ничего не видно.
Джо устремляется вперед, но, когда мой взгляд останавливается на одном из плакатов, я рывком возвращаю ее к нам и говорю:
– Они протестуют.
– Против чего? – Она выпутывается из моего захвата.
В воздухе повисает напряжение. Мимо нас проходят еще двое, и до меня доносятся их наполненные горечью голоса:
– Я слышала, он собирается сделать на этом миллионы, – говорит одна.
– Дело не в деньгах, – включается другая. – Дело в принципе. Он мужчина, который пишет о женщинах.
У меня внутри нарастает напряжение. Я злилась на отца за то, что он без разрешения выложил на бумагу наши жизни, но о таком даже не думала. В вечернем свете книжный магазин сияет, и в окнах виднеется стопка книг. Папа сказал нам название, но теперь я смотрю на него под другим углом.
«Маленькие женщины».
Джо с трудом пробирается сквозь толпу.
– Джо! – без раздумий зову я ее. Потом морщусь, надеясь, что меня не узнают. – Возвращайся, – добавляю уже полушепотом.
Она лишь бросает на меня взгляд через плечо. Сделав резкий маневр, она прорывается сквозь очередь и идет прямиком к двери, прожигая взглядом стоящую у входа продавщицу так, словно готова начать драку.
Я протискиваюсь через толпу, в отчаянном стремлении не дать ей закатить скандал.
– Мы больше никого не впускаем. – Продавщица загораживает собой дверь. Судя по широко распахнутым глазам, она и не подозревала, что может начаться на обычной книжной презентации.
– Мы знаем автора, – резко отвечает Джо.
– Как и все здесь, – у женщины вырывается нервный смешок.
А Джо продолжает:
– Мы его дочери.
Продавщица замирает и переводит вмиг ставший изумленным взгляд с Джо на нас троих.
– Вы его… Вы девушки из…
– Я Джо.
Та медлит, а когда отвечает, в голосе сквозит сочувствие:
– Мне так жаль.
Сначала мне кажется, она так извиняется за то, что не пустит нас внутрь. Но дверь книжного открывается, и я с болью осознаю: она нас жалеет.
Я вцепляюсь в плечо Джо, горячо дыша ей в ухо:
– Мы уходим. Ты обещала.
С горящим взглядом она переступает через порог. Бет и Эми следуют за ней, как летящие на свет мотыльки, а сзади начинает напирать толпа – и меня просто вталкивают внутрь. В книжном еще более тесно и суматошно, чем на улице: большие компании окружают сцену, и все поголовно сжимают в руках плакаты.
«Быть девочкой может только девочка!»
«Только женщины правильно пишут о женщинах!»
«Марш против Марча!»
Джо обводит взглядом комнату, я замечаю ее поникшие плечи.
– Они его ненавидят, – говорит она.
– Да они просто в бешенстве, – смеется Эми.
Я притягиваю сестер к себе.
– Нам надо убираться отсюда. Это не…
И тут на сцену, запинаясь, выходит папа. Он изменился с тех пор, как мы видели его утром: мрачный, растрепанный, как будто нервно запускал пальцы в волосы, волнительно подыскивая слова. Он стучит пальцем по микрофону, делает вдох и обводит аудиторию таким взглядом, словно перед ним расстрельная команда.
– Я… – только и успевает произнести он, когда толпа начинает скандировать:
– Марш против Марча! Марш против Марча!
К тем, кто внутри, присоединяются протестующие с улицы – через закрытые окна до нас доносятся их приглушенные голоса.
Папа вновь наклоняется к микрофону, его лоб блестит от пота:
– Спасибо, что пришли. Мы не ожидали, что день презентации будет таким, но я бы хотел обратиться…
– Марш против Марча! Марш против Марча!
– Я в курсе ситуации в социальной…
– Марш против Марча! Марш против Марча!
– Позвольте мне просто…
