Медный паровоз Его Величества. Том 1 (СИ) - Кун Антон (книги онлайн бесплатно серия TXT, FB2) 📗
— Чёрт побери, совсем невыносимо здесь работать, — думал Жаботинский, надевая камзол и казённую шинель.
От уличного яркого солнца слепило глаза и казалось, что головная боль становится сильнее. Но постепенно, размеренно шагая по улице Пётр Никифорович забыл о боли, а когда подошёл к зданию горной аптеки, то с удовлетворением обнаружил, что головная боль совершенно прошла.
Он остановился перед крыльцом и задумался: «Может всё-таки стоит зайти и взять у Рума микстуру. Мало ли, ежели опять начнутся головные боли, то уж лучше иметь необходимое средство под рукой».
Хотел было подняться в аптеку, как заметил свёрток каких-то бумаг, лежащих сбоку крыльца на опоясывающей здание каменной кладке. Бумаги лежали так, что их не враз и заметишь. И если бы Пётр Никифорович не остановился, задумавшись, то и не увидел бы их.
«Интересно, интересно, что это здесь такое за документальное разложение?», — подумал Пётр Никифорович и поднял свёрток.
Развернув бумаги, он обомлел: «Так это же те самые чертежи, которые мне и надобны! Ну совершенно точно, вот же и поршни, и котёл, и даже имеются чертежи крышек для котла… Только вот… — он внимательно рассмотрел бумаги. — Только странная какая-то чертёжная разметка? Наверное, это для удобства на клетки разбито, но это и не важно, ведь здесь совершенно ясно видно, что само провидение мне посылает в руки необходимые документы!»
Жаботинский свернул бумаги обратно в трубку и решил для очистки совести всё же зайти в аптеку и действовать по ситуации.
Внутри было тихо.
— Эй, кто здесь есть по аптеке? — крикнул Жаботинский в дверь лазаретной.
В конце коридора послышалось какое-то шевеление и из дальней комнаты вышла крупная простоволосая баба:
— Ваш благородье, — проговорила она, подходя к полковнику Жаботинскому. — Тако оно того же, нету никого, господин штабс-лекарь изволили отбыть по делам своим…
— А ты кто здесь такая? Прислуживаешь что ли? — Жаботинский спросил без особого интереса, но всё же строгим голосом.
— Так Акулина я, при аптеке тружусь, вота, в лазаретной за больным хожу.
— Так, а что же, ежели кому микстура необходима, кто тогда здесь понимает в этом деле? Уж не тебе ведь данное дело поручено, из подлых ты, так ведь?
— Из местного простого сословия, верно, — согласилась Акулина. — А за микстурой ежели вам надобно обратиться, тако нет никого, к вечеру будут.
— Ладно, передумал я, а хозяину своему скажи, что надобно прислугу просвещённую иметь, чтобы при необходимости могла обслужить господ! — Пётр Никифорович резко развернулся и вышел на улицу.
Он шёл к своей квартире в прекрасном настроении. Голова совершенно перестала беспокоить, а неожиданно полученные чертежи дополнительно радовали лёгким решением задуманного им предприятия.
«Ты посмотри, только в обед подумал и на тебе, прямо само в руки и пришло! — думал Пётр Никифорович, удовлетворённо чувствуя в кармане казённой шинели свёрток с чертежами. — Теперь надобно в первую голову подготовить пакет и отправить казённой почтой в столицу, пускай там подготовят все необходимые бумаги и заверяют патент по европейскому образцу… Странные только эти сетки на новых чертежах, и цифры вроде там близкие к тем, что в старых бумагах числятся, да только тогда непонятно чего же улучшил Ползунов? Неужто он просто перечертил, а за новое выдать хочет?.. Ну ничего, там, в столице купечики отдадут сведующим в сем деле людям, разберутся поди…».
В квартире он достал из ящика рабочего стола старый чертёж паровой машины и присоединил к нему обнаруженные бумаги. После чего упаковал всё в специальный пакет, скрепив его своей личной печатью, отпечатанной на сургуче.
Проделав все необходимые процедуры, Жаботинский направился в Канцелярию, предполагая отправить пакет с первой же казённой почтой. После прошедшей головной боли ум стал ясен и светел, как по-весеннему тёплое солнце.
С крыш уже во всю текло и даже если принесёт заморозки, то было понятно, что будут они короткие и не сильные. Весна в этом году начала брать своё с последних трёх дней февраля.
Протоиерей Анемподист вышел после утренней службы в прекрасном расположении духа. Буквально намедни ему сообщили, что его прошение подано на рассмотрение самому начальнику Тобольской и Сибирской консистории и ответ должен прибыть в начале марта месяца.
'Погодка-то стоит вон какая хорошая, глядишь и стройку дома возобновлю по первой оттепели мартовской… — благодушно думал
Анемподист Антонович, подходя в трапезную пообедать. — Да и Пимена этого, чёрта старого, давно пора было урезонить, а то гляди-ка чего удумал-то, распоряжаться в моём благочинии взялся…' — но всё это размышление протопоп проговаривал про себя без раздражения, а скорее с чувством собственного достоинства и уверенностью в своей правоте.
В трапезной сегодня была постная еда, но готовили Анемподисту и постную пищу хорошо, тем более что вино пить не запрещалось, а значит, можно себя немного побаловать. Пасха в этом году выпадала на седьмое апреля, а сейчас как раз пойдут первые дни Великого поста. Правда сейчас шла довольно строгая неделя перед Великим постом, но был субботний день, а значит на обед будет рыбка во всяческих её приготовлениях, да и кашка на маслице растительном вполне под рыбку самое дело.
Протопоп Анемподист поесть вообще-то любил, но особым чревоугодием считал не обилие продуктов и разнообразие блюд, а объедение ими. Главное, как он считал, чтобы семья сыта была, а им-то уж протопоп мог вполне благословить питаться посытнее. Своё благословение он объяснял тем обстоятельством, что мол нечего детишкам голодать, как и супруге тоже, ибо немощные они, а следовательно, должны по милосердию христианскому питаться посытнее.
Детишки у протопопа и правда были толстенькие и росли большими дылдами. Сам-то Анемподист ростом вышел тоже ничего, но его три сынка уже на две головы переплюнули своего родителя, да и весу имели что телки крестьянские. Вот только ума большого им бог не дал, хотя Серафима твёрдо считала, что это просто их никто не понимает, а детки её просто добрые и незлобивые, потому все на них поклёпы, это от зависти.
В общем, семья протопопа Анемподиста питалась сытно и с отчим благословением, два младших сынка и три дочки, супруга, плюс, старшенький Ильюша тоже был отцом побуждён и благословлён питаться не зависимо от его диаконского чина посытнее, дабы были силы службу справлять.
Стол в трапезной был накрыт как положено. Рыбка отварная, рыбка жареная, копчёная, в засоле с лучком и растительным маслом, каши крупяные и картофельные котлетки, грибной суп и грибной же рулет, бочоночки с мёдом и душистые травяные чаи, а для настоятеля Анемподиста стоял приготовленный кувшин-кумганчик с добрым виноградным вином. В общем, стол был как надо. Всё семейство Анемподиста уже сидело с ложками наперевес и ждали благословения на обед.
— Кушайте, мои хорошие, кушайте, — пробасил Анемподист Антонович и крестообразно провёл над столом рукой. — Господь благослови и дай нам сил на принятие пищи сей… — он уселся во главе стола и вокруг сразу засуетилась приходская кухарка.
— Батюшка, благословите, — кухарка сложила ладошки перед собой и низко поклонилась.
— Господь благословит, — опять пробасил довольный Анемподист и подал в сложенные кухаркины ладошки руку для целования.
— Ну так батюшка утрудился, ты там давай, порасторопнее подай ему кушанья, — проворчала кухарке Серафима.
— Сей миг, матушка, сей миг, — кухарка юркнула за дверь кухни и тут же появилась обратно, неся тарелки с супом и кашей.
— Угождением земным священникам мы стяжаем себе царствие небесное, — одобрительно произнёс Анемподист.
— Священник, это значит святой, это ведь понимать надобно! — поддакнула ему Серафима и строго посмотрела на кухарку.
— Завтра прощёное воскресенье, потому надобно на службе тебе, матушка, с детьми побывать, дабы в искушение никого не вводить. А то вона как коситься начнут, что детки наши не каждую службу посещают, — пробурчал с набитым кашей ртом Анемподист.
