"Фантастика 2026-58". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - "Д. Н. Замполит" (читать книги бесплатно .txt, .fb2) 📗
Шестого апреля газета «Саратовская копеечка» опубликовала «Навигационные вести»:
«В Рыбинске суточная прибыль воды составила семь вершков. Ночью морозы до пяти градусов. В Костроме подвижка льда, в Камышине и Царицыне — ледоход».
Казалось бы, какое мне до этого дело? Самое прямое.
Мой овраг затопило, пришлось искать другое скрытное место.
Профессор умотал в Петровское — там посевная на носу и у нас под неё приготовлена целая программа всяких разностей. И это не только артефакты, которые в виде гранитных столбов появятся на полях, после того, как их засеют. Семена самых разных культур у нас также подверглись предварительной обработке, а ещё у профессора в его теплице подрастают тысячи ростков рассады, но это уже для огорода, только не привычного всем, деревенского, а огорода в промышленном масштабе.
Масштабы и впрямь промышленные — больше двадцати десятин только под овощи. Дядя с головой погрузился в агрономию, применяя свои химические знания и… кое-какие наши «наработки». Результат обещал быть ошеломляющим.
Профессор загодя закупил изрядное количество самых разных удобрений, так что в моём имении Петровском сейчас суета и беготня. Думаю, к концу недели родственник себе голос сорвёт, не по разу объясняя работникам, куда, сколько и каких удобрений нужно вывезти и раскидать перед вспашкой и боронованием. Полугрюмов нанял ему пару помощников, которые грамотой владеют, но пока на них надежды мало.
Я же остался в усадьбе у форта, превратив её в штаб-квартиру по организации «кольца» и подготовки к сезону продаж. Контора, по сути. Васильков справлялся блестяще: четыре форпоста были обнесены частоколом, в каждом стояла вышка и тёплая землянка для дежурного отделения. Патрули рыскали по периметру, отваживая редких любопытных и браконьеров. Кольцо сомкнулось. Внутри него, на площади в десятки тысяч десятин, царила почти полная изоляция. И тишина. Та самая, благословенная тишина, которая позволяла готовиться к главному.
В один из таких дней, когда я проверял новые карты патрулирования, в кабинет влетел взволнованный Васильков.
— Барон! На восточном форпосте — «Берёзки», — донесли. К Куполу вышел кто-то посторонний. Один. Вроде бы не местный.
— Один? — насторожился я. — Не солдат? Не крестьянин?
— Не похоже. Одет странно. Движется от Камышинской дороги прямо к границе, будто знает куда. Наши его окликнули — не отозвался. Прошёл мимо, не обращая внимания. Лишь жестом показал, что он маг под защитой и стрелять бесполезно. Пока не стреляли, ждут команду.
Холодок пробежал по спине. Один. Маг. Идёт уверенно. Значит, либо безумец, либо… тот, кого предупреждал генерал. Кто «чует запах денег за версту».
— Я еду, — коротко бросил я, хватая плащ и сумку с камнями. — Ты — со мной. И ещё двоих бери, самых метких.
Мы скакали галопом, обгоняя свежий весенний ветер. «Берёзки» — бывшее имение Карташёва, теперь наш самый восточный форпост. Полковник встретил нас у ворот, его лицо было хмурым. В руках подзорная труба.
— Вон он, — кивнул он в сторону Купола, сиявшего на горизонте. — Стоит уже с полчаса. Не двигается. Просто стоит и смотрит.
Я взобрался на вышку и поднёс к глазам подзорную трубу. Незнакомец стоял в полуверсте от границы, там, где начиналась выжженная полоса. Высокий, худой, в длинном чёрном сюртуке и шляпе, больше похожей на цилиндр. В руках у него была не винтовка и не посох, а какой-то продолговатый ящик. Он стоял абсолютно неподвижно, лицом к Куполу, словно зачарованный.
— Кто он? — спросил я у Карташёва.
— Не знаю. Не из наших. Не из камышинских, я бы знал. Словно с луны свалился.
Я спустился с вышки.
— Пойдёмте знакомиться.
Мы выехали за ворота и рысью направились к неподвижной фигуре. По мере приближения я разглядел больше. Сюртук был дорогой, но потёртый. Лицо — бледное, с острыми чертами и глубоко посаженными глазами, которые теперь были прикованы не к нам, а к мерцающей стене. Когда мы подъехали на расстояние голоса, он медленно, с неохотой, чуть повернул голову.
— Добрый день, — сказал я, останавливая коня в десяти шагах. — Частные владения. Проход запрещён. Как и нахождение здесь.
Человек посмотрел на меня. Взгляд был странным — рассеянным, но при этом невероятно проницательным, будто он видел не мой мундир, а что-то за ним.
— Запрещён… — повторил он голосом, лишённым интонаций, и в нём чувствовался едва уловимый акцент. — Да. Конечно. Вы должны охранять. Очень разумно.
— Кто вы такой и что вам здесь нужно? — спросил Васильков, положив руку на кобуру револьвера.
— Я? — человек на мгновение задумался, как будто вопрос был философским. — Меня зовут Линд. Сэр Эдвард Линд. Я… коллекционер. И исследователь. Меня интересуют необычные энергетические феномены. — Он снова повернулся к Куполу. — Этот… объект… он уникален. И я слышал, что здесь можно приобрести кое-какие… сувениры. Связанные с ним.
Сердце моё упало. Всё-таки добрались. И не какие-нибудь купцы, а «исследователь». С английским именем и манерами. Самый опасный тип.
— Вы ошиблись, сэр Линд, — холодно сказал я. — Здесь нет сувенирных лавок. Только военная охраняемая зона. Предлагаю вам удалиться.
Линд наконец оторвал взгляд от Купола и внимательно посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то вроде удивления.
— Вы же барон? Тот самый, кто продал через Канина те несколько… камней?
— Мои коммерческие сделки — моё личное дело. И они не имеют отношения к этой территории. В последний раз прошу вас: покиньте на по-хорошему.
Он не двигался. Вместо этого медленно поднял свой ящик.
— Я не собираюсь нарушать ваш покой, барон. Я лишь хочу… измерить. Зафиксировать. Феномен невероятной силы. Позвольте мне провести здесь несколько часов. Я заплачу. Хорошо заплачу.
Васильков уже выхватил револьвер. Я поднял руку, останавливая его.
— Никаких измерений, сэр Линд. Никаких записей. Вы нарушаете границу частных владений и режим охраняемой зоны. Вы либо уходите сейчас, своими ногами. Либо мы вас выведем силой. Выбор за вами.
Линд замер. Его бледное лицо оставалось невозмутимым, но в глубине глаз что-то шевельнулось — раздражение, досада. Он явно не привык к отказу.
— Очень жаль, — наконец сказал он, снова опуская ящик. — Вы не понимаете, какое сокровище пытаетесь спрятать под замком. Это не просто аномалия. Это… окно. И заглядывать в него должны не солдафоны, а учёные.
— Учёные у нас уже есть, — отрезал я. — И они работают. Без посторонних. До свидания, сэр.
Я развернул коня. Васильков и наши бойцы остались, наблюдая, как странный англичанин, ещё раз бросив жадный взгляд на Купол, медленно, нехотя поплёлся обратно, к дороге. Где-то там, вдали, его ждала пролётка.
— Проследить, чтобы ушёл за пределы наших земель, — тихо приказал я Василькову. — И удвоить патрули на этой стороне. Он не последний. За ним потянутся другие.
Возвращаясь в форт, я чувствовал, как тишина внутри нашего кольца стала зыбкой, ненадёжной. Первая трещина. «Коллекционер». Исследователь. Значит, слухи уже пошли в узкие, но влиятельные круги. Те, кто интересуется не столько прибылью, сколько тайной. А такие люди опаснее купцов. Их не купишь. Их не испугаешь солдатами. Их можно только остановить. Или… вовлечь, но под жёсткий контроль.
Пришло время ускорять планы. Посевная в Петровском должна была стать не просто агрономическим экспериментом. Она должна была стать демонстрацией силы. Той самой силы, которую дают артефакты. Чтобы когда пойдёт волна любопытных, у нас был готов ответ: да, мы можем получать от Аномалии нечто ценное. И оно может прокормить всю страну, заставив забыть о голоде и неурожаях. И нет, мы не собираемся ни с кем делиться секретами. Но мы готовы продать результаты. Дорого. Очень дорого. Ибо они того стоят.
Первый бой за монополию только что начался. И он случился не с мутантами, а с человеком в чёрном сюртуке, который просто хотел «измерить».
