"Фантастика 2026-58". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - "Д. Н. Замполит" (читать книги бесплатно .txt, .fb2) 📗
Дома меня ждал Файнштейн с ворохом бумаг и новостей. Но я слушал его вполуха, рассеянно кивая. Мысли мои были там, у Купола, где в траве остался странный след и где в воздухе всё ещё висело эхо неслыханной музыки.
— Владимир Васильевич, вы меня слушаете? — обиженно спросил стряпчий.
— Да-да, Анатолий Аркадьевич, — встрепенулся я. — Простите, просто… задумался о вечном.
— О вечном? — удивился он. — При наших-то текущих расходах? Помилуйте!
Я рассмеялся.
— Именно. Именно при наших расходах и надо думать о вечном. А иначе зачем всё это? — я обвёл рукой кабинет, кипы бумаг, карту на стене. — Ладно, давайте ваши бумаги. Разберёмся с текущим, чтобы освободить голову для… для вечного.
Вечером, оставшись один, я достал чистый лист бумаги и написал: «Дневник контакта. День первый. Сегодня Разум впервые проявил любопытство к непищевым стимулам. Реакция на музыку, отражение и запах. Попытка подражания (след). Вывод: контакт возможен на уровне чувств и эстетического восприятия. Требуется продолжение экспериментов. Следующая тема: цвет. Возможно, витражное стекло или цветные фонарики. И ещё — надо попробовать почитать ему вслух стихи. Что-нибудь простое и красивое. Фета, например. Или Тютчева "о весне».
Закрыв дневник, я долго сидел у окна, глядя в ту сторону, где за лесом, за полями, в сгущающихся сумерках мерцал слабый, призрачный свет. Купол жил своей жизнью. И теперь, кажется, начал замечать и мою. И пусть это неточно, но надежда-то теплиться…
Вчера заезжал в Петровское, на ночёвку. А там… ад адский стоит, если пристально посмотреть на обитателей усадьбы. Все мятые, кое-как причёсаны, и с красными глазами. Причина оказалась проста — профессор разбушевался! Вот дал же Бог родственничка! Он сам спокойно жить не может и всем окружающим не даёт.
Нет, я его прекрасно понимаю — «что посеешь, то и пожнёшь» не нами придумано. Но членов семьи мог бы и поберечь.
Пришлось уже мне проявлять армейскую смекалку.
Посадив перед собой Михаила, сына профессора, я начал издалека. Рассказал ему о роли командира в армии.
— У меня нет подчинённых! — возмущённо ответил он, считая мои слова какой-то вопиющей несправедливостью.
— Будут. И я открою тебе секрет, как это сделать. Тебе вовсе не обязательно бегать самому по поручениям отца. Их у него много, и каждый раз они разные. Ты — представитель Рода. Учись ставить работу и руководить. Для этого нужна уверенность, чёткая постановка задач и понимание того, что ты за это будешь должен. Но первые опыты мы проведём за мой счёт, хоть и под твою ответственность. Не справишься — так и будешь сам бегать, а если всё правильно организуешь, то я тебе помогу.
— Хм, а что для этого нужно?
— Сначала финансы. Пошли на улицу, — вытянул я парня из дома, — Гринёв, вы по карманам мне мелочи на пару червонцев не нашкуляете? — поймал я своего бойца, который шёл к конюшне.
— Тю-ю… проще до церквы сходить. Там точно есть.
— Так и сходи, — протянул я ему две ассигнации, — Смотри дальше, — порекомендовал я молодому сородичу, — Григорий, выгляни-ка к нам, — гаркнул я в сторону артефакторной мастерской, которая в Петровском всё растёт и растёт и, не поверите, Гришка вполне успешно тут командует.
— Что хотели, вашбродь? — показался Григорий, вытирая руки тряпицей.
— Пацаны нужны. Ответственные и быстроногие. Вон, под его командование и за деньги, — кивнул я в сторону Михаила.
— В селе две парнячьих ватаги: одной сын кузнеца заправляет, там их человек пятнадцать — двадцать собирается, второй — сынок мельника, их поболе будет, но они и похлипче. Вам каких надо?
— Исполнительных и надёжных. Нужно службу связи организовать.
— Тогда к Прокопу, к сыну кузнеца вам надобно. У него дисциплина, не хуже, чем в армии.
— Есть кого за ним послать?
— Найду. У меня как раз один из его парней работает. Кстати, вашбродь, а чего это молодой барин к нам в мастерскую ни разу не зашёл? Нешто боится? Так мы там не кусаемся, — хмыкнул мой проверенный помощник.
— Вот иди и покажи моему племяннику, как ты с шестью десятками работников управляешься, — отправил я Мишку на экскурсию, — А когда ваш Прокоп придёт, то позовёте меня. Объясню, для чего нам посыльные нужны, и кто ими станет командовать. Глядишь, и сговоримся с его ватагой.
Глава 18
Есть контакт!
В ватаге Прокопа свободными от семейных дел оказалось лишь шесть пацанов, из самых молодых. У всех остальных нашлись дела, что в период страды и не удивительно.
Дети в сёлах взрослеют рано.Скотину и птицу накормить, за малышнёй присмотреть, корову с выпаса встретить, воды натаскать — обычный перечень их ежедневной семейной работы.
Но всё изменилось, когда я пообещал, что молодой барин будет посыльным платить в десять копеек в день. Тут-то и зачесали пацаны затылки. Деньги-то хорошие. Почти взрослые. По крайней мере бабы за десять копеек в день всегда готовы лён замачивать да теребить, а то ещё какую работу не шибко трудную выполнять. А вот в поле весь световой день мантулить, тут уже шалишь, меньше двадцати копеек не допросишься. Так что уже на следующий день количество посыльных до восьми выросло, как только первые пацаны по честно заработанному гривеннику домой принесли. А уж когда, спустя неделю, я из города каждому посыльному по служебному картузу привёз, с красным околышем и лакированным козырьком…
Короче, потребность с посыльными в Петровском оказалась решена полностью. И даже крестьяне, завидев бегущего в картузе паренька, приветствовали его со всем уважением, хоть и улыбаясь. Ещё бы — издалека видно, что пацан по служебным делам мчится так, что подгонять не надо. А что касается противостояния ватаг, так после того, как мои служивые за ухо привели пару задир, пробующих задержать в пути гонца, а родители тех выпороли, то обладателей служебных картузов никто больше не смеет останавливать. Вот закончится смена, сдадут парни картузы, тогда другое дело. А про тех, кто на службе и думать не моги!
Так что в руках Михаила, сына профессора, оказался не только штат быстроногих помощников, но и доступ к целому кладезю информации, который даже нам, взрослым, бывает недоступен. Пацаны, они чего только не знают! Начни правильно спрашивать, и любую семью сельчан, как под микроскопом разглядишь.
Искусству правильных вопросов я Михаила начал обучать постепенно. С самых простых вопросов. Например, кто что говорит о нынешних заработках? Все ли довольны или есть такие, кто сам сомневается, и в других пытается неуверенность вселить. И если что говорит, то какими словами и какие доводы приводит?
— Владимир Васильевич, а вам это зачем? — удивился Михаил, услышав от меня про первые задания, касающиеся информации.
— Ты же слышал, наверное, что мне самому иногда приходится по сёлам и деревням ездить, нанимая работников? Так вот, чтобы не бледнеть на таких сельских сходах и глупо не выглядеть, я должен заранее знать, что у крестьян в голове. Какие мысли у них и какие сомнения. Тогда и разговор у нас выйдет со всех сторон правильный и продуктивный.
— И мне это нужно будет выпытывать?
— Зачем выпытывать? Ты вопросы нужные задавай и они сами тебе всё расскажут, — начал я обучать его азам правильного подхода к руководству большими коллективами людей.
Для начала, получением информации об их настроениях и их степени лояльности.
Тут Михаилу даже сложней, чем Гришке. Тот свой. К нему любой из работников подходит, как к равному, а парень знает, на каком языке с ними общаться. Зато Михаил — профессорский сынок. С таким крестьянин откровенничать не станет, а вот пацаны — посланцы — почему бы и нет, но опять же, при правильном подходе.
Признаться, с артефактами я широко размахнулся и сейчас, если бы спрос не поддержали несколько статей Гиляровского, которые были опубликованы не только у нас, но и в столице, и в некоторых губернских городах, то спрос бы упал до такой степени, что хоть часть работников в отпуск отправляй. А так — пока держимся. Оно и понятно — страда не только у нас одних, помещикам не до покупок. И с деньгами туго, и времени нет.
