Ама зона. Мой мир - Хелл Алекса (читать книги бесплатно полные версии .TXT, .FB2) 📗
Моя маленькая ножка шагнула обратно под цепкий взгляд наставниц. В грязь. В боль. В тишину, где больше не было места детству. Только кровь. Только сломанные кости, содранная кожа и цель.
С того дня я больше не бежала к женщине, родившей меня за утешением. Я бежала только вперёд, чтобы однажды встать напротив, но не как дочь, а как равная. Как клинок, которому не была нужна чужая рука для нанесения удара. Я сама хотела решать кого, как, когда и за что убивать. И, что я поняла чуть позже, так это то, что Совет был совершенно лишним в нашей общине. Совершенно.
Помню, был момент, когда нам с Табикой было лет по десять и Грета сбросила нас в яму с водой, за слабость и неподчинение. Мы с сестрой
жались друг к другу от холода и вони гнилой листвы и чего-то едкого, что Совет сливал с глиняных котлов после варки прямо в нашу яму. Дыхание сбивалось, зубы стучали друг о друга, но мы позволили себе помечтать. Шёпотом, чтобы лес не услышал и не покарал, как и Совет.
- Мы уйдём, - шептала Табика. Голос дрожал, но не от слабости, а ярости, которую она еле сдерживала, сжимая зубы до скрипа. Её пальцы впивались мне в предплечье, оставляя белые полосы, похожие на следы когтей, но больно не было. Мы держались друг за друга, а это было куда важнее боли. - Когда луна взойдёт, когда Грета и остальные уснут после ужина, мы возьмём мешки с сушёным мясом, фляги, ножи и уйдём. Туда, где нет ям, палок и законов. Где можно спать, не боясь, что тебя разбудят ударом ноги по рёбрам или прутом по коже.
Я молча кивала и чувствовала, как в груди разгорается жажда к жизни. Другой, не той, что была у нас. Пусть среди опасности в виде Слепцов и их гнилых земель, но нам казалось, что там куда лучше, чем в Колыбели.
Мы строили маршрут на земле, рисуя его ногтями по грязи. Обходили сигнальные костры, избегали троп разведчиц. Думали, что лес за границей примет нас. Что там не будет боли, бесконечных ударов и слез. Думали, справимся с гнилью того мира и сможем найти место, которое станет для нас домом, но потом увидели Лир.
Когда нас выпустили из ямы, разведчицы притащили тело девочки, которая сбежала три дня назад. Она ползла обратно к Колыбели, волоча вывихнутую ногу, и была обнаружена и доставлена прямо к Грете и наставницам.
У Лиры были в кровь стёрты пальцы и колени, тело в грязи, глаза распахнуты в ужасе и с мольбой смотрели на Грету снизу вверх, пока губы шептали слова.
«Там нет троп. Там нет воды и еды. Там только тишина и пустота. Я не знала, как добыть огонь. Не знала, как отличить ядовитые ягоды от тех, что можно съесть. Там негде укрыться, и казалось, что я ослепла и оглохла».
Наставницы не стали её добивать, а Грета и вовсе плюнула в её сторону, пройдя мимо. Лиру подняли, как выпотрошенную, уже никому не нужную тушу, и бросили в яму, из которой мы с Табикой только поднялись. Выживет, вернётся в поселение и станет одной их тех, кто ходит в Нору, а если нет… останется в яме, пока от неё не останутся одни кости.
Мы смотрели на всё происходящее и не вмешивались. Не могли. Но тогда мы поняли, что не готовы.
- Не сейчас, - прошептала я тогда, чуть позже. - Мы не выживем там, а глупо умирать не наша судьба.
Табика посмотрела на меня и кивнула. В её карих глазах плескалась та же ярость, но уже холодная.
- Сначала ритуал, - выдохнула она. - Сначала станем Защитницами. Получим право на выход за границу, на знания и тайны, а потом… - она недоговорила. Не нужно было.
А потом мы собирались решить, сбежать как можно дальше от Колыбели или остаться и уничтожить гниль не Эпохи слепцов, а ту, что звалась Советом и теми, кто видел мир так же, как и они. Мы решили дойти до конца и лишь потом действовать. Тогда, когда станем клинками и будем готовы если не ко всему, то ко многому.
Мы пообещали себе молчать, ждать, терпеть. Усваивать каждый удар как урок. Отпускать каждую каплю крови, как плату за право затем пролить её лично. Мы поняли, что граница это не стена, а умное существо. Оно пропускает только тех, кто знает, как дышать чужим воздухом, как читать следы, как отличить тишину от засады и яд от пищи.
Мы должны были дойти до ритуала не ради Колыбели и одобрения кого-либо, а ради права на выбор.
Ветер заставил гнилые доски над головой заныть, и я распахнула глаза. Воспоминания отступили, оставляя лишь холодную ясность. Я лежала на чужой куче тряпок, в чужом доме и на чужой земле, но ничего не забыла. Мы думали, что предадим Колыбель, но она предала нас первой. Забрала детство и части нас самих, оставив лишь затянувшиеся рубцы и боль.
Теперь, когда я сидела на полу, с ножом Слепца на поясе, с кровью под ногтями и с тайной, скрывающейся в Руинах или на Старом побережье, я чётко знала, что мы с Табикой не сбежим. Я вернусь за ней, когда буду владеть информацией и поделюсь всем, как и всегда. И тогда мы вместе решим, между кем будет война. Между Колыбелью и Слепцами или между двумя звеньями одной цепи и Колыбелью. Есть и третий вариант. Война между тремя мирами. Нашим с Табикой на двоих, Зелёной эры и Эпохой слепоты.
Я медленно поднялась. Кости сухо хрустнули. Тело помнило каждый удар и урок. Разум помнил каждый выбор и цель. Я провела пальцем по вертикальному шраму на груди, а затем сжала голубой камушек. Мой друг дал мне не только Дурашку, но и саму жизнь.
Ещё до начала обучения, моё маленькое сердце не выдержало напряжения и дало сбой. Если бы не тот мальчик, который спас меня, я бы уже давно была поглощена землёй Колыбели. Чем старше я становилась, тем отчётливее понимала, что мне был дан шанс на вторую жизнь не просто так. Это тоже одна из причин, почему я глотала боль и собирала свои кости заново. Я не могла слить его подарок в яму с отходами. Не могла.
Потерев лицо, размяла шею и направилась к двери. Впереди неделя дорог по чужой земле, и что-то мне подсказывало, что это лишь крохотный кусочек предстоящего пути. Я сделала глубокий вдох и вышла за порог. Необходимо развести костёр и приготовить мясо, а затем найти воду.
Глава 7
Первые два дня я шла не по земле, а будто по тому, что от нее осталось. Трава еле удерживала зелёный цвет и свои стебельки. Деревья выглядели настолько тонкими, больными, мелкими и еле живыми, что я испытывала боль, глядя на них. Я прикладывала к стволам ладони и ухо в попытке ощутить жизнь, услышать, но деревья не разговаривали со мной. Я ожидала за границей реки крови, металла и Слепцов, вымазанных в гнили, но никак не это. Мёртвый, пустой, холодный мир. Мне всё время хотелось обнять себя руками, чего раньше никогда не было, и кожа покрывалась мурашками. Земля не грела, воздух, запахи тоже. Я даже поймала себя на мысли, что было бы неплохо найти зверя побольше и сделать себе более теплую одежду, как у малышей.
Девочки до десяти лет носят закрытое одеяние. Сплошное полотно от плеч до колен, сделанное из тонкой выделанной кожи, но в них ужасно неудобно бегать, прыгать, лазить по деревьям и охотиться. Столь большое покрытие на теле, не даёт ему дышать и свободно двигаться, поэтому как только девочки приступают к обучению, для них готовится новая одежда в виде раздельного комплекта, который растет вместе с ними. Если, конечно, будущим Защитницам удаётся остаться в строю, а не оказаться в ямах.
Я помню, как сильно мне не нравилось ощущать себя облепленной кожей с ног до головы. Как-то я взяла и разрезала свою одежду, разделив на две части как у взрослых. Помню, как мать впервые в жизни рассмеялась, а затем позволила мне бегать по поселению с голым животом, сделав пояс на бёдрах, чтобы юбка не спадала. Кажется, это было сном…
Сейчас я была довольна своим комплектом. Прочный крепкий лиф на шнуровке, не сковывающий движение, и юбка в виде пояса со свисающими тонкими полосками кожи разной длины и ширины, наложенных друг на друга. Практично и удобно. Полосы раздвигаются и не мешают сидеть, ползать, бегать и плавать. Кстати, о воде… с ней в чужом мире было сложно.
