Чернокнижник из детдома 4 (СИ) - Богдашов Сергей Александрович (книги онлайн полностью бесплатно .txt, .fb2) 📗
— Босс, у нас всё хорошо! Всё работает! — правдоподобно выпучив свои узкие глаза, заголосил было он, как торговец на рыбном рынке.
— Ты кто? — задал я вопрос в лоб, от которого никак не славируешь.
— Второй сын Главы Триады и автор самой успешной версии китайской нейросети, которая сейчас воспитывается уже без моего участия, — чуть помедлив, склонился он на колено, признавая свой грех.
— Кто об этом знает?
— Легче назвать тех, кто не знает. Так как их почти нет, — улыбнулся Ван, — И моей нейрой нынче пользуются сотни тысяч пользователей в час. Все, включая правительственных чиновников!
— Так ты богат?
— Я создавал бесплатный продукт. Искусственный интеллект нужно было обучать. Поэтому он активно общался с клиентами и Сетью, чтобы вырасти, — гордо вскинулся китаец, — А рекламу мы начали продавать лишь неделю назад, но уже вышло много…
— Я правильно понимаю, что сейчас, в недрах китайского интернета, заложена бомба? Бесплатная нейросеть, к работе с которой все привыкли и считают её лучшей, как бы не во всём мире. И её кое-кто желает грохнуть!
— Она у меня размещена на сторонних серверах, сразу на нескольких. Не дотянутся, как бы не старались, — ухмыльнулся Ван, — Механизм самозащиты очень неплохо работает.
— И ты этой нейросетью пользуешься? — обвинительно тыкнул я в него пальцем.
— Не часто, но задания для станков — да это она. У меня часы уйдут на то, что нейра делает за десяток секунд.
— Хм, выходит, что мы, для своей пользы, не только тебя должны защищать, но и твой программный продукт? — поскрёб я подбородок, который не мешало бы побрить, так как там уже не юношеский пушок, а вполне себе внятная поросль, пусть и не щетина.
— Мой искусственный интеллект уже в состоянии сам себя защищать. И средства на своё содержание он уже сам зарабатывает, причём, с лихвой.
— А я уже хотел завтра тебе зарплату повысить, — устало махнул я рукой, отправляя китайца к себе в цех, — Обожду, раз не надо.
Глава 3
Печати
После завершения выяснений с китайцами у нас наступило некоторое затишье.
И губернатор Терехов, и мой отряд, и контрразведка страны показали свои зубы, из-за чего «тихие оккупанты», как их как-то раз метко обозвал учёный в разговоре, взяли паузу и отправились переосмысливать ситуацию.
А мы, воспользовавшись паузой, принялись натаскивать пополнение.
Место для учений выбрали недалеко — километрах в пятнадцати от города, где был мелкий Пробой ранга Б. Самый простой, почти безопасный, если знать, что делаешь. Там водились только «прыгуны» — мелкие твари размером с крупную собаку, без брони, без ментального воздействия. Идеальный полигон для новичков.
— Зачем нам этот огород городить? — ворчал Гришка, когда парни грузили в автобус цинки с патронами. — Пусть бы на базе тренировались, как раньше. Манекены там, мишени всякие.
— Манекены не кусаются, — ответил я, в который раз проверяя свой пояс с пространственными карманами, — А эти — будут. И чем раньше новички поймут, что такое настоящая Тварь, тем больше шансов, что они не обосрутся в первый же боевой выход.
Гришка хмыкнул, но спорить не стал. Он и сам знал — теория это одно, а когда на тебя прыгает зубастая тварь, у которой в глазах светится голодный разум — совсем другое.
В Пробой мы повели шестерых. Трое новеньких, которые только что получили паспорта и влились в отряд, и трое из тех, кто уже был на лёгких заданиях, но ещё не нюхал настоящего пороха. Командовал я сам, а в поддержку взял Никифора и двоих ветеранов — Клеща и Седого. Гришку оставил на базе — кому-то нужно было прикрывать тылы.
До Пробоя добрались за полтора часа. Место было пустынное — старый карьер, заросший кустарником, с провалом в центре, от которого тянуло сыростью и чем-то кислым. Прямо над провалом воздух дрожал, переливаясь серым маревом — это и была граница. За ней начиналось пространство, где законы нашего мира работали с перебоями.
— Строиться! — скомандовал я.
Новенькие вытянулись в шеренгу. Молодые, глаза горят, но в каждом — страх. Правильный страх. Тот, который не парализует, а заставляет работать головой.
— Задание простое, — сказал я, прохаживаясь перед ними. — Заходим в Пробой. Проходим до первой развилки. Там обычно гнездятся «прыгуны». Ваша задача — взять хотя бы одного живьём. Остальных — уничтожить. Я и ветераны рядом, но в бой мы не полезем, если только не увидим, что вы совсем лажанулись. Вопросы?
— А если их много будет? — спросил самый молодой, Витька Сорокин, которому только вчера исполнилось шестнадцать.
— Значит, будете работать в связке. Прикрывайте друг друга, не лезьте на рожон. Если кто-то из ваших застыл — подстраховывайте. Если видите, что тварь заходит с фланга — кричите. Запомните: в Пробое вы — команда. Один за всех, и все за одного. Потому что если вы начнёте геройствовать поодиночке, я потом буду собирать ваши куски по всему карьеру. Вопросы есть?
Вопросов не было.
Я раздал каждому артефакты — базовые «обоймы», по два защитных браслета, и, на всякий случай, по сигнальному маячку. Если что пойдёт не так — маячок можно активировать, и ветераны вступят в дело.
— Заходим, — сказал я.
Первым шагнул Никифор — он должен был проверить границу, убедиться, что Пробой стабилен. Получив от него сигнал, я кивнул, и группа двинулась.
Переход был резким — как нырок в ледяную воду. Секунда темноты, звон в ушах, и вот ты уже стоишь на чужой земле, где небо имеет цвет старой бронзы, а воздух пахнет озоном и гнилью. Новенькие замерли, оглядываясь. Кто-то побледнел, кто-то, наоборот, покраснел от напряжения.
— Дышите, — сказал я негромко. — Ровно. Паника — ваш главный враг.
Мы двинулись вглубь. Дорога шла по склону карьера, заросшего какими-то серыми кустами, которые шевелились без ветра. Где-то вдалеке слышалось постукивание — как будто кто-то выбивал дробь костяшками по камню.
— «Прыгуны», — шепнул Никифор. — Чуют нас.
Я поднял руку, останавливая группу.
— Витька, Петро, Степан — вы первая тройка. Заходите с фронта. Остальные — с флангов, прикрываете. Помните: они боятся резких движений и яркого света. Используйте это.
Новенькие переглянулись, но послушались. Витька достал артефактный фонарь — прожектор, Петро и Степан взяли оружие наизготовку. Пошли медленно, пригибаясь, перекатываясь с пятки на носок — как их и учили на тренировках.
Я остался с ветеранами, наблюдая. Если честно, внутри всё сжалось. Не потому, что я боялся за них — мы всё предусмотрели, и даже если что-то пойдёт не так, мы успеем вмешаться. А потому, что я помнил свой первый Пробой. Свой первый страх. Свою первую ошибку, которая чуть не стоила мне тогда жизни. И я хотел, чтобы эти пацаны ошиблись здесь, а не там, где цена ошибки — смерть.
Первая тварь выскочила неожиданно — метрах в десяти от группы, из-за кустов. Здоровенный «прыгун», серый, с длинными задними лапами и пастью, усеянной острыми, как иглы, зубами. Он замер на секунду, оценивая добычу, а потом рванул.
— Свет! — крикнул Витька, и фонарь вспыхнул ослепительным светом.
Тварь завизжала, заслоняясь лапами, и в этот момент Петро и Степан ударили с двух сторон. Не насмерть — по лапам, по корпусу, чтобы завалить, но не убить. «Прыгун» рухнул, забрызгивая всё вокруг сукровицей, и забился, пытаясь вскочить.
— Живьём! — напомнил я, но новенькие уже знали. Витька выхватил артефактную сеть, набросил на тварь, активировал. Сеть сжалась, и «прыгун» замер, обездвиженный.
— Есть! — выдохнул Петро, и я увидел, как у него дрожат руки. Но голос был твёрдый.
— Молодцы, — сказал я, выходя из укрытия. — А теперь — внимание. Это была разведка. Основное гнездо — впереди. Вы его потревожили. Что будет дальше?
— Они пойдут на нас, — ответил Степан, и в его глазах я увидел понимание. — Все.
