Берсеркер: Синяя смерть. Техника обмана - Саберхаген Фред (книги полностью TXT, FB2) 📗
Доминго казалось, что он ей нравится, и эта мысль не была неприятной. Но если так пойдет и дальше, ему придется исключить ее из экипажа. Нельзя смешивать два вида отношений. Все супружеские пары должны работать порознь. По крайней мере, так ему казалось. Сам он не спешил жениться во второй раз.
В отличие от Вильмы Чанар, ее муж Симеон Чакушин поселился на Шубре недавно, но все свидетельствовало о его силе и выносливости. Этими качествами обладал далеко не каждый, кто добирался до колоний переднего края.
Размышления капитана прервал Искандер Бейза, заговоривший по внутренней связи:
– Датчики поймали Ляонин, кэп. На пределе видимости.
Доминго включил собственный монитор, на котором отразились показания датчиков. Даже его тренированному глазу планета показалась не больше крошечной блестки. Ляонин, куда спешила эскадра, двигался по орбите, не слишком отличавшейся от шубранской. Два астероида кружились по вытянутым траекториям вокруг одного и того же наполовину скрытого туманностью солнца – источника сильнейшей радиоактивности. Его сияние, приглушенное плотными облаками пыли, превращало атмосферу обитаемых астероидов и все окрестное пространство в белую пелену, которая временами начинала ярко мерцать.
Туманность не только затрудняла наблюдение, но и почти не допускала быстрых передвижений. Ни человеческие корабли, ни машины берсеркеров не могут путешествовать среди плотных пылевых скоплений на сверхсветовых скоростях. Поэтому до населенных планет приходилось добираться несколько часов, а то и дней, словно их разделяли многие световые годы. Прямо сейчас и Доминго, и его людям казалось, что корабль едва ползет по экрану.
Но теперь, спустя много часов после старта и через несколько минут после того, как Бейза увидел цель путешествия, на экранах кораблей, под утончавшейся пеленой, начала медленно проступать поверхность Ляонина. Изображение сделалось четче, блестка стала превращаться в планету.
– Отставить разговоры, – приказал Доминго. – По местам. Мы на подходе.
Маленькая эскадра из шести кораблей наконец приблизилась к цели. Слегка приплюснутый шар Ляонина отчетливо виднелся на молочном фоне. А детекторы никак не могли нащупать вражеское судно.
– Подай сигнал, Вильма. Скажи, что мы рядом.
К планете понесся узконаправленный радиосигнал, который могли поймать только обитатели Ляонина.
Проходили секунды, а ответа все не поступало. Наконец «Жемчужина» подошла к планете так близко, что стали видны поселения на ее поверхности.
Вернее, места, где были эти поселения.
Экипажи «Жемчужины» и других кораблей эскадры поддержки с ужасом глядели на экраны, являвшие зрелище полного хаоса и разрушений. Не осталось ни одного целого здания, все поселения были сметены с лица планеты.
Корабли подошли ближе.
Радисты все посылали сигналы к выжженной земле. Ответа не было. Оставалось непонятным, кружит ли поблизости враг и выжил ли кто-нибудь под смертоносным огнем берсеркера.
По мере приближения к астероиду следы жутких орудий врага становились все явственнее. Похоже, в живых не осталось никого.
Несколько часов назад Доминго прикинул, как быть, если дела пойдут хуже некуда. Теперь он начал претворять этот план в жизнь, отдавая команды своим людям. На борту «Жемчужины» был небольшой поисковый катер, и капитан отобрал троих человек, чтобы они спустились вниз и занялись поисками трупов и выживших в катастрофе людей. Сам капитан остался на борту, под защитой боевого корабля.
Искандер Бейза был первым среди тех, кого выбрал Доминго. Второй стала Полли Суслова, у которой имелся подобный опыт. Третьим – Генрик Пуансо, человек хладнокровный и надежный.
Когда катер отчалил от корабля, «Жемчужина» даже не дрогнула. Капитан ничего не почувствовал сквозь металл корпуса и искусственное гравитационное поле, такое же, как на его родном астероиде. Гравитация соответствовала земной. На дисплеях и мониторах было видно, как длинный узкий челнок помчался к изувеченной поверхности Ляонина.
Шли минуты, с катера непрестанно поступали отчеты, которые мало что прибавляли к уже известным ужасным фактам. Пока все выглядело так, будто ни один из нескольких сотен колонистов не выжил в этой бойне. Тогда, с разрешения Доминго, другие корабли эскадры тоже выслали катера, которые понеслись к разным участкам выжженного Ляонина.
Катера приземлились один за другим в разных местах. Первые же сообщения подтвердили, что случилась всепланетная беда. Одна из команд отыскала часть берсеркера – боевой катер-автомат. Наземная оборона оказалась отнюдь не бесполезной.
Наконец один из разведчиков уловил слабый радиосигнал. Не прошло и часа, как спасатели откопали одного выжившего колониста, а затем и другого; оба уцелели, сидя в полуразрушенных убежищах. В сердцах освободителей снова вспыхнула надежда. Но удача больше не улыбалась им. Других выживших не было.
Спасенных ляонинцев доставили на один из кораблей. Доминго стал расспрашивать их по каналу узконаправленной связи, остальные слушали. Он говорил с одной из спасенных, молодой девушкой, а перед его глазами стоял образ Маймио.
Оба колониста были ранены, оба рассказали об ужасающих вещах. Их разместили отдельно друг от друга, в хорошо изолированных отсеках. Спасенные еще не оправились от шока. Они только и могли, что бессвязно бормотать о невероятных опасностях, о смертельном ужасе, бомбах и чудесном спасении.
– Сколько их было? – спросил Доминго. – Сколько было берсеркеров? Не маленьких боевых автоматов, а больших машин в космосе?
Один из спасенных ничего не знал. Девушка слышала, что нападающий был один.
– Это был Левиафан? Синий Старик?
– Не знаю. Кто-то сказал, что… что это он. Так всегда говорят, когда видят, что только один… Не знаю.
Вмешался доктор, летевший на корабле, куда доставили спасенных. Он уже приступил к лечению. Командующему пришлось поторопиться с дальнейшими расспросами. Пациенты находились в тяжелом состоянии, на них все еще воздействовал стресс.
– Я постараюсь закончить побыстрее. Куда потом двинулся враг? Можете что-нибудь сказать о его маршруте?
Но спасенные не могли ничего добавить к сказанному. И неудивительно. Несчастные даже не видели, откуда страшный недруг прибыл на их планету, не говоря уже о том, куда он отправился.
Капитан оставил их в покое.
Как случилось, что оборона Ляонина рухнула так быстро? Двое израненных, отупевших от горя людей не могли дать вразумительного ответа. Картину могли бы прояснить записывающие устройства, установленные специально для съемки сражения, но все они погибли под развалинами военной базы колонии.
Доминго приказал направить сканирующие устройства не на планету, а в космос и проверить тонкую накидку из белого излучения и пылевых облаков, окутывавшую Ляонин. Детекторы могли обнаружить следы прохождения крупных объектов, двигавшихся с околосветовой скоростью, – в пределах допустимого, но все же быстрее, чем естественные образования туманности. Следы берсеркера остались в млечном тумане, таком разреженном, что его можно было считать чистым вакуумом. Берсеркера или берсеркеров? По следам было трудно сказать. Притом сканеры и компьютеры не могли точно определить маршрут, выбранный неприятелем.
До слуха командора долетел тревожный ропот, поднявшийся на соседних кораблях. Спасателей охватил страх. Возможно, в это самое время враг грозит их семьям и домам на Шубре!
– Шеф, нужно возвращаться.
– Нужно. Идем обратно, и без паники.
Доминго спокойно напомнил им – все тут же начали повторять друг другу его слова, – что оборона Шубры намного сильнее ляонинской, что она устоит даже без поддержки флота. Шубра может продержаться несколько дней, особенно под ударами одного-единственного берсеркера.
Правда, всего несколько часов назад жители Ляонина тоже считали, что их система обороны весьма надежна.
Интересно, хватило ли у них времени, чтобы выйти в космос и попытаться спастись на своих кораблях? Неизвестно, поскольку их космодром – подземный, как и на Шубре, – превратился в атомное пекло. Даже если корабли взлетели, они были далеко за пределами видимости.
