Исповедь смертного греха - Вальтер Макс (бесплатная библиотека электронных книг txt, fb2) 📗
— В смысле? — захлопал глазами Санёк. — Мы ведь... Мы же... Да он же первым начал!
— Молчать! — рявкнул полковник, и Саня затих. — Решение принято. Поедете в «Зверинец». Увести!
В комнату, где мы трое очнулись и получали взбучку от Исаева, вошли трое. На этот раз с нами не церемонились. Пинками и затрещинами нас выгнали обратно на улицу и повели к машине. Но уже не к той, возле которой всё ещё продолжал суетиться долговязый мужик в пиджаке. Она хоть и выглядела точно так же, но встречающий сильно отличался от улыбчивого «дылды». Этот был крепким, коренастым. Его взгляд пронизывал насквозь, и в нём не было никакой жалости. Напротив, нас он осмотрел с нескрываемым презрением, словно оценивал, как долго нас придётся бить, чтобы приучить к порядку. Он даже фамилии наши не спросил. Молча указал на салон, и как только мы вошли внутрь, с силой захлопнул за нами дверь.
А здесь нас уже ожидала Дашка.
Пока мы получали взбучку от полковника, нам оказали медицинскую помощь. Мне что-то вкололи, Мишке разогнали синяк, который успел налиться на добрую половину морды. А Саньку подлатали ухо и вывихнутое плечо. Он подоспел к драке в самом конце и как раз нарвался на достойный отпор, так и не успев ничего сделать. Дашку тоже подрихтовали, но она всё равно каждые несколько секунд трогала лоб, пытаясь найти там здоровую шишку.
— Капец нам, по ходу, — выдохнул Санёк, отвернувшись к окошку.
— Сам виноват, — буркнул я. — Нечего было выскакивать и шум разводить.
— Ну убей меня теперь за это, — огрызнулся он.
— Да успокойтесь вы, — остудила назревающий спор Дашка. — Всё уже случилось. Теперь будем выкручиваться из того, что имеем. Может, за хорошее поведение нас простят и переведут обратно, к остальным.
— Ага, мечтай, как же, — криво ухмыльнулся Косой. — Ты слышала, как они назвали это место? «Зверинец». Нас теперь в клетках держать будут.
— Ты дурак совсем? — уставилась на него Дашка. — Не говори глупостей. Никаких клеток там нет.
— А почему они тогда его так назвали? — не унимался Косой.
— А ну заткнулись там! — прогремел строгий голос встречающего, и мы быстро притихли.
— Всё, нам точно кабзда! — окончательно скис Санёк.
А моё внимание привлёк полковник, который о чём-то беседовал с встречающим. Я даже с кресла встал и подобрался поближе к двери, чтобы расслышать то, о чём они говорят.
— ...на поруки, — долетел обрывок фразы. — И давай там построже с ними, хорошо?
— У нас не забалуют, — ответил крепыш. — Переночуют пару раз в карцере — вмиг шёлковыми станут.
— Ты не понял, Валер. Я не хочу, чтобы ты их ломал, — положив ему руку на плечо, произнёс полковник. — Мне нужно, чтобы ты раскрыл весь их потенциал. Понимаешь, о чём я?
— Хочешь воспитать свежее мясо? — хмыкнул Валера.
— Да, что-то мне подсказывает: эти четверо — как раз то, что мы ищем. Ты видел, как он моего Голованова отделал? А ведь он ещё щенок, ему и четырнадцати нет.
— Ладно, я тебя услышал, — кивнул Валера. — Посмотрим, сколько они продержатся без надлежащего присмотра. Но это сам понимаешь, не бесплатно... В случае чего, я ведь работой рискую.
— Главное — не покалечь их, а с деньгами проблем не будет.
— Ну чего там? — не выдержал Санёк.
— Да тихо ты, — шикнул на него я, но было уже слишком поздно.
Оба взрослых смотрели прямо на меня, и в их глазах не читалось ничего хорошего.
Глава 3
Глава 3.
Специальные условия
Машина опустилась на посадочную платформу. Винты остановились и плавно сложились, замерев вдоль бортов. Дверь с тихим шипением отошла в сторону, выпуская нас наружу.
— Выходим, — скомандовал Валера.
Друг за другом мы выбрались из салона, чтобы отправиться к основному корпусу. Выглядел он так же потрясающе, как и другие строения на этой планете. Впрочем, для нас всё было в диковинку.
Щурясь от яркого солнечного света, который отражался от стеклянной поверхности здания, мы крутили головами, впитывая детали экстерьера. Высокий забор из прутьев, с замысловатым орнаментом, обрамлял территорию. Вдоль него — аккуратно подстриженные кусты в форме кубов и шаров. Пёстрые клумбы с цветами всех возможных оттенков, от которых рябило в глазах. И всё это на фоне ярко-зелёных газонов. Глядя на них, хотелось сбросить ботинки пробежаться босиком, утопая в сочной траве по щиколотку.
— Какая красота, — прошептала Дашка. — Неужели мы будем здесь жить?
— Судя по всему, — буркнул я.
— Да уж, кудряво они здесь устроились, — хмыкнул Мишка.
В отличие от подруги, я не испытывал щенячьего восторга, навеянного внешним лоском. В голове всё ещё звучали слова полковника Исаева о планах в отношении нашей судьбы. Своим я пока ничего не рассказал. Рано.
Вывеска у двери гласила, что мы угодили в «Интернат для трудных подростков №723», и это в очередной раз омрачило общее впечатление от увиденного. А дальше началась процедура заселения, от которой все сторонние мысли моментально выветрились из головы.
Первым делом мы отправились в медицинский блок. Валера передал нас на руки строгой женщины в белом халате. Она представилась Василисой Ивановной. По её лицу было видно, что возня с нами не доставляет ей удовольствия, скорее напротив — раздражает. Может, поэтому она никак не реагировала на наши вопросы.
По очереди мы посетили медицинскую капсулу, в которой каждый провёл около сорока минут. Получив свою дозу прививок, мы были отправлены в душ. А по выходу из него нам выдали новую одежду. Эдакие комбинезоны одинакового цвета, на которых уже имелись нашивки с нашими именами.
Затем снова капсулы, но уже предназначенные для программирования имплантов, в которых нам обновили прошивку для визоров, напрочь убив в них весь функционал. Теперь там остались лишь самые примитивные функции: общение, обучающие программы и план-схема интерната. Ах да, где-то в процессе нас ещё покормили.
В жилой корпус мы попали только к вечеру. Чем-то он напоминал наш родной барак. Разве что света было побольше, да и само помещение имело огромные размеры. Дашку забрали и отвели в соседнее здание, где располагался корпус для девочек. Естественно, для нас туда вход был под строжайшим запретом.
Воспитатель, Семён Николаевич, ушёл, а мы так и стояли у входа, не решаясь пройти дальше. Всё здесь было чужим, непривычным и немного пугающим. Мы не знали ни правил, ни порядков. И чувствовали себя выброшенными на берег рыбами.
— Ну чё… По ходу, приехали, — выдохнул Санёк. — Пойдём места занимать?
И мы шагнули навстречу новой судьбе. По мере того, как мы продвигались, гул голосов смолкал. Присутствующие провожали нас оценивающими взглядами. Никто не спешил приветствовать новеньких или завязывать с нами знакомство. От этого молчаливого внимания становилось не по себе.
Слава богу, система выдала нам три места рядом. Этот факт немного расслабил нервы, которые уже были натянуты до предела. Каждому досталась кровать, собственная, не двухъярусная. В изголовье имелся шкаф для личных вещей, а слева — небольшая прикроватная тумбочка. Всё на замках, которые открывались по отпечатку пальца. В шкафу обнаружился сменный комплект одежды и постельного белья. На дверце висело расписание внутреннего распорядка. Но стоило зафиксировать взгляд на ку-ар коде, как визор послушно открыл свод правил и привязанную к нему систему наказаний.
Говорить по-прежнему не хотелось. Усталость брала своё, Я свалился на кровать и прикрыл глаза, делая вид, что сплю. Однако уснуть так и не смог. То ли сказывалось новое место и непривычная телу гравитация, то ли куча пережитых эмоций. Я ворочался всю ночь и смог слегка задремать буквально перед самым рассветом. Едва я провалился в спасительную темноту, как меня из неё вырвал настойчивый писк будильника.
Общага тут же наполнилась гулом голосов. Я разлепил веки, уселся на койке и с силой провёл ладонями по лицу. Но не успел подняться на ноги, как меня кто-то больно ткнул прямо между рёбер.
