Бумажная империя. Гепталогия (СИ) - Жуков Сергей (бесплатные онлайн книги читаем полные версии .TXT, .FB2) 📗
– Да уж, – тихо сказал я, пока мы шли по пустому переходу между корпусами, – когда мы с тобой пели “Шального императора”, я не думал что наша следующая встреча будет при таких обстоятельствах.
Следователь неловко улыбнулся и кивнул:
– Да, обожаю эту песню.
Я чуть нахмурился и хмыкнул. Отметил это про себя и убрал мысль в дальний угол – она мне ещё пригодится.
Он вывел меня к неприметной двери в подвальном этаже, за которой оказался узкий технический коридор, ведущий к канализационному коллектору. Через десять минут я вылез из люка на пустыре в двух кварталах от изолятора, вдохнул ночной воздух и быстрым шагом двинулся прочь.
***
Поместье Чёрного Пса
– Ну что тут у вас новенького? – спросил я, переступив порог.
Пёс сидел на диване и смотрел новости. При виде меня он не удивился, не обрадовался и не вскочил с места. Просто посмотрел тем самым взглядом, который говорил: я знал что ты вернёшься, вопрос был только когда.
– С чего начать? – спросил он.
– Давай с чего‑нибудь хорошего, – сказал я, плюхаясь на диван рядом.
– Хорошего? – хмуро посмотрел он на меня. – А такого и нету.
В подтверждение своих слов он взял пульт и прибавил громкость на телевизоре.
На экране шло ток‑шоу. Двое приглашённых “экспертов” стояли по разные стороны трибуны и орали друг на друга с таким жаром, что ведущий между ними выглядел как судья на боксёрском ринге.
– Это отвратительно! – надрывался первый, лысый мужчина в дорогом костюме и с галстуком, который он периодически теребил для пущей убедительности. – Действовать так грязно и подло, рушить отношения с великой державой! Англичане – благороднейшая нация, с которой нужно дружить и брать пример, а этот Уваров одним своим существованием уничтожает всё, что было выстроено годами дипломатии! И это не домыслы, есть неопровержимые факты его причастности к разжиганию конфликта! Я готов съесть свой галстук, если это окажется неправдой и Уваров будет признан невиновным!
– Да причём тут англичане?! – второй эксперт, краснолицый здоровяк, стащил с ноги ботинок и с грохотом ударил им по трибуне. – Англичане – гады и предатели, самые мерзкие люди на планете! А Уваров – негодяй, потому что лишил нашу великую страну возможности наказать этих чопорных негодяев самим! Да таких как он, кто считает что вправе лишать империю столь славной возможности показать свою силу, нужно лишать не только аристократического титула, но и гражданства!
– Вы несёте чушь! – взвизгнул лысый.
– Это вы несёте чушь! – проревел краснолицый и ударил ботинком ещё раз.
Пёс убавил звук и повернулся ко мне:
– Нет ну ты представляешь уровень идиотизма? Что за дебилы в здравом уме могут выдумать такое?
Я неловко улыбнулся:
– Да, выдумать такое действительно сложно.
Потому что это правда, – добавил я про себя.
– А в газетах не лучше, – Пёс кивнул на стол, заваленный свежей прессой. – Полюбуйся.
Я взял верхнюю газету. На первой полосе красовался заголовок: “Если за поставку пары пистолетов Австрии объявляли государственным изменником, то чего заслуживает человек, рассоривший нас с англичанами и втянувший империю в чужую войну на стороне вчерашнего врага?”. Вторая газета была не лучше: “Уваров – архитектор войны или жертва обстоятельств? Факты говорят сами за себя”. Третья вообще не утруждала себя вопросительными знаками: “Предатель империи: как один человек развязал войну между двумя великими державами”.
– И это ещё цветочки, – продолжал Пёс. – Там дальше целая подборка про то, как ты якобы оскорбляешь первых дам страны, как ужасно ведёшь себя в высшем свете и как позоришь аристократическое сословие одним своим существованием. Прямо целый сериал написали, серий на двадцать.
Я откинулся на спинку дивана и задумался. Они били наугад, не зная деталей, но попадали с такой точностью, что у меня холодело внутри. Потому что я действительно спровоцировал конфликт между Австрией и Англией, и если кто‑то начнёт копать в этом направлении всерьёз, обвинения в государственной измене перестанут быть газетными заголовками.
Но кто стоит за всем этим? Роман Юсупов, конечно, владеет газетами и телеканалами, но он бы никогда не начал настолько масштабную и целенаправленную кампанию по собственной инициативе. Роман был слабым управленцем, трусливым и нерешительным, не способным на подобный размах. Он мог ненавидеть меня, но ненависть и стратегия – разные вещи.
А значит за ним стоит кто‑то другой. Кто‑то, кому хватает и злости, и ума, и связей, чтобы превратить разваливающуюся медиа‑империю Романа в оружие.
Анастасия.
Похоже, Роман превратился в её личного писаря, послушно выполняющего всё, что она ему нашёптывала. Да уж, Павел Алексеевич наверное крайне недоволен тем, куда катится его некогда великая империя и самое главное – насколько быстро.
– Дань, ты чего замолчал? – Пёс посмотрел на меня.
– Думаю, – ответил я.
– О чём? – поднял он бровь.
– О том, как мне всё это надоело и как же я уже жду, когда всё это закончится, – устало выдохнул я.
– Думаешь это закончится? – усмехнулся он.
– О да, – хитро улыбнулся я. – Это закончится, и закончится куда быстрее, чем кто либо думает.
В этот момент в комнату заглянул один из парней Пса:
– Босс, тут какой‑то журналюга припёрся. Мы хотели отмудохать и вышвырнуть, но он вопил что знает что Даня здесь, поэтому просто связали и затащили внутрь.
Мы с Псом переглянулись.
– Это плохо, – сказал я.
– Они узнали что ты здесь? Как журналисты узнали об этом первыми? – нахмурился Пёс.
– Самому интересно, – пожал я плечами.
– Может он никому не сказал и мы просто его по‑тихому... – Пёс провёл большим пальцем по шее.
– Нет, – строго сказал я, а затем обратился к парню: – Тащите его сюда.
Через пару минут двое громил втащили в комнату связанное тело с огромным мешком на голове. Пленник извивался, мычал и пытался лягнуть своих конвоиров, но те держали крепко.
– А мешок‑то зачем? Если он и так знает где находится? – приложил ладонь к лицу Пёс.
– Ну мы это… – замялся здоровяк.
– Да мы с парнями недавно боевик смотрел про мафиози, так они там ловко мешок срывали, видимо тоже захотелось, – рассмеялся один из громил, хотя мне, честно говоря, было не до смеха.
– Можно? – с надеждой спросил он, кивая на мешок.
– Да давай уже, актёр блин, – махнул рукой Пёс, после чего громила отработанным движением резко сдёрнул мешок с головы пленника.
В комнате повисла звенящая тишина.
– Ты кто такой? – хрипло спросил Пёс.
Но вместо него раздался мой голос:
– Стас, какого хрена ты тут делаешь?!
На стуле, связанный по рукам и ногам, с растрёпанными волосами и перекошенным от возмущения лицом, сидел главный редактор моей газеты.
– Какого хрена я тут делаю?! – взвизгнул Стас. – Какого хрена делает Юсупов в нашей редакции – вот какой вопрос ты должен задавать!
– Стас, мы уже говорили об этом… – вздохнул я, но он лишь яростнее заговорил:
– Он разваливает газету изнутри, Даниил! Это его тайный план, я всё раскусил! Он специально устроился к нам чтобы уничтожить Невский вестник и народную газету!
– Стас, успокойся и давай по порядку, – я сел напротив него.
– По порядку? – он попытался вскочить со стула, но связанные руки и ноги не позволили ему этого сделать и он едва не плюхнулся на пол. – Этот изверг, этот тиран, этот деспот замучал всю редакцию! Люди уже готовы увольняться! Корректор Наташа плачет каждый вечер, потому что он заставил её перечитать один и тот же выпуск одиннадцать раз! Одиннадцать, Даниил! У верстальщика нервный тик, потому что Юсупов забраковал ему макет семь раз подряд, а когда тот спросил что конкретно не так, Павел ответил: “Всё не так, переделывай”.
– Стас… – попытался вставить я хоть слово, но его было не остановить:
– Я не закончил! Он приходит в шесть утра, уходит в полночь и требует того же от остальных. Мы не рабы, Даниил! У нас есть трудовой кодекс и человеческое достоинство!
