Голос из прошлого - Которова Ольга (книги txt, fb2) 📗
— Если честно, мне не очень-то нравится, что в этом доме кто-то будет жить, — неожиданно признался мужчина.
Ника и Глеб переглянулись.
— Почему? — поинтересовалась Ника, уже понимая, что сейчас услышит какую-нибудь страшную старую историю, как это бывает в подобных местах. И не ошиблась.
— Место-то не очень хорошее.
— Вы что-то знаете? — осторожно спросил Глеб.
— Да все, кто живет рядом, знают. Наша деревня раньше принадлежала хозяину этого особняка. Я еще парнишкой был, когда ходили нехорошие слухи. Люди там пропадали.
— Значит, это уже не первый раз? — тихо спросила Ника.
— Нет, конечно. Только когда в девяностых дом государству перешел, все стихло. Да и то потому, что дом-то никому не нужный оказался. Закрыли его, да и уехали. И стоял он до тех пор, пока его не выкупили и не решили восстановить.
— А что вы знаете про прежних хозяев? — Ника внимательно посмотрела на Артемия Никитича.
— Что знаю? — Мужчина почесал затылок. — Да ничего плохого сказать про него не могу. Хороший мужчина был, только умом тронулся. Примерно за год до того, как дом-то государству отошел, жена с двумя сыновьями у него пропали. Многие думали, что это он их того... — Артемий Никитич провел ребром ладони по шее. — Думали, он убил. Но ведь в доме-то и до него пропадали.
— А кто пропадал? Все или это касалось только хозяев и их близких? — тут же задала вопрос Ника.
Мужчина задумался и только через пару долгих секунд ответил.
— Да вроде только те, кто жил в доме. Прислуга-то из деревенских была. В доме никто не ночевал. Но это только то, что мне известно.
— Так и что там с последними хозяевами? — поторопила Ника мужчину, когда он снова замолчал.
— А чего? Жена и сыновья пропали, ну у него головушка-то и поехала. Помню, рассказывали те, кто у него в доме работал, мол, хозяин постоянно твердил, что его родные в музыке исчезли.
— В музыке? — переспросил Глеб, с сомнением посмотрев на Артемия Никитича.
— Именно. В музыке. Многие не могли поверить, что это он убил свою жену и детишек. Любил он их крепко, не мог такого сделать. — Мужчина отрицательно покачал головой. — Да и добрый он был. Никогда и никому ничего плохого не делал. Деревня, наоборот, при его правлении хорошо жила. Богато. Он все для людей делал.
— А были ли у него братья или сестры? — спросила Ника, вспоминая те немногие слова Тамары Павловны.
Этот особняк принадлежал ее друзьям, которые жили за границей. Когда-то дом принадлежал их далеким предкам, и теперь они решили выкупить его и восстановить. Наняли внучку Тамары Павловны, чтобы та провела реставрацию дома, но Валерия неожиданно исчезла.
— Вроде у него брат младший был, но об этом лучше у кого-то в деревне поспрашивать, кто раньше работал в доме.
— А еще кто-то в живых остался? — спросила Ника, зацепившись за его слова.
— Ну да. Дед Никифор конюхом при доме работал. Один и остался в живых из тех, кто еще знал последнего хозяина. Он-то больше всего может рассказать. Только я вам одно скажу: будьте осторожны. То, что в этом доме что-то плохое есть, — это точно. Валерия вон тоже поначалу не верила. Но я ее сразу предупредил и сказал, чтобы соль рассыпала у окон и дверей. Чтобы нечисть никакая не зашла. Она сначала смеялась, а потом, когда исчезла, я пришел и смотрю: в комнате-то ее дорожки из соли были. Значит, все же послушалась. И не просто так рассыпала. Не просто. — Последние слова мужчина произнес практически шепотом. — Даже мужики, что в доме ремонт делали, допоздна никогда не задерживались здесь. Как темнеть начинало, они сразу уходили.
— Почему?
— Говорят, не нравилось им тут. Что-то нехорошее было.
Ника от последних слов мужчины поежилась. Она, как никто другой, знала, что в этом мире существует и потустороннее. Вероника уже не раз сталкивалась с этим самым потусторонним. И в основном такие встречи ничем хорошим не заканчивались.
— Ладно, я, наверное, пойду. Если что-то нужно будет, лучше сами в деревню приходите. Связь в доме не ловит, если только на улице, да и то постоянно с перебоями. Позади дома колодец увидите, и вот за ним тропка в лес уходит. Она вас точно в деревню приведет. Пешком минут пятнадцать. Автолавка приезжает по понедельникам и пятницам в десять утра. Так что, если что-то нужно будет из продуктов, приходите. Дом мой третий с начала улицы. Что еще... — Артемий Никитич задумался. — А, Глеб, идем, покажу, как котлом пользоваться.
Мужчины ушли, а Ника осталась стоять возле закрытой двери комнаты.
***
Спальня оказалась просторной и светлой. В ней стояли большая двуспальная кровать, платяной шкаф и тумбочки по обе стороны от кровати. Больше мебели не было. Закатив свой чемодан, Ника решила осмотреть комнату, в которой жила Лера. Ее словно невидимыми нитями тянуло в ту спальню, и она пошла.
Ника аккуратно открыла дверь комнаты Леры и заглянула внутрь. Комната оказалась почти такой же, как ее спальня, только здесь стояли еще два стула, на спинках которых аккуратно висела одежда. Кровать была расправлена, а на тумбочках лежали личные вещи.
Вероника подошла к окну, отодвинула занавеску и посмотрела на старый яблоневый сад, за которым раскинулся лес. Взгляд Ники соскользнул в сторону, к подоконнику, и она заметила тонкую белую линию из крупинок. Ника указательным пальцем потрогала полосу. Это была соль. Обычная столовая соль. Но что заставило Леру рассыпать ее на подоконнике?
Вспомнив рассказ Артемия Никитича о том, что соль была и у двери, Вероника сразу же проверила его слова. И правда, рядом с дверью тоже была соль, только уже не ровной полосой: ее растоптали, и сохранилась она лишь в некоторых местах.
Дело становилось еще более загадочным.
Вероника подошла к одной из тумбочек и открыла ее. Не любила она рыться в чужих вещах, но сейчас это было необходимо. В ящике тумбочки не было ничего ценного. Только блокнот, ручка, тюбик крема для рук и маска для сна.
Ника осторожно прикоснулась к блокноту, боясь, что видения резко вспыхнут, но ничего не произошло. Взяв блокнот, она открыла его. Лера записывала в нем распорядок дня и делала важные пометки. Быстро пролистав странички, Ника положила блокнот обратно и взяла маску для сна. Но и от нее не возникло ни одного видения. Она даже попыталась сконцентрироваться. Хотелось заглянуть в прошлое и посмотреть, что именно делала Лера, но видений не было.
Ника прикоснулась еще к нескольким вещам, но снова потерпела неудачу, что злило ее и приводило в недоумение. Хотя этот дар был у нее не так силен. Возможно, карты подскажут куда больше.
— Ника? — послышался голос Глеба из коридора, и Вероника тут же выглянула.
— Я тут. В комнате Леры.
Глеб вошел в комнату.
— Нашла что-то?
— Кроме соли ничего. Неужели она поверила в нечистую силу?
— Если соль рассыпала, значит, что-то видела или слышала. И если это так, почему не рассказала бабушке и не уехала из дома? Она ведь ничего не говорила Тамаре Павловне?
— Да вроде нет. Она точно мне бы сказала. Зачем такое скрывать? А вообще, странно все это. Куда могла исчезнуть женщина в закрытом доме? — Вероника еще раз осмотрела комнату.
— Кабы я знал. — Секунду Глеб помолчал. — Слушай, давай разложим вещи и обследуем как следует дом.
— Хорошо. А я как раз сделаю расклад. Может, карты что подскажут.
И они вышли из спальни Леры, разойдясь каждый по своей комнате.
Разложив вещи, Ника забралась на кровать с ногами и устроилась по-турецки. Достав из сумки колоду, она несколько секунд просто держала ее в руках.
После рассказа Артемия Никитича и увиденной в комнате Леры соли вопросов стало еще больше. Конечно, все это могло оказаться обычными деревенскими страшилками. В домах, в которых хоть раз умирали люди, призраки всегда присутствовали. А если в этих домах случалось еще что-то страшное, ну или кто-то исчезал, как это было в особняке, появлялись и разные байки и легенды. Вот только Ника слишком много раз сталкивалась с необъяснимым, чтобы совсем не обращать внимания на подобные истории.
