Звоните Манькову! Том 3 (СИ) - Деев Денис (е книги .TXT, .FB2) 📗
Зимов с уважением пожал руку рыжему крепышу, а затем широким жестом указал на нас со Степаном:
— А вот и мои птенцы. Тоже заместители и помощники по коммерческой части — Степан и Олег.
Мы обменялись короткими сдержанными кивками. Рыжий Александр мазнул по мне оценивающим взглядом, я ответил ему тем же. Старики обнимались, а молодняк присматривался друг к другу, оценивая весовую категорию перед грядущими переговорами.
— Ну что, Филипп Васильевич, не будем откладывать удовольствие в долгий ящик, — Зимов потер руки, беря управление вечером на себя. — Проходите сразу в раздевалку. Там уже всё готово: простынки свежие, полотенца, тапочки и прочая дребедень.
— Да и правда, — согласился главный инженер ЦКИБ, расстегивая пальто. — После рабочей недели кости ломит, погреться охота. Парилка-то у вас как? Готова?
— А как же! — еще шире улыбнулся Зимов. — Пар стоит коромыслом! Дышится легко, градус правильный!
Душой генерал не покривил, ведь определенные и весьма существенные корректировки в работу вверенного ему банного комплекса он внес.
Если в тот день, когда мы со Степаном ходили сюда в первый раз, парилка напоминала филиал геенны огненной, то теперь там можно было с удовольствием сидеть на деревянных полках, не чувствуя, как жар медленно испаряет твои легкие и сворачивает кровь. Зимов, при всей своей армейской прямолинейности, прекрасно понимал, что сварить нужного человека заживо — не лучший способ начать коммерческие переговоры.
Отдав дань традициям, попарившись от души, как следует прохлестав друг друга березовыми вениками и смыв с себя трудовой пот, мы, разморенные и красные как раки, завернулись в сухие простыни. Поправив, так сказать, здоровье в парной, мы дружно отправились за шикарно накрытый стол. Отправились для того, чтобы это самое здоровье начать методично гробить. Потому что генерал Зимов, взяв на себя обязанности тамады, наливал всем исключительно собственноручно, строго до краев, да с горкой.
Зимов, опершись рукой о край стола, поднялся во весь свой немалый рост и поднял рюмку.
— Ну что? — он обвел нас всех взглядом. — За встречу!
Тост был нехитрый, по-армейски короткий и прямой, но сказан был от всей души. Мы дружно чокнулись — над скатертью поплыл мелодичный хрустальный звон — и единым махом опрокинули содержимое. Ледяная «Столичная» обожгла горло, властно требуя немедленной закуски. Мы не стали заставлять себя упрашивать и тут же приступили к трапезе.
Господи, как же я скучал по вот этим настоящим, натуральным продуктам! Я подцепил на вилку кусок осетрины, отправил в рот и едва не зажмурился от удовольствия. Вкус был просто невероятным. Рыба была упругой, жирной, пахнущей настоящим дымком, словно ее только-только вытащили из речки и тут же на берегу закоптили на ольховой щепе.
Следом в ход пошел увесистый ломоть домашней буженины. И это было мясо. Самое настоящее, стопроцентное мясное мясо — плотное, волокнистое, истекающее ароматным соком. Без грамма сои, без влагоудерживающих гелей, глутаматов натрия и прочих химических «примесей», которыми под завязку набит мой родной двадцать первый век.
Да, конечно, в мое время абсолютно все продукты на полках бесконечных супермаркетов были плотно упакованы в потрясающе красивые, яркие и технологичные обертки. Дизайнеры будут рисовать им броские логотипы, а маркетологи — лепить зеленые наклейки «эко-продукт» и «фермерское». Но если говорить откровенно, содержимое всех этих привлекательных фантиков всухую, с разгромным счетом проигрывало честному натурпродукту из девяносто второго года. Продукту, который, вполне возможно, до того как красиво лечь в хрустальную салатницу на генеральском столе, ехал с рынка просто по-пролетарски завернутым в старую газету. Зато вкус у него был такой, что можно было вместе с обрывками этой газеты пальцы отъесть!
— Уффф… Ну, Юрий Иванович — спасибо! — Филипп Васильевич сыто отвалился на спинку кожаного дивана, промокая испарину на лбу салфеткой. — Накормили-напоили не хуже, чем тогда. В Завидовом.
— Да бросьте, Филипп Васильевич, — добродушно отмахнулся генерал. — Так, по сусекам поскребли. Что нашли в закромах, то и на стол поставили. Ну что, гости дорогие, готовы на второй заход в парилку?
— На второй-то оно, конечно, можно, — главный инженер неспеша поднялся, поправляя на бедрах белоснежную простыню. — Только вы же, помнится, какой-то серьезный деловой вопрос обсудить со мной хотели…
— Так давайте его прямо там и обсудим! — генерал решительно встал, указывая могучей рукой в сторону деревянной двери парной. — Без чинов и галстуков, так сказать. За мной, молодежь!
Но обсудить мы в парилке ровным счетом ничего не обсудили.
Потому что на этот раз за ковшик взялся Степан. И пар бывший опер наводил по-особенному, с чувством, с толком и с какой-то изощренной, почти садистской расстановкой. Разговаривать, да и думать в таких условиях было физически невозможно.
Сначала Стёпа вообще не давал сильного жара. Он аккуратно, небольшими порциями подкидывал чистый кипяток на края каменки — веером, чтобы не залить печь. Влажность в маленьком помещении начала подниматься очень медленно, но неотвратимо обволакивая тела. Температура росла не резким скачком, а ползла вверх градус за градусом, пробирая до самых костей, выдавливая из нас литры пота. Мы сидели на полках, скрежетали зубами, глухо стонали сквозь сжатые челюсти, но терпели, стараясь не ударить в грязь лицом перед тульской оборонкой. Рыжий Александр кряхтел не переставая, но тоже держался.
А потом Степа пустил в ход свою коронную фишечку.
Он достал из-под нижней полки деревянную шайку, в которой заранее развел горячей водой полбутылки «Жигулевского», зачерпнул этот мутноватый янтарный раствор ковшом и с оттягом плеснул в самую середину, на раскаленные докрасна камни.
Пшшшшх!
Парилку мгновенно заполнил одуряюще вкусный аромат свежеиспеченного ржаного хлеба и хмельного солода. Но вместе с этим хлебным духом с потолка на нас рухнул такой ком обжигающего жара, что всякие мысли о бизнесе вышибло из головы начисто. Воздух обжигал ноздри при каждом неосторожном вдохе. Какой там «обсудить вопрос»! Тут бы просто выжить, не сварившись вкрутую, и не сбежать с верхней полки с позорным визгом!
Глава 20
После устроенного Степой экстрима мы буквально попадали на прохладные кожаные диваны вокруг стола. Никто не мог вымолвить ни слова, мы только тяжело дышали, приходя в себя. И лишь минут через десять пульс начал возвращаться в норму, а к нам вернулась способность связно думать. Причем голова после парилки стала настолько ясной, что хоть прямо сейчас иди экзамены по какому-нибудь вышмату сдавать.
— Хорошо-о-о! — Зимов с наслаждением вытер красное лицо махровым полотенцем. — Ух, хорошо! Ну, вот теперь и поговорить можно.
— Можно… — согласился Филипп Васильевич, наливая себе минералки. — Так что вы, Юрий Иванович, обсудить со мной хотели?
— Я магазин оружейный открываю, — как бы невзначай бросил генерал.
— О-о-о! — искренне обрадовался седой инженер. — Поздравляю от всей души! Дело серьезное.
— Спасибо! И вот показалось мне, — Зимов чуть прищурился, — что без вашей МЦ-21 у меня на полках как-то пустовато будет.
— Так вам всего лишь ружья нужны для ассортимента? — Филипп Васильевич облегченно рассмеялся. — А я-то думал, дело государственной важности! Да вообще не вижу сложностей.
Он повернулся к своему рыжему заместителю:
— Александр, сколько мы со склада выделить можем под это дело?
— Пять, может, шесть штук точно отыщем, — прикинул крепыш, глядя в потолок.
— В неделю? — деловито уточнил Зимов.
— В месяц, — серьезно ответил Александр.
Генерал раскатисто, от души захохотал:
— Пять стволов в месяц? Да это нам на один зубок! Смех один, а не торговля.
— Ну, вы же понимаете, Юрий Иванович, — развел руками Филипп Васильевич. — Разбирают МЦ-21 быстро. Популярная вещица.
