Система удвоения (СИ) - Француз Михаил (читаем полную версию книг бесплатно .TXT, .FB2) 📗
Весь процесс, в итоге, занял где-то полтора часа вместо обычных двух с половиной-трёх, что не могло не радовать.
Но, процедурка, конечно, та ещё: манифест, согласование, открытие «аллокированного металлического счёта», соглашение об ответственном хранении, оплата этого ответственного хранения (и плевать, что это мой банк — положено, иначе регулятор потом по шапке настучит, и мне, и банку), оформление страхового покрытия, назначение ролей: приёмщик, контролёр, представитель службы безопасности. Всё официально: с приказами о назначении, их утверждением и подписями. Только после всего этого, фургону вообще позволили въехать во двор, в закрытую док-зону банка.
Затем, наконец, вскрыли броневик и выгрузили оттуда пять опечатанных контейнеров от пяти продавцов — никакого тебе «давай в один, чего ерундой страдать?», нет! Обязательно пять! Под пятью разными пломбами, с пятью разными bar-листами этих продавцов.
Сверка номеров этих печатей с заявленными в манифесте до вскрытия — не совпала бы хоть одна циферка, не вскрывали бы вообще до прибытия ответственного представителя продавца.
Наконец, вскрытие этих контейнеров, из которых достают… боксы — по два слитка в боксе («в сундуке заяц, в зайце утка, в утке яйцо, в яйце игла, на конце той иглы…»).
И пошёл первый круг: сверка количество боксов против манифеста, сверка серийных номеров на слитках против bar-list продавца, проверка пломб и упаковки. Всё это под запись независимо ведущих счёт двух разных сотрудников, которые потом протоколы будут подписывать.
Потом самое долгое и нудное: ставят специальные, по отдельной процедуре проверенные и поверенные весы с такими же поверенными и проверенными гирьками. На них укладываются по два раза каждый отдельный слиток, результат записывается и сверяется.
Кстати, на этом этапе, я узнал, что, оказывается, слитки-то не одинаковые, и не точно 400-унцевые — их реальный вес гуляет от 350 до 430 унций — технологический припуск, блин! Им, на заводе, видишь ли, так удобней, а ты мучайся потом — перевзвешивай и записывай эти неровные, некрасивые числа с точностью до сотых тройской унци…
Потом проверка клейм, сверка с базой LBMA в реестре банка, формирование собственного bar-листа банка, в который вся эта цифирь заносится. Копия — мне, копия — в архив, оригинал — в хранилищный журнал.
Только после этого, боксы заносятся в хранилище банка на его самом нижнем, подземном этаже, укладывается на один полет, фиксируется и оставляется там. Мне же на подпись даётся протокол и выписывается квитанция о приёмке, только после получения которой, всё это золото становится, наконец, моим актив с историей, весом и адресом.
Сейфовая дверь хранилища закрылась, я вышел наверх, забрал свой телефон у секретаря и обнаружил на нём новое «системное уведомление».
«Разблокирован новый вид инструментов».
А внизу, в общем списке, появилась надпись: «Физическое золото».
Сказать, что я прифигел в этот момент — сказать очень слабо и мягко. Очень-очень слабо и очень-очень мягко. Но жёсткого выражения приводить не буду — постесняюсь.
И, пожалуй, только пришибленно-шоковым состоянием объясняется то, что я сделал в следующий момент: «поставил галочку» именно в этот пункт списка (с другой стороны, а кто бы не поставил?).
Не знаю, как они подгадали, и подгадывали ли вообще, или это просто, один из вышеупомянутых «Законов Мёрфи», но в следующую минуту, как раз, пошли массовые «кешбэки» (хотя, не удивительно — двадцать минут до закрытия биржи, трейдеры фиксируют дневную прибыл, сбрасывая набранные позиции. Тем более, пятница — конец финансовой недели). И число в 24 слитка резко начало меняться, превращаясь в 25, в 26… в 30, в 50… я не успевал даже следить за изменением цифр, они просто прокручивались непрерывно, пока не замерли вдруг на значении в 3000 слитков, а на экран не выскочило предупреждение.
«Хранилище полностью заполнено. Для продолжения использования инструмента выберите новое хранилище».
После чего «галочка» автоматически перескочила в начало списка — на воны, а я, сломя голову, кинулся обратно в подвал, к хранилищу. Под недоумённые взгляды, я велел снова вскрыть для меня дверь.
Ответственный менеджер вставил ключи, набрал код, замок щёлкнул, я, нервничая, оттолкнул его, и сам открыл дверь. Точнее, чуть приоткрыл, глянул внутрь, не показывая остальным. Резко её захлопнул и сполз по ней, прислонившись спиной к металлу с тихим, но максимально эмоциональным выдохом.
— Бля-я-я-а-а…
Конец второго тома.
ноябрь 2026 г.
