Плотоядный: Вожделение плоти (ЛП) - Хертс А. К. (читать книги онлайн бесплатно полностью .TXT, .FB2) 📗
- Долбаная пизда! - выхватываю я одно слово.
Потом он оставляет меня одну, за что я сейчас бесконечно благодарна.
Ханс
Эта долбаная шлюха осмелилась ударить меня в яйца! За это я должен подвесить ее за соски! Мерзавка! Я ей еще покажу! По кусочкам сдеру с костей ее шлюшье мясо. Она будет страдать! О да, и еще как страдать.
Целый год я кружил вокруг нее, завоевал доверие, подружился. Меня возбуждало ходить в кафе, где она работала. Уже по дороге туда я представлял ее хорошенькое личико. Я - охотник по призванию, а она - дичь особого сорта, так я думал, по крайней мере, до недавнего времени. Ее зовут Люси. Красиво, правда? Она красавица. Всего-то сладкие двадцать лет. Длинные черные волосы, темные глаза, которые рассказывают о жарком юге. Ее мать итальянка. Это я, конечно, знаю не от нее, а выяснил через интернет. Мы не были настолько близки, чтобы говорить о семье.
Сначала она была довольно застенчивой, но всегда вежливой. Мне доставляло удовольствие наблюдать за ней в работе и представлять, что это восхитительное тело однажды будет принадлежать мне. Когда она подавала мне кофе, я воображал, как она приподнимает топ и брызжет мне молоком из своих сосков прямо в коричневую жижу. Когда я намазывал тост, я думал о том, чтобы вонзить нож в ее пизду, повернуть его там и намазать себе на хлеб кусочки плоти, смешанные с ее соком. От одного этого представления у меня вставал. Удивляюсь, что она никогда не замечала, как я дрочил под столом или справлялся с этим в туалете.
Теперь она наконец в моей власти! Выражение ее лица было таким восхитительно пьянящим, когда она поняла, что наша прогулка преследует совсем другую цель, а не наблюдение за животными, когда до нее дошло, что она и есть добыча. Мои пальцы дрожали, когда я накладывал на нее веревки, и еще больше, когда я заталкивал ей в рот хлопковую тряпку и затыкал шарфом. Когда я нес ее к машине, как подстреленного зверя, это было неописуемое чувство. Я прямо у машины подрочил себе. Одна только мысль, что она лежит там в багажнике, в метре от меня, сводила меня с ума от возбуждения.
- Что ты собираешься с ней делать?
Вопрос Виктора вырывает меня в настоящее и заставляет вздрогнуть, потому что боль в паху все еще бушует.
- Переломать ей кости за то, что она сделала, - шиплю я.
Виктор поднимает бровь и вкладывает мне в руку стакан виски, который я осушаю одним глотком. Он наливает еще.
- Переночуй с этой мыслью, - предлагает он. - До Дня урожая еще несколько дней. Если ты переломаешь ей кости, она не сможет за собой ухаживать и будет лежать в собственных выделениях. Было бы жаль.
Я скрежещу зубами.
- Больше всего мне хотелось бы положить эту тварь в ванну и дать ей замариноваться в собственной моче, - выпаливаю я одно из своих тайных желаний, опуская детали, которые возбуждают меня еще сильнее.
Ведь это должна быть исключительно ее собственная моча, в которой она будет замачиваться еще при жизни. Никакого дерьма и никакой чужой урины. Я бы ссал ей в рот, при каждой возможности. Моя моча фильтровалась бы через нее и выходила наружу. Блин, мой член шевелится, и это чертовски больно.
- Она твоя, - говорит Виктор и задумчиво смотрит на меня. - Но я не буду вкладывать в нее дополнительный труд. Базовое содержание входит в арендную плату, как ты знаешь, но не больше.
Опять он думает только о деньгах, а сам ведь купается в бабле. Но он прав. Она моя, и я могу делать с ней все, что захочу. Это классное чувство - быть всемогущим.
- Ты можешь промыть ей кишечник? По-настоящему? - спрашиваю я.
- Конечно. Но это будет оплачено дополнительно. Я могу промыть ее так чисто, что ни крошки дерьма не останется, - oн ухмыляется.
- Сколько? - выдавливаю я.
От этой мысли меня реально возбуждает.
- Пятьсот евро.
С Виктором о ценах не поторгуешься, так что я просто киваю.
- Сколько времени это займет?
- Сорок восемь часов, полагаю, - отвечает он. - А зачем тебе такая чистота?
- Мне нравится эта мысль, - отвечаю я с усмешкой. - Но прежде чем ты начнешь, я хочу ее трахнуть. Мой член снова стоит, хоть и болит. Эта шлюха сначала попробует его на вкус.
- Все, как ты хочешь, - соглашается Виктор.
Я замечаю, что он неспокоен и то и дело смотрит на часы. Тут я вспоминаю, что у него еще дела.
- Ладно, я пойду.
С трудом поднимаюсь и иду, слегка расставив ноги.
- Завтра ведь придешь. Тогда я с удовольствием покажу тебе и остальных гостей, если хочешь.
Я почти чувствую предвкушение Виктора.
- А что ты задумал такого приятного? - спрашиваю я с любопытством. Виктор - виртуоз. По сравнению с ним мы все - неумехи. Он усмехается и облизывает губы. Потом включает монитор на столе и поворачивает его ко мне.
- Скажем так. Когда придешь завтра, будет свежее мясо. С удовольствием приглашу тебя на обед.
Мой взгляд падает на двух женщин. Одна молодая и довольно толстая, у другой нет обеих рук. Полагаю, что под свежим мясом он имеет в виду ампутированную, и присматриваюсь к ней. Стройная фигура, неплохие сиськи, но глаза какие-то пустые, будто ее дух отсутствует.
- Как она была на вкус? - спрашиваю я и чувствую, как во рту собирается слюна.
Как бы я хотел тоже получить кусочек. Такое удовольствие я себе позволяю редко. Надо бы почаще навещать Виктора, даже если это стоит денег.
- Превосходно.
Он объясняет, как приготовил руки, и у меня громко урчит в животе.
- А сегодня ты собираешься ее забить?
Я больше не могу. От мысли, что увижу молодую женщину выпотрошенной перед собой, я чуть не кончаю, несмотря на боль.
- Нет. Я с ней поразвлекусь. Утром она уже не проснется, - объясняет он, и у меня возникают новые вопросы. - Если придешь к девяти, поможешь мне потрошить.
Это предложение? Мои глаза радостно загораются. Еще бы я не приду! Такое я не пропущу. Мой взгляд снова притягивает к монитору.
- Можешь показать мне мою еще раз? - прошу я.
Он переключается между апартаментами, пока не доходит до Люси. Она все еще лежит на полу, глаза открыты, пена в уголке рта.
- Это ей не повредило? - спрашиваю я.
Если так, Виктор должен мне заплатить.
- Нет. Через полчаса она будет в форме, не волнуйся, - отмахивается он.
- Ладно. Тогда завтра утром в девять. Жду не дождусь.
Виктор примирил меня с миром. Довольный и лишь слегка прихрамывая, я иду домой.
Нина
Боль тупая. Я чувствую, как из меня вытекает всякая жизненная сила, всякая радость, всякое чувство - будто остановили кровотечение из раны, но не пробоину в душе. Я дремлю, не знаю, сколько времени прошло. Мои мысли обращены внутрь. Я убегаю в детство, которое было очень счастливым. Иногда я замечаю, как какая-то девушка меня трогает, ведет в туалет, моет, но меня здесь нет.
Мою собаку звали Бонни. Это был маленький белый пушистый комочек, и я до сих пор точно чувствую то счастье, которое захлестнуло меня, когда отец на день рождения вложил ее мне в руки.
- Теперь ты должна хорошо о ней заботиться. Ты ей нужна, - серьезно объяснил он.
Мне было около восьми, и я поклялась защищать эту собаку ценой своей жизни. Я любила Бонни. Она даже тайком спала в моей постели, официально, конечно, перед ней или под ней. Она была такой умной. Стоило ей услышать шаги отца на лестнице, как она выскакивала из-под одеяла и послушно ложилась на ковер, будто ничего не было. Бонни была моей подругой. Она всегда слушала, когда у меня что-то накипело на душе, утешающе лизала мне руку, когда я плакала, оставалась рядом, когда я болела. Эта собака была благословением в моей жизни и очень помогла мне пережить смерть матери, которая умерла, когда мне было десять.
Молодая женщина, которая находится со мной в апартаментах, боится, я это чувствую. Была бы у нее собака, она могла бы ее защитить. Ее страх мгновенно усиливается, когда дверь открывается. Входит он. Я так хорошо знаю его запах. Хотя пульс ускоряется, мне удается не всплывать на поверхность. Он берет меня за руку, вероятно, хочет осмотреть раны, которые нанес. Мой разум отказывается думать об увечье, пытается вытеснить. Он поднимает меня на руки и уносит, как уже однажды. Его слова не доходят до меня, да и, наверное, не мне адресованы. Мы покидаем комнату. Может, он возвращает меня в мою собственную.
