Синдром героя (СИ) - Криптонов Василий (читаем книги онлайн бесплатно полностью .TXT, .FB2) 📗
— Что будем делать? — прошептал Леонид.
— Давайте убежим, — выдвинул я рацпредложение.
— Александр Николаевич, вы что!
— А что? Их пятеро, нас двое. Силы неравны. Надо стратегически отступить и перегруппироваться. Попробуем их окружить. Вы зайдёте слева, я — справа. Противник в панике капитулирует.
— Да не факт ещё, что это противник. Давайте понаблюдаем!
— Приятно, что вы сами ответили на свой вопрос. Наблюдаем.
— Вот, знаете, Александр Николаевич… Ах, что тут говорить.
Ещё бы я не знал. Ну а смысл зря болтать, пока ничего ещё не понятно? Сидим, наблюдаем. Ох уж это отчаянное желание некоторых в любой ситуации сразу переложить ответственность на кого-то другого…
Тем временем на поле происходило нечто, похожее на магический ритуал, как их изображают в кино и прочей художественной литературе. Пятеро участников с усилием, понимаемым даже при наблюдении издали, воткнули в землю факелы. После чего трое смиренно отступили, а двое встали в образовавшемся факельном круге друг напротив друга.
— Кажется, одна — девушка, — пробухтел Леонид. — Волосы длинные.
— Это оскорбительный стереотип, коллега. Многие великие мужчины носили длинные волосы.
— Например?
— Самсон.
— Ну… Да, здесь сложно что-либо возразить.
Двое в кругу о чём-то говорили. Вернее, один говорил, а другой — другая? — слушал. С моей точки зрения, происходящее напоминало инструктаж. Но Леонид изо всех сил старался натянуть сову на глобус, а такие старания, как правило, увенчиваются успехом. Не к радости совы.
— Они читают заклинание! Александр Николаевич, нужно спешить! Что, если сейчас произойдёт человеческое жертвоприношение?
Хорошая мысль. Вернее, дурацкая, но подстраховаться не помешает.
«Диль! Иди к ним и проконтролируй, чтобы всё было хорошо. Предупреди любое насилие».
Диль невидимо отправилась исполнять приказ.
Уместно спросить, зачем мы тут вообще мёрзнем, когда можно было послать Диль, а самим спокойно сидеть дома. Тут необходимо внимательно посмотреть на события минувшей зимы и соотнести их с событиями лета. Может показаться, что я всем своим друзьям торжественно продемонстрировал фамильярку, и тайны никакой нет. Однако по факту — ничего подобного.
В охоте на Прощелыгина Диль участвовала в качестве Дилеммы Эдуардовны, моей ассистентки, а заодно — прогрессивной подруги Татьяны, приехавшей из Москвы. В таком качестве она появлялась неоднократно и, хотя вызывала некоторые вопросы, в целом не порождала сомнений в человеческой природе себя.
В чрезвычайных обстоятельствах, когда и Вадим Игоревич был готов расстаться с жизнью, и сама Диль была едва живой после битвы с русалкой, я раскрыл Серебрякову тайну, и тот поклялся унести её в могилу (правда, он искренне верил, что от могилы его отделяет буквально мгновение). Таким образом, о природе Диль знают, помимо меня, лишь Танька, Фёдор Игнатьевич, Серебряков, Аляльев-младший и Кунгурцева. Вроде бы всё. Леонид в этот узкий круг не входит и не надо. Не то чтобы я ему не доверял, просто зачем? Мы, чай, не дети, чтобы делиться важными тайнами с друзьями лишь потому, что они — друзья.
Когда Леонид рассказал о своих подозрениях, я, конечно, мог ему фальшиво улыбнуться, сказать, что всё это фигня, успокоить, а по факту отправить на разведку Диль. Но давайте я тогда уже вообще буду лежать неподвижно дома на диване и лишь иногда томным голосом посылать куда-нибудь Диль. То-то жизнь будет увлекательная!
Фамильярку я рассматривал исключительно как инструмент, но не как панацею от всех жизненных ситуаций. Деградировать начать очень легко. Остановиться — трудно.
Тем временем двое на поле о чём-то договорились. Длинноволосая голова отвесила категорический кивок. Второй участник ритуала сделал пару шагов назад.
— Либо жертвоприношение будет с применением пистолета, либо не будет вовсе, — заметил я.
— А если это дуэль?
— Больно уж по-идиотски оформлена. Да и места глупее не найдёшь.
— Вы, Александр Николаевич, исходите из ложной предпосылки, что все люди склонны действовать разумно. А ведь даже умнейшие из них порой ведут себя в высшей степени странно. Вспомните, вы с Вадимом Игоревичем едва не стали стреляться буквально в вашем кабинете.
— Мы же тысячу раз просили не напоминать об этой ужасной странице в наших биографиях!
— Молчу, как прикажете. Однако это действительно не поединок…
Да, происходящее вновь начало напоминать ритуал. Фигура, оставшаяся в центре круга, как-то подозрительно выпрямилась, расставила руки в стороны и замерла. А второй участник ритуала начал медленно исполнять некие загадочные пассы в воздухе.
— Сейчас, — сипел перевозбудившийся до неприличия Леонид, — сейчас появится гроб! Тут-то мы их всех и накроем! Вознаграждение наше, Александр Николаевич!
Меня вознаграждение не сильно тревожило, финансовый вопрос был в целом закрыт. Понятно, что много — не мало, однако ради одних лишь денег я бы в эту авантюру не вписался. Меня снедало любопытство. Гроб я не понимал совершенно, и, как следствие, жаждал понять. Такова человеческая природа. Наверное.
Однако нашим чаяниям не было суждено сбыться этой ночью. Вместо сотворения гроба длинноволосый участник ритуала начал подниматься в воздух.
— Эм… — только и сказал Леонид.
Мне добавить было нечего, я полностью разделял его мысль.
Послышался вскрик, из которого мы заключили, что таки да, взлетает именно девушка. Её перевернуло в воздухе, и теперь она летела подобно супермену, выставив перед собой обе руки. Высота — метра четыре навскидку, скорость минимальная. Стоя́щий внизу парень полётом явно управлял. Он не отрывал от летящей взгляда и сопровождал её движениями напряжённых рук.
— Вот поганцы! — выдохнул Леонид.
— Почему такой вывод?
— Да это же совершенно очевидно! Стихийник-старшекурсник за деньги позволяет желающим ощутить радость полёта!
— Неужели и вы таким баловались?
— Нет-с, в бытность мою студентом мощных источников поблизости не было, и способность исполнять подобные вещи появлялась лишь на магистерском уровне, да и то не у всех. И о стабильности говорить не приходилось. А теперь на седьмом курсе любой старательный студент может взлететь. У стихийников в жизни не так много преимуществ, вот они и пользуются хоть чем-то. Мы должны это прекратить!
— Ну разумеется. Мы, преподаватели, видим, как студенты хорошо проводят время и к тому же зарабатывают. Необходимо срочно вмешаться, полностью с вами согласен. Идёмте и остановим это безумие.
— Знаете, Александр Николаевич, вы так говорите…
— Академия — не место для радости! К тому же студент должен быть бедным и голодным! Я в возмущении. Идёмте скорее, надоело мне с вами сидеть тут, под трибунами. Скучно и неромантично совершенно.
Мы выбрались на свежий воздух и решительно зашагали к участникам ритуала. Они все были до такой степени увлечены происходящим, что обратили на нас внимание только тогда, когда висящая в воздухе девушка сказала:
— Ой.
Тогда все повернулись. «Оператор» лишь слегка обратил лицо, не ослабляя контроля. Молодец, матёрый профессионал. Лицо незнакомое, ранее не попадалось. Это же могу сказать и обо всех остальных участниках процесса, кроме парящей девушки. Её я знал очень хорошо, можно сказать, мы с ней одно время жили вместе.
— Надежда Людвиговна! — воскликнул Леонид тоном человека, разочаровавшегося в лучших своих идеалах. — Как вы могли осрамить себя этим…
Надежда Людвиговна Акопова, моя студентка, обучающаяся на факультете метаморфической магии, оказала неоценимую помощь в обезвреживании ОПГ минувшей зимой. В частности, она приняла облик Акакия Прощелыгина, в результате чего получила весьма важные признания от ректора конкурирующей академии. И теперь сей ректор обитает в печальном месте, что он, надо признать, полностью заслужил.
Сама же Акопова, в результате всей этой истории исцелившаяся от комплексов и нервных срывов, начала, судя по всему, брать от жизни всё. Нам сначала казалось, что они с Леонидом образуют вполне приличную пару, однако Леониду навесили преподавание, он с головой ушёл в работу, в то время как любовь, известное дело, подобна костру. Горение в ней нужно поддерживать. Оставшаяся без поддержки Акопова стала летать по-над стадионом.
