Игра Олимпа: Освобождение (ЛП) - Райли Хейзел (книга читать онлайн бесплатно без регистрации TXT, FB2) 📗
Я прикусываю губу, готовясь снова его поддеть, как мы делали с самого первого мгновения нашего знакомства.
— А если после смерти вообще ничего нет?
Он не колеблется.
Будто ответ был у него готов ещё до того, как вопрос успел оформиться у меня в голове.
— Я всё равно найду способ добраться до тебя.
И тогда мы будем ничем вместе.
Глава 3. «ТЫ ОШИБАЕШЬСЯ»
Аид, в отличие от многих других богов, не живёт на Олимпе, а обитает в царстве мёртвых. Он вовсе не злое божество, каким его часто изображают, а справедливый и суровый бог, поддерживающий порядок и не позволяющий мёртвым покидать подземный мир. Его главная задача — управлять потоком душ и следить за соблюдением погребальных обрядов, чтобы умершие могли занять отведённое им место в загробном мире.
Хайдес
Ника у меня на руках, и я стараюсь укачивать её как умею, следя за тем, чтобы движения не были слишком резкими. Хейвен сидит рядом со мной за столом молодожёнов, откинувшись на спинку стула. Она выглядит счастливой, наблюдая за гостями, заполнившими пространство вокруг нас.
Мы устроили всё в саду перед виллой: расставили круглые столы, украшенные всё теми же голубыми маками, свечами и гирляндами тёплых огней, которые очерчивают весь периметр праздничной зоны. Есть даже танцпол, на котором во что бы то ни стало настояли Гермес и Посейдон.
Хотя, если честно, мне кажется, им был нужен исключительно диджей-сет, за который отвечают Цербер и Харон — когда-то они работали в моём игровом зале здесь, на Олимпе. Несмотря на открытие Пандоры и финальную игру, мы остались на связи и прекрасно ладим. Кроноса и Урана они тоже терпеть не могли, что меня ничуть не удивляет.
Музыка начинает становиться всё тише, и Хейвен кладёт голову мне на плечо и шепчет:
— Ты ведь понимаешь, что сейчас будет?
О да.
— Тосты нашей семьи.
К сожалению, каждый из них решил подготовить для нас речь. Мы не до конца понимаем, что именно они задумали, но что-то подсказывает мне: ничего простого и банального не будет.
К сожалению.
— Время тостов, народ! — орёт в микрофон Цербер, подпрыгивая на месте, как та ещё ходячая катастрофа. — Друзья и родственники, подходите к краю танцпола и поздравляйте молодожёнов, не стесняйтесь!
Пока все желающие постепенно собираются, я понимаю, что первым будет Лиам.
В руке у него листок бумаги, который не предвещает ничего хорошего.
Цербер уступает ему сцену и изо всех сил пытается заглянуть в листок, чтобы заранее прочитать хотя бы пару слов.
Лиам выходит в центр танцпола и постукивает пальцем по микрофону.
— Так, работает.
Он смотрит на меня и Хейвен.
— Ребята, я так счастлив, что вы поженились. Серьёзно, Хайдес. Даже несмотря на то, что, когда Хейвен приехала в Йель, был период, когда мои великолепные навыки ухаживания едва не помогли мне увести её у тебя…
— Никогда такого не было, — перебиваю я.
Кто-то смеётся.
— В общем, — продолжает он, — я написал для вас стихотворение.
— И его обязательно читать? — спрашивает Афина.
Зевс подъезжает к ней на инвалидном кресле.
— Будь добрее, сучка.
— Ребята, успокойтесь, — вмешивается Хелл.
Мы с Гермесом одновременно показываем друг на друга пальцами.
— Ещё одна ставка «ФантаСвадьбы» сыграла! — восклицает мой брат.
Лиам кашляет, снова привлекая к себе всеобщее внимание.
— «Всё началось однажды с яблока простого,
и вспыхнула любовь, как пламя восковое».
— Пока что не так плохо, — замечает Хейвен.
— «Потом она ему показала грудь свою,
а я жалел, что не подсматривал в ту минуту».
Я сжимаю кулак.
— Я его убью.
Ника тихонько издаёт какой-то звук.
— Наша дочь только что разрешила. Слышали?
Лиам ещё сильнее выпячивает грудь.
— «Хайдес — настоящая Дива,
при виде Хейвен у него слюна так и льётся красиво.
Хейвен — богиня…» — Тут мне не хватило рифмы, простите.
Он чешет затылок.
— «Поэтому вы идеальная пара,
одна половинка единого пирога, вот такая забава.
Шоколадный торт люблю я сильней всего,
но и пицца «Маргарита» тоже ничего.
Пусть любовь ваша вечно живёт,
и счастье с радостью вам принесёт.
По крайней мере, надеюсь, а то все эти строчки напрасно
писал я, сидя на диване прекрасно».
Он многозначительно поглядывает на публику.
— На самом деле я не сидел на диване, просто нужна была рифма. «Прошу вас, никогда не разводитесь,
ведь розы красные, фиалки голубые,
любовь прекрасна, но ваша — прекраснее вдвойне!»
Первым аплодирует Зевс.
И несколько секунд он делает это в полном одиночестве.
Постепенно к нему присоединяются остальные. Харон и Цербер хлопают, переглядываясь с откровенным недоумением, из-за чего всё становится ещё смешнее.
— Спасибо, Лиам! — кричит Хейвен.
Она толкает меня локтем.
— Будь добрее.
— Не думаю, что у меня получится, любовь моя.
— Хочешь провести медовый месяц без секса?
Я вскакиваю на ноги и начинаю хлопать изо всех сил, пока ладони не начинают болеть.
— Браво!
Хейвен запрокидывает голову и хохочет как сумасшедшая.
Тем временем на сцене уже устраивается Гермес.
Именно поэтому я внезапно чувствую потребность сесть обратно и передать Нику жене: мне нужно быть готовым ко всему.
У Герма в руке бокал шампанского, который он поднимает в нашу сторону.
— Вижу крайне обеспокоенное выражение на идеально увлажнённом и сияющем лице моей любимой Дивы. Всё хорошо, Хайдес?
— Великолепно, — отвечаю я, скрестив руки на груди.
— Отлично, потому что ради моей лучшей подруги я хочу, чтобы у тебя всегда было счастливое и любящее лицо, а не эта кислая физиономия зануды.
Он подмигивает Хейвен.
— Правда в том, что каждый раз, когда я смотрю на вас, мне хочется плакать как ребёнку, потому что я вспоминаю всё, что нам пришлось пережить, и думаю: как вообще возможно, что мы добрались сюда, до счастливого финала? Как получилось, что после всех безрассудных и опасных решений Маленького рая она не умерла ещё давным-давно? Лично я списал её со счетов ещё до боксёрского поединка на Олимпе…
Между столами прокатывается озадаченный ропот.
— Спасибо, Герми! — отвечает Хейвен.
Но голос у неё весёлый.
Голубые глаза моего брата становятся серьёзнее, губы складываются в более нейтральную линию.
— Вы мои любимые главные герои. Смотреть ваше представление было для меня опытом, который я никогда не забуду. Я всегда — и я подчёркиваю, всегда — буду сидеть в первом ряду и аплодировать вам. Даже когда вы перепутаете реплику или эпично грохнетесь на сцене. Хотя тогда я, конечно, ещё и поржу и сфотографирую вас, но потом всё равно продолжу хлопать и подбадривать. До самой нашей смерти. А учитывая характер Хейвен, боюсь, первой будет она, но…
Моя рука двигается сама.
Хватает испачканную едой вилку и швыряет её в высокую фигуру Гермеса.
Он уворачивается в последнюю секунду, вызывая смешки у остальных членов семьи.
— Я вас люблю! — кричит Герм, посылая нам воздушные поцелуи.
Отвечает ему только Хейвен.
Я ограничиваюсь тем, что одними губами произношу:
«Я тебя люблю».
Его место занимает Дионис, слегка пошатываясь на ходу. Когда мне уже кажется, что он вот-вот рухнет, он внезапно выпрямляется и заключает перемирие с силой тяжести.
В руках у него два бокала вина; он отпивает сначала из одного, потом из другого.
Впрочем, он далеко не так пьян в хлам, как мне доводилось видеть раньше.
— Не торопись там, — поддевает его Афина.
— Именно это я и собирался делать, да.
Он обращается к нам.
— Ребята…
Тянутся бесконечные секунды молчания.
На его покрасневшем лице одна эмоция сменяет другую с такой скоростью, что я едва успеваю следить. Я узнаю радость и гордость, и они заставляют меня поверить, что Нис сейчас скажет что-нибудь глубокое и эмоциональное.
