Предвестник (ЛП) - Ли Женева (книги бесплатно без .txt, .fb2) 📗

— Вон там Икарос. — Кирен тычет пальцем в стекло, указывая на модельку, спрятанную в витрине и широко улыбаясь мне. — Только подумай, завтра к этому времени ты уже будешь носить эту метку.

От этих слов у меня сводит живот. Эти модели — трехмерные версии созвездий, которые я видела вытравленными⁵ в нишах Королевской Астролатории прошлой ночью. Моя метка будет больше похожа на те гравюры. Звезды сами выберут, где выжечь ее на моей плоти. Если только прошлой ночью я не проебала все шансы получить ее. Что, если Звезды откажутся наделить меня силой, так же как я отказалась убить осцена? Я отгоняю эту мысль. Нет смысла зацикливаться на том, что уже произошло.

— Пошли дальше. — Я дергаю его за рукав, желая заполнить дыру, которую прожгли нервы в моем желудке. — Я хочу жрать.

Его глаза расширяются:

— Как ты можешь снова хотеть есть?

— Я гастрономически амбициозна.

А еще я просто заедаю стресс.

Он фыркает, затем окидывает взглядом улицу, хватает меня за руку и тащит к ближайшей кофейне. Мы встаем в небольшую очередь клиентов, ожидающих возможности сделать заказ. Передо мной топчется мужчина, он так заламывает руки, словно у него начинается паника еще до того, как он успеет сделать заказ. Его партнер успокаивающе проводит рукой по его предплечью, а затем переплетает свои пальцы с его. Остальные в очереди кажутся не менее взвинченными.

Я поднимаю взгляд на меню и столбенею.

Это не обычная кофейня. Они используют ноктиметрию, чтобы наполнить каждый напиток легкой дозой магии. И это отражается на цене. Неудивительно, что от нас требуют отправлять на распределение весь урожай.

— А это законно? — шепчу я Кирену, наблюдая, как женщина за стойкой накладывает ложкой молотый кофе в кофейник, выстеленный муслином. Его керамический фасад расписан красивым, сложным узором из пересекающихся линий и фигур.

Он пожимает плечами, все еще изучая варианты в меню.

— Вполне, если у них есть лицензия от ордена Каликса. Если на магии можно сделать бабки, они это одобрят.

Кажется немного экстравагантным использовать магию для приготовления кофе, но заведение переполнено людьми, готовыми платить за это. Кто-то выбирает напиток, заряженный на ясность ума, а кто-то — тот, который якобы успокаивает нервы.

Я качаю головой:

— Пустая трата денег.

Кирен приподнимает бровь.

— Уверена, что тебе не нужно что-нибудь, успокаивающее нервишки?

Кто бы сомневался, ведь Кирен знает меня достаточно хорошо, чтобы заметить, что сегодня что-то не так.

— Я просто на взводе. — И это еще мягко сказано. — И почему мне так не повезло — достигнуть совершеннолетия именно во время Пятисотлетия?

— Должно быть, это твоя судьба, — дразнит он, но его улыбка исчезает, когда я не улыбаюсь в ответ. — Эй, не переживай. Шансы, что ты ебнешься лицом в грязь перед всеми аристократами Антареса, почти равны нулю.

— Почти? — я расширяю глаза, и меня внезапно начинает мутить. — Я вообще не волновалась о том, что могу упасть.

До этого самого момента.

В животе урчит от нового удара по нервам.

— Пошли отсюда. Я лучше потрачу деньги на еду. Обычную жратву. Пожалуйста.

— Ладно-ладно. — Он поднимает руки, уступая мне. — Мы найдем еду и попытаемся заполнить эту бездонную яму, которую ты называешь желудком.

Как только мы выходим за дверь, моя паника утихает, превращаясь в приглушенный гул.

— И куда мы идем? — спрашиваю я, когда Кирен уводит меня с Хай-стрит.

— Увидишь.

Я тычу его под ребра.

— Лучше бы мне увидеть еду.

Он ускоряет шаг. Мой лучший друг прекрасно знает, что может случиться, если меня вовремя не покормить.

Я мельком смотрю на него, чтобы одарить быстрой улыбкой, но он слишком сосредоточен на том, чтобы провести нас сквозь толпу. Его челюсти сжаты, брови сдвинуты. Он выставляет руку, чтобы в меня никто не врезался. Красивая женщина в платье с высоким воротником бросает на него заинтересованный взгляд, но, кажется, он этого даже не замечает, и ее лицо слегка вытягивается, когда он проходит мимо.

Она не первая, но Кирен всегда смотрел только на Исидору.

Он ведет нас вглубь Уинтура, туда, где здания становятся меньше. Магазины и другие общественные заведения жмутся друг к другу на улицах, которые в два раза уже главной улицы. Здесь гораздо люднее, а стражников ордена Мариуса еще больше.

Кирен торопит нас, беззаботно шагая к рынку, покрытому стеклянным куполом, который, кажется, занимает несколько городских кварталов.

— А это что?

— Я почти уверен, что тебе это покажется раем, — говорит он, отступая в сторону, чтобы дать пройти молодой матери с коляской.

Не уверена, что в моем представлении о рае должны быть расклеены плакаты и бюллетени или, что он должен охраняться людьми с мечами. Но, по крайней мере, здесь кипит жизнь.

Над входом висит деревянная вывеска, на которой размашистыми буквами выведено «Гранд Аркада». Рядом с ней видна Цивикус — большая, постоянно обновляющаяся, доска объявлений, транслирующая новости. Она вдвое больше той, что в Дамалисе, потому что на ней отображаются события со всего Антареса, а также вакансии и объявления.

Пока мы проходим мимо, появляется объявление о наборе докеров⁶ в Изольдоро, зажатое между новостью об убийстве на западном побережье и рекламой магазина одежды, мимо которого мы проходили всего час назад. Кирен останавливается, чтобы прочитать объявление о работе, совершенно не смущаясь жуткой иллюстрацией преступления рядом с ним, на которую я не могу даже посмотреть. Лишнее подтверждение тому, что во время сегодняшнего празднования мира кое о чем забывают. В конце концов я оттаскиваю его, пока ему в голову не пришла какая-нибудь безумная идея, например, сбежать в моряки. Он всегда мечтал об этом, благодаря старому пиратскому роману, подаренному ему мною много лет назад.

В Аркаде нет и следа расслабленной атмосферы главной улицы и ее аристократичных покупателей. Люди приходят сюда по делам. По внешнему периметру Аркады расположены постоянные торговые точки, но центр заставлен столами с товарами, где продают все: от ардермарианских специй до рулонов шелка и шерсти и детских безделушек. От прилавка, где торговец рыбой отрубает головы еще бьющемуся тунцу, доносится солоноватый запах океана. Весь этот хаос сопроваждается импровизированными лотками, где торгуют любой едой, какую только можно вообразить. Это настолько ошеломляет, что на мгновение я забываю о сегодняшней церемонии.

Покупатели препираются и торгуются с продавцами, споря о справедливости цен. Независимо от того, одеты ли они в роскошную одежду, такую, как мы уже видели в витринах магазинов, или в штаны и туники из простой ткани, каждый пытается выторговать для себя лучшую цену.

Но я здесь ради жратвы.

Мы подходим к первому попавшемуся продуктовому лотку и изучаем ассортимент. Мы оба останавливаемся на пирожках с начинкой из нежных кусочков жареной курицы и картофеля. Тесто такое слоеное и хрустящее, что мне тут же хочется еще один, но с нашей скудной казной и обилием еды, ожидающей во дворце, это кажется слишком неоправданным расточительством.

Что не мешает мне пускать слюни на лапшу в бульоне и жареные на гриле шашлычки из баранины, продающихся в следующих двух киосках.

— Давай, бери. — Кирен кивает на шашлычки, и я сдаюсь, покупая один и обкусывая на ходу мясо со шпажки.

По крайней мере, здесь все восхитительно, соблазнительно дешево.

Я доедаю последний кусочек нежного мяса и бросаю шпажку в ближайшую мусорную корзину.

— Когда я сдохну, похороните меня здесь.

Кирен смеется, хотя знает, что я не шучу.

— Принято.

Он лезет в карман плаща, хмурится и достает свою астролябию.

Я знаю этот взгляд. Головокружительное чувство легкости, которое появилось во мне за последний час, начинает улетучиваться.

— Проигнорируй.

Я не готова к тому, что это приключение закончится.