Яд осеннего шафрана - Рейн Маримар (лучшие книги читать онлайн бесплатно TXT, FB2) 📗
– Оставьте нас, пожалуйста, – папа махнул рукой, его тон не допускал возражений, хотя был предельно вежлив по отношению к принцессе и лекарю, который был почти его ровесником.
Лекарь кивнул, указав на какие-то склянки с тёмно-зелёными растворами на столе возле кровати, и удалился, его шаги были тихими и осторожными. Эрина, немного помедлив, словно собиралась что-то сказать, посмотрела на меня с мольбой и, тяжело вздохнув, вышла следом, закрыв за собой дверь. Сейфи, не дожидаясь, пока Принцесса увидит его, испарился так быстро, что его присутствие могло показаться мне просто лихорадочным видением, что было только к лучшему.
Мы остались одни. Тишина комнаты была плотной, нарушаемая лишь редкими скрипами Чар-Древа за окном, словно оно тоже сочувствовало моей слабости.
– Дочка, прости меня… – наконец, нарушил тишину отец, его голос был глухим, полным вины.
– Простить? – голова немного гудела, и я не совсем понимала, о чём он говорит. – За что, папа?
Он отодвинул прядь моих белых волос со лба, и его пальцы зарылись в них, его жест был полон такой нежности и сожаления, что это меня напугало больше, чем обморок.
– Ты поймёшь всё позже, сейчас не хочу тебя нагружать лишней информацией, – он произнёс это, глядя куда-то сквозь меня, словно видел в этой стене нечто большее, чем просто каменную кладку. – Просто знай, что твои проблемы с магией, с её контролем и непредсказуемой силой, частично из-за меня. Скажем так, дело в твоих родителях и их совместимости, а не в тебе. Не требуй от себя больше, чем ты можешь получить сейчас, это не твоя вина.
«Дело в родителях». Это было всё равно что сказать: «Дело в твоей матери». Его слова, казалось, подтверждали мою давнюю, смутную догадку, которую я гнала от себя. Магия Двора Жизни была мягкой, тёплой, золотисто-зелёной. Моя же – дикой, фиолетовой, готовой вспыхнуть в любой момент. Я часто ловила себя на том, что моя магия больше стремится к тьме, к хаосу, чем к свету и порядку. Она была похожа на неконтролируемый, яростный электрический разряд, а не на живительный поток.
– Пап, – я осмелилась спросить, и мой голос был тихим, почти умоляющим, – Из какого Двора мама? Я часто ловлю себя на том, что моя магия больше стремится к тьме… Так ведь не должно быть, если вы оба… из Двора Жизни? Расскажи мне о ней хоть что-нибудь, прошу…
Я ждала ответа с замиранием сердца, надеясь услышать хоть какую-то истину о женщине, которую знала лишь по редким письмам и пересказам. Он глубоко вздохнул, и его аметистовые глаза на мгновение стали почти прозрачными, словно он заглянул в очень далёкое, болезненное прошлое.
– Твоя мама, – начал он, и каждое слово давалось ему с трудом, словно он перемалывал камни, – Твоя мама из Двора Молний.
«Двор Молний».
Я улыбнулась тому, что была права в своих фантазиях, в своих ощущениях, объясняющих моё внутреннее буйство. Это не было моей слабостью. Это было наследием. Это было объяснением моей природной тяги к неуправляемой силе, которая не знает пощады и порядка, и я почувствовала огромное, невероятное облегчение, которое смыло с меня чувство вины и стыда. Я прикрыла глаза, не желая видеть того напряжения, которое сейчас сквозило в каждом движении моего отца, понимая, насколько трудно ему далось это признание.
– Хорошо, я поняла тебя, – сказала я, слегка сжимая его руку в ответ. – Я не буду так сильно переживать, если ты говоришь, что дело не во мне, а в… в наследственности.
– Вот и хорошо, – его голос стал чуть мягче, и я почувствовала, как он снова нежно гладит меня по голове, словно успокаивая маленького напуганного зверя.
– Тебе нужно сделать перерыв от магии пару дней, Лима. Никаких занятий, даже можешь не посещать трапезы, – тон его стал приказным, но заботливым. – Я распоряжусь, чтобы всё приносили прямо в спальню.
Он сделал паузу.
– Не хватало ещё эмоционального воздействия Адена на тебя, чтобы ухудшить твоё состояние или влияния чужой магии, – скривившись точно так же, как я, когда речь заходила о Принце, он тут же вызвал у меня тихий смешок.
– Я хотела познакомиться с делегациями, – печально вздохнула я, вспоминая мрачную фигуру тёмного эльфа из Двора Чёрных Песков, который смотрел на меня с подножья лестницы.
Я не могла забыть того внезапного узнавания, той резкой волны магии, что пронзила меня при его виде.
– Много времени этому всё равно не уделят, – отец, кажется, не заметил моей тоски по незнакомцу. – Представят всех только сегодня вечером на ужине, который ты пропустишь, а потом все дела будут решаться в кабинете Его Величества за закрытыми дверями.
Он наклонился, и его глаза, полные лукавства, сверкнули в полумраке.
– Но, – сказал он, понизив голос до конспиративного шёпота, – Если успеешь поправиться, я познакомлю тебя с некоторыми из Представителей до их отъезда. Но только при условии, что ты поправишься и будешь выполнять все указания лекаря, договорились?
Я кивнула, чувствуя, как внутри разгорается слабый огонёк надежды и любопытства.
– Договорились, папа.
Усталость вновь накатила на меня, тяжёлой волной, и я закрыла глаза, погружаясь в желанный, спасительный сон, пока отец сидел рядом, охраняя мой покой. Я знала, что он не сможет провести со мной много времени.
Я проснулась от тихого позвякивания посуды, и это был самый приятный звук, который я слышала за последние сутки. Он вырвал меня из глубокого, почти лекарственного сна, и вернул к приятной реальности, где мир снова был цельным, а не рассыпавшимся на болезненные видения и тревожные предчувствия. Разлепив веки, которые были тяжёлыми, словно свинцовые, я заприметила силуэт, который со всей своей осторожностью, граничащей с подобострастием, медленно перекладывал из серебряного блюда на тарелку сыр и фрукты, видимо, чтобы не беспокоить моё драгоценное выздоровление. Это был Сейфи, и его присутствие тут же наполнило комнату привычной, дружеской теплотой, резко контрастирующей с формальной вежливостью, царившей здесь всё утро. Он всегда умел привносить лёгкость.
– Сейфи, – позвала я, стараясь сделать свой голос громче, чем сухой шёпот, который вырвался из моего горла, но даже этого было достаточно, чтобы мой гость вздрогнул и выронил крышку подноса из рук. Звон серебра, ударившегося о каменный пол, был оглушительным в тишине спальни. Он тут же кинулся к ней, чтобы поднять, пока круглые края крутились на камне, словно запущенный волчок.
– Ты меня напугала, о, Святая Сфера, что ты за фейри такая! – прошипел он в отчаянии, нервно осматривая дверь, словно ждал, что на звон прибежит стража, чтобы лишить его головы за оплошность.
Хихикнув, я приподнялась на локтях, устраиваясь поудобнее среди подушек, и улыбка сама растянулась на моём лице. Он выглядел таким нелепым в своей панике. Мой друг был единственным, кто мог назвать меня фейри с такой комичной интонацией.
– Что ты делаешь? – поинтересовалась я, кивая на тарелку и гору снеди, которую он принёс, видимо, рассчитывая на целый батальон, а не на одну хрупкую особу, приходящую в себя после магического приступа. – Я же не целый год спала.
– Ты себя плохо чувствуешь, – Сейфи, наконец, поднял крышку и положил её на стол, его голос был уже тише и ровнее, но он всё ещё выглядел немного взъерошенным. – Твой отец дал мне поручение – приносить тебе еду и развлекать, пока ты того хочешь, чтобы тебе было не скучно и не одиноко. Целый день, представляешь?
– Очень мило с его стороны, – я откинулась на спину, глядя на резной потолок из коры.
Мне было приятно, что папа позаботился обо мне и обеспечил мне компанию, которая была куда приятнее, чем любая придворная дама или лекарь с его горькими отварами. Он как всегда был внимателен к моим желаниям. Теперь, зная о Дворе Молний, я понимала, что дело в наследии, а не в моей глупости, и это было огромным облегчением.
– Ага, готов служить и прислуживать, – Сейфи сделал театральный поклон, приложив руку к груди, и его глаза цвета чистого неба наполнились притворной покорностью, вызывая у меня лёгкую, но искреннюю улыбку. Он всегда умел даже из рабского положения сделать фарс, который помогал мне забыться. – Хочешь чего-нибудь? Я сегодня предлагал сыграть в карты, у меня есть новая колода, которую я купил вчера на базаре.
