Принц Скорби - Беннетт Дженн (книги без сокращений .TXT, .FB2) 📗
Сердце заходилось стуком под стянутым корсетом, я неуверенно подняла лампу и осмотрела тени. На первый взгляд вокруг не было ничего, кроме ряда колонн, вероятно поддерживающих дом. Я начала понемногу расслабляться…
Пока из темноты не раздался чужой, странно мелодичный голос:
– Я не хотел бы ничего больше.
Я повела лампой в сторону звука.
Прямо под кругом странных рисунков на потолке на пыльном полу склепа лежала фигура в дорогом костюме. Юноша. Или мужчина? В полумраке с такого расстояния я не могла точно определить его возраст.
Он оперся на локоть и повернул голову в мою сторону, подняв руку перед глазами, чтобы заслонить свет моей лампы.
Темные кудри мягко спадали на бледное царственное лицо, которое я едва могла разглядеть. Но догадалась, что лет ему примерно столько же, сколько и мне, может, чуть больше.
Сердце неистово колотилось, в голове боролись противоречивые эмоции и панические мысли. Почему этот юноша здесь один и лежит на полу в темноте? Почему его красивая одежда потрепана? И что у него с плечом? Он выглядел…
Страдающим.
Он пошевелился, и по подвалу эхом разнесся ужасный металлический скрежет.
Одна из его лодыжек была закована в железные кандалы, охватывающие высокий сапог; тяжелая цепь соединяла их с ближайшей колонной.
Он был закован в цепи. В склепе.
Жар и холод волнами пробежали по рукам.
– Ч-что это? – прошептала я, пятясь. – Что происходит?
Юноша продолжал прикрывать глаза рукой, но медленно наклонил голову, чтобы выглянуть из-за нее. Серебристые глаза сверкнули в мою сторону.
– Мы находимся в скверном месте, полном чудовищ, Молли О'Ринн, дочь Кэт О'Ринн. Пока ты этого не понимаешь, но, боюсь, ты здесь такая же пленница, как и я.
Глава 7

Позвоночник у меня сковало страхом, мысли путались, колени задрожали. Я в ужасе посмотрела на юношу – чернота склепа зияла вокруг него, грозя затянуть меня во тьму вместе с ним.
Когда я попятилась, ноги не слушались меня и заплетались. Паника побудила меня к действию, и, вновь овладев телом, я бросилась прочь из склепа – так быстро, как только могла.
Завернув за угол и взбежав по лестнице на главный этаж дома, я с тревогой прислушивалась, не гонится ли кто-то за мной. Но оглянуться не решалась. Просто выбежала за медное ограждение, охранявшее лестницу в склеп, быстро захлопнула створку ворот и вздрогнула, когда металлический звон разнесся по мраморному вестибюлю.
Я резко обернулась и врезалась в Филомену.
Лампа выскользнула из рук, с грохотом ударилась о пол и откатилась на несколько футов. Свеча погасла.
Мы обе вскрикнули. И Филомена принялась меня ругать:
– Мы же говорили тебе держаться подальше от подвала!
– Вы там держите юношу в заложниках! – возмутилась я. – Что вообще творится в этом доме?
Филомена заметно вздрогнула, бросив взгляд на балкон парадной лестницы.
– Тише, – сказала она громким шепотом. – Разбудишь хозяина.
– Как раз на это и надеюсь, – ответила я, разгоряченная и рассерженная, продолжая бороться с последствиями того препарата, что они мне дали. – Он должен знать, кого нанимает, – похитителей и мучителей!
Мои слова явно расстроили Филомену – это все, что я смогла понять. Когда она задержалась с ответом, я вновь задала вопрос:
– Кто там внизу и почему он в кандалах?
– Понятия не имею, о чем ты говоришь. – Филомена снова мельком взглянула наверх, а потом подняла глаза на статуи Артемиды и Аполлона, и в ее глазах промелькнул ужас. – В подвале нет никакого юноши.
Она напугана. Вот только я не могла понять почему.
И, признаться, не была уверена, что хочу это узнать.
Мысли путались. Паника вытеснила из головы все разумное. Я знала лишь одно – что не доверяю Филомене.
Да и никому из них.
Но, попытавшись убежать от Филомены, запнулась о собственные юбки и рухнула на пол. На краткий миг мне показалось, будто я провалилась сквозь землю.
Сквозь само пространство и время.
Пока поместье не исчезло, а тьма не сомкнула надо мной свои объятия.
Не знаю, сколько времени я пробыла без сознания.
Когда пришла в себя, то поняла: я лежала на спине и кто-то тащил меня по полу. Голова пульсировала от нестерпимой боли. Я ничего не видела и не могла пошевелиться – словно превратилась в бесчувственный мешок плоти и костей. Несколько пар рук грубо волочили меня. В памяти вдруг всплыло воспоминание о странном поведении мистера Хоффмана, когда мы приехали, и о том, как мы с Филоменой тащили его через кованые ворота.
Теперь тащили меня.
Я смутно ощущала, как меня ставят на ноги и несут куда-то сквозь темноту, но головокружение было слишком сильным, чтобы сопротивляться.
– Молли! – Перед глазами мелькнул призрак Бетани. – Куда ты пропала?
Я даже не могла порадоваться тому, что она все еще была рядом со мной. Голова раскалывалась, мысли путались. Каждое движение давалось с трудом, будто ноги увязли в тягучем сиропе.
Закрыла глаза и попыталась прислушаться к шепчущим что-то голосам вокруг. А потом ощутила тепло. Очнулась я уже тогда, когда слуги внесли меня в столовую для прислуги и усадили на один из шатких деревянных стульев, стоявших вокруг простого обеденного стола.
– Ох, – простонала я, коснувшись виска.
Кровь? Я ударилась головой – в этом сомнений не было. Сделав судорожный вдох, я огляделась. Комната, хоть и уютная, была обставлена предельно скромно. Помимо обеденного стола, вдоль одной стены тянулась система звонков для прислуги – несколько рядов латунных колокольчиков с маленькими табличками вроде «ХОЗЯИН» и «КАБИНЕТ»; когда в соответствующих комнатах дергали рычаги, здесь звонил колокольчик, оповещая слуг. В камине разгорался огонь, понемногу ослабляя неконтролируемую дрожь, сотрясавшую мое тело. Рядом стояла моя дежурная лампа – одно из стекол было разбито.
– Она приходит в себя.
– Сколько у нас времени?
– Минуты, наверное. Принеси ей воды.
– Ей нужен глоток виски.
– Молли! Очнись! Что с тобой?
Последняя фраза принадлежала Бетани, это я точно знала. Я моргнула, глядя на лица троих слуг и призрака, которые с широко раскрытыми глазами смотрели на меня сверху вниз. Филомена подошла с жестяной кружкой. Я неуклюже отмахнулась от нее:
– Н-не буду я пить то, что вы, злодеи, мне подсовываете!
– Дай девочке собраться с мыслями, – сказал мистер Хоффман, странно обеспокоенно для злодея. Когда он попытался коснуться моего лица, отдернула голову.
– Руки прочь! – вскрикнула я.
– Дорогая…
– Вы опоили меня чем-то! И почему болит шея? Почему у меня из головы идет кровь? – потребовала я ответы, норовя встать.
– Медсестра Молли, прошу тебя, успокойся.
– Звери! Держитесь подальше! Вы не заточите меня в том склепе! Не выйдет, как с тем юношей!
Вдруг мне вспомнилось, как Филомена отрицала его существование, прежде чем я потеряла сознание. И глядя на то, как они все теперь удивленно таращились на меня, я начала сомневаться, что вообще его видела. Может, он не был живым. Может, он был… призраком? Попробовала вспомнить, удалось ли мне разглядеть его глаза и увидеть, отражался ли в них какой-то блеск. И стоило бы проверить, есть ли у него тень. Мне нужно было проверить. Нужно было…
– Эй, эй!
– Ах!
– Помогите мне удержать ее!
Завязалась борьба. Я отчаянно отбивалась, но была слишком ослаблена. Они легко усадили меня обратно, и, сдавшись, я опустилась на стул, чтобы перевести дыхание.
Все они ошалело смотрели на меня и тяжело дышали, удерживая меня за руки. Я раздумывала, не пнуть ли мистера Хоффмана, чтобы снова попробовать убежать, но миссис Калпеппер уселась рядом, лишив меня любой возможности сопротивляться.
– Послушай меня, медсестра Молли. Ты сильно ударилась, и, похоже, это сказывается на твоем рассудке. Никто тебе ничего не подсыпал и не обижал.