Анатомия некроманта (ЛП) - Мэй Сиюань (список книг TXT, FB2) 📗
Мир наклонился. Мои колени подкосились.
— Элара! — Голос Алистера прорезал туман, потеряв всю свою холодную аристократичную формальность.
Моя нога соскользнула с влажного, ржавого железа на краю террасы. Я полностью потеряла равновесие, опрокидываясь назад через низкие перила в пустоту. Гравитация захватила меня, увлекая вниз, к зазубренному каменному полу в двадцати футах под нами.
Я даже не успела закричать.
Внезапно какая-то тень метнулась через перила. Движимый чистым, бездумным инстинктом спасения падающего человека, Алистер бросился вперед. Он протянул руки, чтобы поймать меня. Но когда его рука пронеслась сквозь скопление острых, окостеневших зарослей шиповника, окаймлявших балкон, зазубренные шипы зацепились за пряжку его левого рукава, жестоко и полностью сорвав тяжелую кожаную перчатку с его руки.
Он не остановился. Он не мог.
Его голая, незащищенная ладонь мертвой хваткой сомкнулась вокруг моего предплечья.
Время остановилось.
Я приготовилась к мучительному, обжигающему удару его смертоносного прикосновения. Я приготовилась к тому, что моя плоть увянет и превратится в пепел, а моя жизнь полностью утечет в его вихрь разложения.
Но смерть так и не пришла.
В то мгновение, когда его голая кожа соприкоснулась с моей, из точки контакта вырвалась абсолютная взрывная волна магии. Это не был пепельно-серый цвет его гнили, и это не был изумрудно-зеленый цвет моей жизненной силы. Это был ослепительный, сияющий, похожий на звездный свет фиолетовой энергии, которая неистово и вдребезги разбила тени оранжереи.
Магическая волна разошлась наружу массивным кругом. Везде, куда бы ни проникал этот фиолетовый свет, агрессивная, плачущая гниль мгновенно испарялась. Черные, окостеневшие лозы, покрывавшие железные колонны, с грохотом растрескались, взрываясь тысячами прекрасных, светящихся, цветущих по ночам орхидей. В считанные секунды вся эта ужасающая теплица превратилась в захватывающий дух, залитый звездным светом рай.
Алистер вытащил меня обратно через перила, с силой прижав к своей груди на прочном металле платформы.
На долгий, безмолвный миг ни один из нас не пошевелился. Мои руки были прижаты к его груди; его голая, незащищенная ладонь всё еще крепко сжимала мою руку. Наше дыхание вырывалось рваными, лихорадочными вдохами.
Медленно Алистер посмотрел вниз на свою собственную руку. Его кожа была безупречной, бледной и совершенно голой. Он посмотрел на мою руку, выискивая пепел, разложение, смерть, которую он нес в себе всю свою жизнь. Там не было ничего. Лишь слабый, теплый отпечаток его пальцев, светящийся затухающим, звездно-фиолетовым пульсом.
Алистер медленно отдернул руку, его пальцы дрожали. Он посмотрел на меня, его кремниевые глаза были полностью расширены, потемнев от эмоции, которая заставила мое дыхание перехватить. Это была ужасающая смесь абсолютного ужаса и сильной, всепоглощающей одержимости.
— Что… — прошептал Алистер, и его голос задрожал, когда он уставился на меня так, словно я была призраком. — Что ты такое?
Он не прикасался ни к одной живой душе целых десять лет, не принеся с собой смерть. До меня. Теперь лорд поместья Блэквуд убежден, что я его лекарство… либо ловушка, посланная, чтобы уничтожить его.
Глава 4
Журнал Шрамов
Лорд Алистер мерил шагами кабинет, словно запертый в клетке хищник.
Он запер каждый вход в поместье на тяжелые железные засовы, полностью изолируя нас от бури снаружи и от преображенной оранжереи. Он не произнес ни слова с тех пор, как утащил меня обратно с террасы. Сорванная перчатка была запихана в его карман, а его голая левая рука пряталась в складках темной шелковой рубашки, словно украденное оружие.
— Вы не простой ботанический иллюстратор, — произнес он, и его голос вибрировал опасной, низкой частотой, которая прорезала тишину комнаты. Он перестал ходить, переводя свой острый, кремниевый взгляд прямо на меня. — В Королевском ботаническом обществе не работают женщины, способные превратить некротическое бедствие в поля звездных орхидей одним лишь дыханием. Кто послал вас, Элара? Это был Высший Совет? Соперничающий дом?
Я стояла у синего огня, пытаясь унять дрожь во всем теле.
— Никто меня не посылал. Я приехала сюда ради заказа. Я не знала, что произойдет, если вы прикоснетесь ко мне, милорд. Я клянусь в этом
.— Случайность, — пробормотал он, хотя лихорадочный блеск в его глазах опровергал его же слова. Он пошел ко мне, его шаги были размеренными, отбрасывая огромную тень на очаг. — Спонтанная магическая аномалия. Это единственное логичное объяснение. Моя родословная проклята древней, первородной некромантией. Она не может просто так… пойти на компромисс с простолюдинкой.
— Это не было похоже на случайность, — прошептала я, глядя на него снизу вверх.
Он остановился всего в каком-то футе от меня. Воздух между нами казался наэлектризованным, плотным от того же взрывоопасного напряжения, которое разрушило тени в теплице.
— Тогда мы должны доказать это, — тихо произнес Алистер.
Он потянулся к своему правому запястью. Медленно, намеренно, ни на секунду не отводя глаз от моих, он расстегнул серебряные ремешки своей второй перчатки. Он стянул тяжелую черную кожу, обнажая правую руку.
Своим внутренним зрением я наблюдала, как жидкая серая тень разложения мгновенно закружилась вокруг его голых пальцев, вытягиваясь наружу, словно голодные усики. Это было ужасающее зрелище абсолютной смертоносности. Но смешиваясь внутри этого темного вихря, я видела слабые, кружащиеся нити звездно-фиолетового цвета — остаточный след нашего столкновения на террасе.
— Протяни руку, — скомандовал он.
Мое сердце колотилось о ребра. Я заколебалась, и моя рука инстинктивно опустилась к карману пальто. Под моими собственными льняными повязками кончики пальцев всё еще несли на себе те призрачные, ужасающие пятна пепельно-серой гнили. Если он увидит их, он узнает мою слабость.
Осторожно, используя левую руку, чтобы прикрыть кончики пальцев, я расстегнула свою правую перчатку и стянула её. Я держала руку ровно, ладонью вверх, скрывая кончики пальцев от его острого взгляда. Моя кожа выглядела бледной, хрупкой и совершенно беззащитной в бледном синеватом свете костра.
Алистер посмотрел вниз на мою открытую ладонь. Я увидела, как напряглась его челюсть, а грудь вздымалась и опускалась в рваном дыхании. Десять лет этот человек жил в мире, созданном из стекла и кожи, в ужасе от того, что один миг неосторожности превратит слугу, лошадь или друга в прах. Для него голая кожа не была приглашением; она была смертным приговором.
Медленно его рука зависла над моей. Его пальцы были длинными и элегантными, но они слегка дрожали.
— Если я ошибаюсь, — прошептал он, и его голос внезапно стал хриплым, лишенным всякой аристократической гордости, — это уничтожит тебя.
— Прикоснись ко мне, Алистер, — сказала я, и смелость этих слов удивила даже меня саму.
Он сократил дистанцию.
Алистер плотно прижал подушечку своего большого пальца к центру моей ладони.
Собственный вздох сорвался с губ каждого из нас в один и тот же миг. В этот раз это был не яростный взрыв, а медленное, упоительное перетекание энергии. В то мгновение, когда его кожа соприкоснулась с моей, волна чистой, сияющей теплоты хлынула вверх по моей руке, растапливая глубокий, леденящий холод, который жил в моих костях с тех самых пор, как я прибыла в поместье.
Голодная серая тень, кружившая вокруг его руки, не стала атаковать. Вместо этого, в момент встречи с моей кожей, она смягчилась. Она плавно вплелась в скрытую зеленую жизненную силу, гудящую внутри моей ладони, мгновенно вспыхивая ярким, мягким фиолетовым свечением, которое озарило пространство между нашими руками.
Глаза Алистера расширились. Он не стал отстраняться. Напротив, его большой палец сильнее вдавился в мою кожу, очерчивая тонкие линии на моей ладони с благоговением, граничащим с поклонением.
