Беспощадный целитель. Том 4 (СИ) - Зайцев Константин (серия книг TXT, FB2) 📗

— Мерзкая человекоподобная тварь. Размером с крупного пони. Вместо рук — штук десять гибких лиан, покрытых ядовитыми шипами. Ноги из корней, которые позволяют ей двигаться как пауку по любой поверхности, в том числе и по вертикали, притом перемещается она крайне быстро, а ещё прыгает метров на восемь. — Я осмотрел мою команду и продолжил рассказывать о нашем противнике. — Мох на теле — лишь видимость, под ним многослойный древесно-хитиновый каркас, по факту тяжёлая броня, которую не возьмут лезвия Торн, так что её задача — срезать конечности.

— Скажи, что у урода есть слабости? — Эйра не отводила от меня взгляда, и я её обрадовал.

— Как и всё здесь, она боится огня и холода, но учитывай, что это не E-ранг, это полноценный D, а то и D+. В целом, если заморозить её корни, то сеть, соединяющая её с остальным телом, порвётся. Правда, есть маленький нюанс: она умная. Я бы сказал, что она точно умнее Кайла Баррета.

Ответом мне были смешки ребят, которые прекрасно знали, насколько хорошо учится Кайл. Смех поможет им сбросить лишнее напряжение перед атакой.

Я повернулся к Дэмиону, который опирался на копьё. В его глазах читалась жажда боя. Отморозок — идеальное для него прозвище. Небо, Кайзер, какой же ты идиот. Никакой Давид и в подмётки не годится ему. Парня не надо было превращать в цепного пса. Всего-то — помоги ему и направь в нужную сторону. Стань благородным учителем и скажи: «Да, твоя сестра облажалась, и теперь ты работаешь на меня. Но работа подразумевает и оплату. Часть этой оплаты будет списываться за долг и проценты, часть идти тебе наличкой, а последняя тратиться на твоё обучение». Простейшая схема, благодаря которой буквально за год его можно было приручить и превратить в такое же смертоносное оружие, как и его любимое копьё. Правда, теперь это копьё моё, и когда мы попадём в Академию графства, придётся немного приоткрыть ему мои знания, привязав его к себе окончательно.

— Кросс. Что с запасом? — Думаю, у него порядка половины, может, чуть больше, но зачем им знать, что астрал в связке с опытом целителя позволяет делать поверхностную диагностику заполненности ядра?

— Половина. Почему-то мои техники тут жрут куда больше, чем обычно, и причину я пока не понимаю. — Его голос был чуть трескучим и острым, словно хруст снега на морозе. — На ледяной пол хватит, но тоньше, чем во втором куполе. Плюс запас на случай проблем.

— Хватит. — Я кивнул Эйре. — Ледышка?

— Семьдесят. Готова на полную, но Дэмион прав: расход энергии тут намного выше.

— Торн?

— Каналы горят, и это на редкость поганое ощущение, — она усмехнулась, и в этой усмешке было столько ярости, что твари стоило бы бежать. — Но запаса хватит, чтобы дать бой.

— Отлично. Алиса, ты как?

— В порядке, но на будущее мне надо обзавестись чем-то вроде твоего ножа. — Глаза Алисы смотрели сквозь стены, туда, где ждала смерть, но она была к этому готова и уже думала, как улучшить свои шансы. Эта девочка нравится мне всё больше. — Я в деле.

Я посмотрел на Эйру и ободряюще ей улыбнулся со словами:

— Веди нас, командир. Главное, помни, что эта тварь контролирует территорию. Классические построения не сработают. Нужна максимальная мобильность и свобода передвижения, атака может прийти откуда угодно.

Эйра закрыла глаза и, глубоко вздохнув, молчала два удара сердца. Когда она их открыла, я увидел боевого командира, а не молоденькую девчонку, впервые зашедшую в разлом. В её зрачках застыла та самая ледяная ясность, которая делала её королевой арены.

— Слушаем внимательно. Заходим двумя парами. Я и Кросс идём первыми, мы — таран. Доу и Торн прикрывают фланги, ваша задача — не дать тварям ударить нам в спину. Алиса, ты между двойками и контролируешь ситуацию. На тебе корректировка. Всем ясно?

Увидев кивки и моё одобрение, Эйра продолжила:

— Дэмион, замораживает пол сразу со входа, и мы продвигаемся по его льду. Как только альфа атакует, начинаем действовать по ситуации. Самое главное — постоянно смещайтесь, не стойте на месте. Если попали в ловушку — давайте сигнал. Приоритет задачи — не убийство Садовницы, а совместная тренировка и отсутствие ранений.

— Принято, — сказал я. План был хорош, правда, в разломе не бывает идеальных планов, но этот давал нам шанс на лёгкую победу.

Подойдя к куполу, мы увидели настоящие зелёные джунгли, запертые в стеклянный купол. Дэмион уже делал шаг вперёд, как Эйра его остановила со словами:

— Стой, воздух слишком тёплый и влажный. Это ослабит эффект твоего льда. Работаем в паре: ты пускаешь лёд по полу, а я охлаждаю местность.

— Годится. На счёт три, Ледышка.

Уличный боец и криминальная принцесса прекрасно чувствовали друг друга. Им не нужно было считать вслух — просто начали работать в унисон. Глядя на то, как пространство начинает остывать, я в очередной раз убедился, что был прав насчёт Эйры: её лёд имел несколько граней, и сейчас она показывала сторону контроля. Влага из воздуха превращалась в снежинки и льдинки, которые с мелодичным звоном падали на лёд, медленно ползущий по полу и захватывающий всё новые области.

Кросс запомнил, что тьма влияет на тварей, и теперь в ослепительном льду виднелись прожилки тёмной энергии, что вымораживали корни и запускали яд тьмы в глубь альфы. На наше вторжение купол ответил ощущением. Словно огромное спящее чудовище открыло один глаз и посмотрело на нас. Лениво. Голодно. Как кот на мышей, которые сами лезут в миску.

Корни под плиткой затрещали от холода и тьмы. Мох на стенах сжался и побурел, холод Эйры сделал его ломким, и целые пласты стали отваливаться под собственным весом. И первое, что бросилось в глаза, — это лианы на потолке, которые ещё секунду назад висели неподвижно, а теперь пришли в движение. Они выглядели как щупальца осьминога, пробующего воду. Они тянулись к нам, но холод замедлял их движение настолько, что вместо стремительного броска это было больше похоже на вялое шевеление. Природа засыпает, когда наступает зима, и сейчас в это царство жизни пришли два одарённых, принеся с собой суровую зиму.

Когда холод заставил пласты мха упасть на пол, нашему взору открылась Садовница, которая сидела в дальнем конце купола. И Тень не соврала — это была самая отвратительная тварь, которую я видел в этом мире. Почти как дома, где такие садовницы были привычными обитателями Гнилых Земель. Человекоподобная фигура выглядела так, будто человека слепил пьяный скульптор из корней, мха и чистой ненависти к эстетике. Бочкообразный массивный торс, покрытый мхом толщиной в палец. И мох этот выглядел твёрдым, как кора старого дуба. Вместо рук — гибкие, длинные лианы с шипами, блестящими как хирургические иглы. Вместо ног — пучок корней, толстых, узловатых, вросших в пол и расползшихся под плиткой на десятки метров. Голова больше напоминала уродливый бугристый нарост с двумя янтарными глазами размером с мой кулак, на котором располагалась отвратительная пародия на человеческое лицо. Ни рта. Ни носа. Ни ушей. Ей не нужны были человеческие органы чувств. Тварь чувствует нас через пол, через корни, через каждую спору мха на нашей коже.

— Алиса, чуешь тварей? — тихо бросила Эйра, продолжая охлаждать воздух.

И тут же пальцы Алисы взлетели, показывая жестом угрозы. Левая рука: «двенадцать-два» — альфа прямо перед нами, средний уровень. Правая: «три-один, девять-один» — гончие на флангах, по три с каждой стороны. Альфа держит центр, а свора бьёт с боков и тыла. Классическая, но от этого не менее эффективная засада.

— Дэмион, двенадцать часов! — Эйра не кричала, но её голос резал как острейшее лезвие. — Лёд в пол! Максимальная глубина! Режь ей корни!

— Доу, Торн — гончие ваши! — Она повернулась к Алисе. — Грейс, со мной. Не отходить ни на шаг! Погнали!

Дэмион с усмешкой ударил, используя стихию. Лёд пошёл уже не просто по поверхности, а вгрызся вглубь, пробив плитку, и начал крушить те самые корни Садовницы, которые тянулись под полом как кровеносная система гигантского организма, и они тут же начали лопаться, не выдерживая его напора. Я слышал, как трескается живая плоть. Садовница дёрнулась и издала звук. Это был не крик и не рёв. Скорее он напоминал скрежет металла по стеклу, но в нём звучало всё самое отвратительное, что можно представить, сведённое в одну ноту, и эта нота била не по ушам, а по самой сути. Алиса побледнела, но не отступила, продолжая следовать за Эйрой.