Врачебная тайна 2 (СИ) - Семина Дия (полная версия книги txt, fb2) 📗
Он попался на нашу «удочку», и теперь понимает, что значит быть по-настоящему одарённым, насколько шире начинает работать «работать» восприятие, насколько расширяются границы возможного. Едва сдерживаюсь, чтобы не вспыхнуть увлечённостью и не «подкормить» опасное любопытство графа. Ему нельзя нестись сломя голову навстречу магической ловушке, расставленной Григорием.
— Плюс-минус, у меня есть свои способности, Григорий может перемещать предметы, но нечасто и немного, когда у него накапливается энергия, мана. Ему также нужен отдых. Законы сохранения энергии распространяются и на призрачные формы. У него нет магических сил, превращать воду в вино, и тому подобное не может, скорее он шпион, аналитик, информатор и связной. Согласитесь, это великое подспорье в службе, но только подспорье!
Даниил Романович долгим взглядом посмотрел в пустоту, где молча стоит Григорий. Непростое решение, и опасное для графа. Но я не могу предвидеть того, что между ними может случиться. Уповаю на то, что граф очень сильный сам по себе, и его одарённую душу выпихнуть из собственного тела — задача для призрака почти непосильная. Но объединиться, как объединились мы с Асей, они со временем смогут, но это тоже неточно.
— Контакт есть, и я уже понимаю перспективы сотрудничества с вашим помощником. Однако вы без него не справитесь?
Улавливаю едва заметные признаки нерешительности, и она как спасательный круг для Даниила Романовича, и я позволила себе сделать ещё один шаг к раскрытию своего реального состояния:
— Он со мной почти всегда на связи, и раз уж вы стали частью нашей команды, открою вам секрет. Григорий не единственный помощник, есть ещё девушка, но она стеснительная, и не выходит на контакт открыто. Говорит только со мной, и дело о пропавшем младенце, мы начнём расследовать с ней.
Граф не понял моего энтузиазма и попытался вернуть в поле реальности, пропустив мимо ушей информацию о существовании Аси:
— Дело? Думаю, что лучше сначала ограничиться пониманием ситуации и выяснить состояние Лилии, мне нужно ваше мнение, насчёт её состояния, понимаете?
— Прекрасно понимаю, но предупреждаю, дозировать информацию не получится, я начну смотреть и увижу гораздо больше, чем здоровье несчастной женщины. Что в моих силах сделаю сразу, кое-что открою вам, но глубинное душевное состояние останется между мной и пациенткой под защитой «Врачебной тайны». Понимаете?
Кивнул и очень внимательно на меня посмотрел, так же как только что смотрел на то место, где притаился Гриша. Пытается разглядеть Асю, но не получилось, конечно, не получится, она спрятана в глубинах подсознания, но с большим комфортом, нежели я во время сеанса гипноза «дяди». Однако замечаю, что моя «напарница» ослабила хватку, перестала изводить меня, внутренне напряжение отпустило.
Работа — лучшее лекарство, дело заинтересовало Асю, как и меня, а может быть и больше.
— Я могу проехать прямо сейчас в дом к Лилии, — не решилась лишний раз назвать её сестрой графа. — У меня ещё одна просьба, не могу оставить в доме пачку документов, они все очень важные: на дом, мои личные бумаги и банковские данные, там и выписка о ячейке. Муж сегодня сдал мне всё, это ещё раз говорит о его намерениях расстаться.
— Значит, его, скорее всего, припугнули, и дело не в вашем мистическом состоянии, как вам кажется. Всё куда прозаичнее, ваши «родственники» ему предложили сделку? Но неужто вы мне настолько доверяете? — его брови встали домиком.
— Дела мужа с этого дня меня не волнуют, увы, на него невозможно положиться. А насчёт документов вы разве не поняли? — не стала уточнять, что припугнул Андрея Григорий, своим безответственным поступком, пусть лучше и в этом будут виноваты родственники.
— Чего, простите, не понял?
— Вы со мной повязаны с этой секунды, Гриша нас объединил, эта связь теснее, нежели кровные узы, замужество и прочие клятвы. Когда вы это осознаете, будет поздно.
Даниил Романович снова взглянул на Григория и, кажется, слушает его беззвучный голос. Я тоже услышала заверение, что никакие секретные данные разглашаться не будут.
— Несите ваши бумаги, трость спрячьте от греха, а я пока напишу записку для Лилии, чтобы она не пугалась, услышав ваши вопросы.
Он обречённо вздохнул, раскрыл свой блокнот и начал записывать послание сестре. А я счастливая, что нашла, наконец, самый надёжный тайник, поспешила в комнату за бумагами. На лестнице меня поймала Стеша:
— Госпожа, вам чай-то подать?
— Нет, Его Сиятельство уже уезжает. — и чтобы немного припугнуть горничную и повысить свой авторитет, шепнула. — Это сам Тайный советник, инквизитор, третий человек в царстве.
Испуганная Стеша непроизвольно зажала рот рукой, глаза округлились, кажется, я переборщила с острасткой. Но в моей ситуации я должна быть уверена в ней на тысячу процентов.
— Матерь Божья, он вас не забирает?
— С чего бы? Нет, у нас просто с ним важное дело. Всё, мне некогда, на обед ничего особенного не готовь. Андрея Антоновича мы кормить с этого дня не обязаны. И вот ещё, я уезжаю. Если приедет Николай со своей мамой до моего возвращения, помоги Марии устроиться, пожалуйста.
— Хорошо, конечно.
Стеша слегка присела, чего раньше не делала и ушла готовить новую комнату. А я скорее собрала бумаги, спрятала трость в шкафу и надела миленькую шляпку.
Через пару минут пачка моих бумаг легла перед графом, всё, кроме чековой книжки, он перелистнул некоторые страницы, ещё раз удивился, насколько я ему доверяю.
— Я сейчас быстренько в газету заверну и завяжу. Папки нет, к сожалению, — тут же на столе запаковала бумаги, как бандероль, перевязала тонкой атласной лентой и вручила на хранение, не рискнув добавить: «Не потеряйте!».
— Удивительно, не думал, что у нас возникнут настолько доверительные отношения, но они мне приятны и ответственны одновременно.
— Да уж, но таковы обстоятельства, — в этот момент мой живот неприлично проурчал от голода, заставляя слегка покраснеть. — Ой, я, кажется, не успела позавтракать, и с раннего утра на ногах.
Аракчеев развернул свою записку и что-то в ней дописал, только тогда протянул мне:
— Вот, лишний повод для визита к Лилии Леонидовне, она вас накормит поздним завтраком, и впредь, будьте внимательны к своему здоровью, нельзя голодать. Вы же сами говорили про энергию и силы.
— Да, каюсь, сплоховала. Очень нервное утро, наверное, потому и нет аппетита. Но в хорошей компании, думаю, что с удовольствием поем.
Аракчеев отдал мне записку и на словах назвал адрес сестры.
— Надеюсь, что мой выезд на месте, если Андрей Антонович забрал Анатолия, то это уже проблема. Учитывая новые обстоятельства, я побаиваюсь ездить на общественном извозе.
— Есть такая услуга — аренда экипажей, очень удобно, я прикажу своему управляющему подобрать для вас надёжный экипаж.
— Вот видите, вы уже проявляете опеку надо мной, и мир не рухнул, устои общества не пошатнулись. Арендованная карета, была бы для меня большим подспорьем, — не сказать чтобы я праздновала сейчас маленькую победу, но очень на то похоже. Он обо мне заботится.
Мы вышли из дома, Прохор закрыл за нами дверь, и, на моё счастье, Анатолий вернулся, как раз убирает пустое ведро, только что напоил коней и готов к новым свершениям, но на моего гостя посмотрел с великим почтением, возможно, узнал и даже поклонился для порядка.
Даниил Романович улыбнулся тому, что не придётся на своей приметной карете сопровождать меня «на дело».
— Сударыня, раз у вас есть выезд, то я оставляю вас, надеюсь, что вы более не допустите опрометчивых ситуаций, в случае чего, сообщайте мне, зовите на помощь.
— Очень надеюсь, что до этого не дойдёт.
Протягиваю руку для прощального рукопожатия, касание получилось недолгим, всего секунду, почти незаметное, — но оно пронизано такой скрытой силой, что перехватывает дыхание. Я чувствую тепло его кожи, лёгкое давление пальцев — и это мимолётное прикосновение обожгло сильнее долгих объятий. Отдёргиваю руку чуть резче, чем следовало, и делаю шаг назад, пряча за маской лёгкого смущения бурю эмоций.
