Контрольный выстрел (ЛП) - Несбё Ю (книги онлайн полностью .txt, .fb2) 📗
Но он министр юстиции. Некоторые вещи можно простить ради возможности хотя бы раз переспать с женатым мужчиной настолько близко подобравшимся к вершине власти. От одной мысли о скандале, который это могло вызвать, по телу пробегала лёгкая дрожь.
Официант — оказавшийся рядом через три секунды после того, как Беллман едва заметно повернул голову, — изо всех сил делал вид, будто министр юстиции получает ровно такое же обслуживание, как все остальные, но, приняв заказ на две порции запечённого в соли корня сельдерея, скорее побежал, чем пошёл.
Витт молча ждала того, о чём уже смутно догадывалась. Беллман чуть покачивался на стуле, словно прыгун с трамплина, уже присевший перед отрывом.
— Я хотел сказать, — начал он, — что мы с Уллой поговорили о том, что оба уже некоторое время чувствуем и обдумываем.
— Улла — это ваша жена, верно?
— Э… да, именно.
Раздражённая складка вернулась на лоб, теперь чуть глубже. Витт перехватила слово прежде, чем он успел продолжить.
— Дайте угадаю: вы поняли, что хотите ещё ребёнка. Нет, поздновато. Если только она не намного моложе вас. Подождите. Вы решили увенчать долгий счастливый брак кругосветным путешествием. Скажите, что-нибудь такое, Микаэль. Я обожаю романтические истории со счастливым концом. Наверное, потому что сама никогда не сумела бы такую создать. А если бы мужчина вроде вас сейчас заявил, что они с женой думают о расставании, я бы знала: это чистейшая ложь и самый старый трюк на свете, чтобы удержать молодую любовницу. О, большое спасибо!
Она посмотрела на официанта, который как раз наполнил её стакан водой, затем снова на Микаэля Беллмана. Он сидел с полуоткрытым ртом и ошеломлённо смотрел на неё.
— Что-то не так? — спросила она.
Он кашлянул.
— Ты хочешь сказать, что тот наш вечер ничего для тебя не значил?..
— Вы про те шесть минут секса?
— Это были не шесть мин…
— Нет, вы, наверное, правы, но господи, кто засекает время? Ах да, вы, конечно. Хорошо, пусть было намного больше. И давайте считать, что Улле повезло с таким жеребцом в постели. На этом и остановимся. Пока никто не расплакался, как говорила моя мать, когда мы в детстве заигрывались слишком буйно. Давайте просто ждать сельдерей. Что скажете?
ГЛАВА 74.
Харри кивнул тюремному надзирателю. Тот поднял узкую заслонку в двери камеры предварительного заключения и крикнул внутрь:
— Сядь на койку и держи руки на виду!
Он заглянул в камеру и только потом отпер и открыл дверь.
— Я дам знать, — сказал Харри.
Кнут Грип был в выцветшей тюремной одежде, такой же серой, как его лицо.
— Опять пришёл в гости, приятель?
Грип попытался улыбнуться.
— Похоже на то.
Харри сел за стол между ними. Положил перед собой три листа A4 и ручку.
— Думал, мне не разрешат. Есть правило: нельзя связываться с теми, кого собираются допрашивать как свидетелей по делу SEFO против тебя. Но тебя, оказывается, уже успели допросить.
— Верно, — сказал Грип. — Слышал, адвокаты хотят пойти дальше. Не только нарушение служебных обязанностей, но и обвинение в причинении смерти по неосторожности.
Харри кивнул.
— Максимум шесть лет, — сказал Грип. — Может, ещё будем отбывать вместе, Харри. Было бы… как это называется?
— Парадоксально?
— Парадоксально. Два убийцы в одном прогулочном дворе, и каждый виноват в том, что другой там оказался.
— Мне жаль, — сказал Харри. — Это была большая ошибка.
Грип провёл ладонью по голому черепу.
— По крайней мере смерть Тима тоже послужит делу. Как служила его жизнь. Чего ещё мужчине желать?
— В каком смысле — послужит?
— При жизни он помог смонтировать «Final Cut» в шедевр. Правда, последнего убийства там не хватает, и сначала я думал, что это трагедия. Но теперь думаю: получится как со статуей той богини победы, у которой нет головы. Как её там?
— Ника.
— Ника, точно. Так и этот фильм победит не вопреки тому, что у него нет головы, а именно благодаря этому.
— А головой что должно было стать?
— Убийство Кристиана Боэнга, конечно. Вообще я собирался зарезать его бальсовым ножом Дейла в душе закрытого пансиона Боэнга. Здание пустует, крысиное гнездо — отличная локация.
— Но пришлось поменять план?
— Да. Когда Кристиан позвонил и захотел встретиться со мной на Яре, я понял, что он знает больше, чем должен. И что надо спешить. Пришлось импровизировать, а именно это и делают хорошие режиссёры.
Грип коротко улыбнулся.
— Верно, Харри?
— Мм.
— Кристиан хотел встретиться в студии «A», а она по совпадению была и локацией финала, который я изначально планировал с другим исполнителем главной роли.
— «Подглядывающий». Кого ты собирался взять на главную роль?
— Думаю, ты уже понял, Харри.
— Значит, новый план был сначала зарезать Кристиана ножом из «Психо», а потом просверлить ему голову?
— Да.
— Не перебор?
— More is more, Харри. В любом случае надеюсь, Кида добавит этот финал, когда фильм выпустят.
— Фильм?
— Да. «Final Cut».
— Никакого фильма не будет, Грип.
— Не будет? — Грип широко улыбнулся. — По-моему, ты не до конца понимаешь, в какое время мы живём, Харри. Сейчас это самое обсуждаемое уголовное дело в мире. Особенно после того, как все поверили, что Тим — Киноубийца, а потом его застрелили. После этого история делает ещё один поворот. А потом ещё один. Поверь, эти фильмы увидят все, Харри. И «Final Cut», и фильм о «Final Cut». Ты знал, что фильм о съёмках «Апокалипсиса сегодня!» имеет на Rotten Tomatoes рейтинг выше, чем сам «Апокалипсис сегодня!»?
Харри покачал головой.
— Если не считать фрагментов, которые уже удалили из сети, «Final Cut» — всего лишь несколько катушек 16-миллиметровой плёнки на полицейском складе вещественных доказательств.
— Настоящий шедевр невозможно долго держать в тюрьме. Поверь, Харри, он выйдет наружу.
— Мм. Можно кое-что спросить?
Грип криво улыбнулся и развёл руками.
— Не то чтобы я куда-то торопился.
Харри вдохнул.
— Что ты чувствовал, когда убивал их? Фелисию Хение. Джона Дейла. Антона Вама. Трюма Хаугена. Роберта Брандта.
Каждое имя он произнёс медленно и отчётливо.
Грип пожал плечами.
— Я боялся.
— Чего? Что тебя поймают? Что они будут сопротивляться?
— Нет. Что запись получится плохо. Второго дубля ведь не будет.
Харри попытался осмыслить услышанное. Он разговаривал с серийными убийцами, и поражало его не присутствие зла, а отсутствие обычных человеческих чувств. Но, по мнению Витт, Грип был типичным массовым стрелком — человеком, которым правят эмоции.
— Ты убивал тех, кто тебя предал, — сказал Харри. — Но неужели ты ненавидел их настолько, что не осталось места ни для сострадания, ни для чувства вины?
Грип поставил локти на стол и сложил руки под подбородком.
— Думаешь, хирург, вырезающий человеку сердце, оставляет место таким чувствам, Харри? Он сосредоточен только на своей работе.
— Да, но он делает это, чтобы дать человеку жизнь.
— А я делал это, чтобы дать им вечную жизнь.
— Ты делал это, чтобы сиять самому. Ты и твой шедевр.
— А ради чего, по-твоему, это делает хирург?
Грип помолчал.
— Или следователь по убийствам?
Харри медленно кивнул.
— Роберт Брандт. Как ты заставил его убить Хаугена, а потом повеситься? Большинство предпочло бы пулю в голову или попыталось сопротивляться.
Грип обхватил левой рукой сжатый правый кулак.
— Я сказал, что похороню его дочь вместе с ним, если он не сделает, как я велел.
— Ты знал, что у него дочь?
— Знал — не знал. Много лет назад он как-то сказал мне, что почти уверен: он отец, но у него есть веские причины не связываться с дочерью. Я ведь не знал, что это Кида. Просто блефовал. Он, должно быть, решил, что я знаю.
