"Фантастика 2026-63". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Агафонов Антон Романович "Dragon2055"

Джейн сделалось не по себе от его речей, звучавших слишком патетично и торжественно, словно он прямо сейчас возлагал на неё великую миссию, а ей предстояло принять неизбежное. «Куана ведь предупреждал, что это будет только моя ноша, – вздохнула она. – Нельзя отступать».

– Само испытание уже началось, – добавил слепец. – То, как ты встретила моего прислужника, о многом сказало, однако нужно заглянуть глубже.

Хранитель обернулся к остальным. Все ждали дальнейших действий, не решаясь прервать его.

– Люди, что пришли сюда за тобой, Джейн Хантер… Кого-то вёл долг, кого-то сердце. Кто-то стал заложником обстоятельств. Кто-то верит в силу Золотого Змея, кто-то до сих пор сомневается. Всех их объединила ты, пусть и ненароком. А стали ли они важны для тебя? – Слепец поднял ладонь так, что та оказалась ровно напротив сердца Джейн. – Пришла пора представить их.

Сделав глубокий вдох, она кивнула.

– Перед тобой стоит Куана, индеец из племени команчей, мужчина, который владеет моим сердцем.

Куана поклонился, словно старец мог это увидеть.

– Рядом с ним – Джереми Бейкер, человек, вольный как ветер в прериях. Он нигде не задерживается подолгу и ни с кем не сближается, мне же повезло заручиться его дружбой.

– В точку, – усмехнулся Джереми.

– Дальше – Ральф Лейн, отважный капитан, странствующий по морям. Мужчина, который не боится ничего, даже смотреть в лицо своим страшным ошибкам. Он тоже… – Поймав открытый взгляд Ральфа, она уверенно завершила: – Мой друг.

Хранитель безмолвно внимал всему сказанному, и Джейн продолжила.

– Уильям Оллгуд, человек науки, случайно оказавшийся в нашей компании. Верю, что он найдёт своё место и обретёт почву под ногами, в каком бы веке ни находился. Я безгранично уважаю его.

Услышав такие слова, Уильям благодарно улыбнулся.

– Наконец, Маргарет Эймс, о которой я вам уже рассказывала.

– То, как ты её представила в прошлый раз, в силе? – спросил хранитель с едва уловимым любопытством.

– Да, – подтвердила Джейн.

– Что ж… – Старец неспешно вышел в центр зала и распевно заговорил: – Тебе предстоит познать главную, неутихающую боль каждого из них, заново пережить вместе с ними самый страшный момент их жизни. Я стану проводником между твоим сердцем и сердцами тех, кто сопровождает тебя, вызову из недр их памяти самое горькое воспоминание. Ты увидишь всё так отчётливо, будто это произошло с тобой.

Он поочерёдно указал пальцем на Куану, Джереми, Ральфа, Уильяма и Маргарет.

– Каждый из них подойдёт сюда, каждый пустит меня, а следом и тебя в самые далёкие закоулки души. Тогда мы узнаем, Джейн Хантер, какова твоя суть и каким станет твоё оружие против злого духа.

Всё внутри воспротивилось услышанному. Ничего подобного она не ожидала, и ей не хотелось вторгаться в чужие сердца, вытаскивать на поверхность то, что человек наверняка старался спрятать даже от самого себя.

– Разве нет иных способов проверить, какова моя суть? – хмуро спросила Джейн.

– Этот самый действенный. Ты не сумеешь притвориться и покажешь своё нутро.

Она растерянно оглянулась в поисках поддержки, невольно надеясь, что кто-нибудь из отряда возразит. И действительно, не только у неё грядущее испытание вызвало отторжение.

– Вот что, мистер мудрец… – протянул Джереми. – Звучит ваше предложение так себе. Неохота ворошить тёмное прошлое.

Куана, наоборот, сделал шаг к хранителю.

– Вершите, что должно.

Во взгляде индейца читалось, что ему меньше всего на свете хочется проходить через подобное испытание и всё же он смиренно примет неизбежное. Рядом с ним встал Ральф. На его лице застыло мрачное решительное выражение.

– Что ж, раз иначе нельзя… Я готов.

– Я… Я предпочла бы обойтись без этого, но… – зажмурившись, Маргарет вышла вперёд.

– Ну, раз все у нас такие благородные… – Бейкер чертыхнулся, присоединяясь к остальным.

Лишь Оллгуд остался стоять на месте. Его губы дрожали, голос зазвучал сипло:

– Это совершенно не… Это ни при каких обстоятельствах не…

«Кажется, мистеру Оллгуду придётся тяжелее всех, для него такое вторжение хуже пытки», – сочувственно подумала Джейн.

Хранитель остался бесстрастным:

– Каждый. Потребуется участие каждого.

Опустив Золотого Змея на пол и плавно воздев руки к потолку, он зашептал неразличимые слова. Понимая, что прерывать его не стоит, Джейн всё же тихо спросила, наконец принимая неотвратимость испытания:

– Имеет ли значение, в каком порядке пойдут воспоминания?

– Нет.

– Если так… Начните с Куаны, прошу.

– Хорошо. Пусть подойдёт, – позволил хранитель.

Куана приблизился. Его внимательные глаза остановились на Джейн, когда он едва слышно проговорил:

– Почему ты попросила вызвать меня первым?

Она печально улыбнулась, уже сомневаясь в том, что просьба имела смысл.

– Я подумала, вдруг тебе будет легче, если сразу пройдёшь через это. Хотя глупо, конечно, понимаю…

Куана остановил её невесомым касанием, ласково проведя пальцами по запястью, и слегка улыбнулся.

– Это мудро, а вовсе не глупо. Если чего-то не миновать, то лучше не откладывать.

Он сглотнул, собираясь сказать ещё что-то. Слова не шли.

– Что такое? – искреннее сочувствие в голосе возлюбленной помогло решиться.

– То, что ты увидишь… Прошу, не говори об этом ни с кем.

Стараясь не показывать, как у неё болит сердце за него, Джейн кивнула. Индеец благодарно прошептал:

– Спасибо.

Одной рукой старец крепко сжал пальцы Куаны, в другую взял пальцы Джейн и положил ладони обоих себе на грудь, тихо и мерно вздымавшуюся.

– Закройте глаза и отрешитесь от всех мыслей. Призови силу Золотого Змея, Джейн Хантер.

Поначалу она слышала только дыхание хранителя, причём такое медленное, что невольно навевало сонливость. Ритм его сердца также погружал в транс. Чувствуя, как внимание начинает рассеиваться, Джейн переступила с ноги на ногу. «Неужели я сейчас окажусь в воспоминаниях Куаны? Невозможно поверить…» – Она постаралась сосредоточиться, но с каждым следующим вдохом сознание уплывало, растворялось, не оставляя разуму никаких зацепок. И Джейн падала, падала, падала…

А очнулась в месте, которое никогда не видела прежде.

Тёмная бархатная ночь окутала лагерь команчей. Куана замер у входа в типи. Оттуда послышался голос сестры, умилительно просившей:

«Можно про то, почему медведь косолапый?»

«Сколько раз отец уже рассказывал эту сказку? Сначала её требовал я, теперь Чони…» – с этими мыслями Куана улыбнулся тепло и печально одновременно. Сестра уже не считалась ребёнком, но не стыдилась проявлять чувства так, как хотела. Сейчас, когда жизнь племени день ото для становилась всё опаснее, забота друг о друге стала особенно важна. Если Чони было страшно, если она не могла заснуть, то всегда звала отца, и Куана даже изредка жалел, что не может вести себя так же непосредственно и открыто, как сестра. Ему, как воину и ученику шамана, потакать страхам не полагалось. «Я должен занять свой пост, охранять стоянку», – одёрнул он себя.

Отец, заслышав шелест травы, догадался, что Куана рядом, и сам вышел навстречу.

– Присоединяйся к нам.

Увидев смущение на лице сына, он качнул головой:

– Если же считаешь это неподобающим времяпрепровождением для воина, мы присоединимся к тебе.

Вождь позвал Чони, и та не заставила себя долго ждать. Они устроились около типи, устремив взгляды на звёздное небо. Помедлив, Куана опустился на землю подле них.

– Сегодня я расскажу вам другую сказку, – заговорил отец. – О маленькой девочке, попавшей в чужое племя. Она была ещё малышкой, когда её взяли в плен, но вела себя бесстрашно. Её окружали люди непривычного облика, говорившие на другом языке, безжалостные и порой жестокие, и всё же она не боялась. Эта девочка росла и хорошела, жадно училась всему новому, что её окружало. Обряды племени стали её обрядами, тропы племени стали её тропами. Духи племени открыли ей путь к знаниям и мудрости. Ей дали новое имя – Надуа [6]…