Гранит надгробий (СИ) - Сорокин Дмитрий (читать книги без .txt, .fb2) 📗
Поняв, что немедленного причинения насилия всякому злу пока не требуется, Серебряная обернулась к Марии.
— Докладывайте!
— Силами восьмого отдела Песчаного замка был выявлен факт проведения тёмного ритуала. Проводившие ритуал нейтрализованы и задержаны, одна жертва спасена. Вторую, к сожалению, спасти не успели.
— Природа и цель ритуала?
— Пока не выяснили, не успели просто.
— Ясно. Сейчас узнаю сама. Благодарю, Мария Алексеевна.
— Служу Государю!
Княгиня не поленилась подойти к связанным злодеям. Школяры как раз закончили их паковать и перевернули навзничь. Один постарше, в волосах и бороде прилично седины, второй помоложе и телом покрепче, но старший выглядел поумнее. При этом некоторое сходство между ними прослеживалось. Похоже, папаша с сыночком.
— Так. И кто это у нас тут? Лица незнакомые. Представьтесь, душегубы.
— Какого хрена? — нагло спросил старший. Похоже, шквал ужаса его уже отпустил. — Я на своей земле, что хочу, то и творю.
— Да что ты говоришь, — мило улыбнулась Светлана Сильвестровна, и я бы дорого дал, чтобы никогда не видеть эту улыбку. — Ну-ну, дальше.
— Что «дальше»⁈ Если вы благородного происхождения, то вызываю на дуэль. А ежели холопы — я вам очень не позавидую! Развяжите меня!
— Клянусь Великой Тьмой! — захохотала Серебряная. — Давненько меня на дуэль не вызывали! Но нет уж, голубки мои. Здесь — Государева опричная Учёная Стража. Я — княгиня Серебряная. Слыхал, наверное?
Судя по тому, что наглый помещик отъехал в обморок — слыхал.
— Ага, точно слыхал, — кивнула она. — Дубровский! Приведите в чувство эту падаль. Не уверена, что тут по нашей части, но, в любом случае…
— Зато я уверена, Светлана Сильвестровна, — подала голос Мария.
— Докладывайте, аспирант.
— Я обратила внимание на продолжающийся фон крайне негативных эмоций. Пытаясь отследить их источник, обнаружила артефакт незнакомой конструкции, излучающий ужас.
— Ага, совсем хорошо, — княгиня достала телефон. — Эльвира, нам нужен транспорт, лучше всего, конвертоплан. С ним пара-тройка людей из «четвёрки». Эвакуация пострадавшей, этапирование душегубов. Наводись по звонку. Давай.
— Клиент готов продолжать разговор, — отрапортовал Володя.
— Вот и отлично. Изливайте душу, любезный. Аляску ещё заслужить нужно.
Весь гонор со старшего злодея слетел как от дуновения июльского урагана, и душу он излил во всех мерзких подробностях.
Насчёт владения местными землями — тут он выдал желаемое за действительное. Тёмный маг Авессалом Магницкий — так его звали — владел исключительно бревенчатой усадьбой о трёх комнатах в нескольких верстах отсюда, да парой десятин земли рядом с оной. Происходил он, действительно, из дворян, службу государеву исполнял из рук вон плохо, так что ни богатств, ни наград, в том числе земельных, на ней не снискал. На недавней войне праздновал труса, за что получил неприятностей от самого Ермолова, и уцелел при сём, честно говоря, чудом. Но в мечтах он видел себя владельцем обширной юридики, не иначе, и вот у них с сыном созрел план.
Сын, тёмный пустоцвет, небесталанный, несмотря на дебиловатую внешность, инженер, изобрел артефакт, способный весьма долгое время транслировать тоску, страх и даже смертный ужас. Предполагалось при помощи этого устройства выселить несколько окрестных деревень и явочным порядком подгрести их под себя (о том, кто там станет работать, злодеи не подумали). Оставалось зарядить изобретение, и всё у злодеев непременно получилось бы, не проезжай мы мимо. Погибшая девушка была крестьянкой из соседней деревни, спасённая — дворянка Оленева, круглая сирота из младшей ветви рода, проживавшая неподалёку в усадьбе у тётушки. На неё положил глаз Магницкий-младший, но дева не испытывала к нему ни малейших тёплых чувств, скорее уж, наоборот: манеры у отца с сыном, на фоне бреда о собственном неминуемом величии, оставляли желать много лучшего. Озлобившись, инженер украл девушку и назначил её в жертву.
— Принести вас самих в жертву Великой Тьме, что ли… — задумчиво предположила Серебряная.
На этот раз побледнели и лишились чувств оба.
— Какая тонкая у некоторых душевная организация, — хмыкнула княгиня. Да, Дубровский, что у вас?
— Осмелюсь просить, Светлана Сильвестровна, приносить их в жертву в каком-нибудь ином, желательно, специально оборудованном месте. Дело в том, что мы с Марией Алексеевной живём здесь неподалёку, и было бы печально иметь под боком хтонь.
— Хорошее продолжение моей шутки, Владимир Андреевич. Но да я действительно не вижу ни малейшей пользы в этих двоих. Так что, если на кол не сядут, поедут осваивать Аляску или подобные милые места. Мария Алексеевна!
— Здесь!.
— Насколько я понимаю, на этом месте вы оказались случайно, а задача у вас была иная. Что там?
— Так точно, задача была совсем иная, решена, — и Мария рассказала историю затосковавшего по мультикам попаданца.
— Занятно. Отчет по этому делу писать придётся максимально подробно: Рикович всё-таки, тем более, внезапно мёртвый — и то, что его, умершего, допрашивал некромант, может нам головной боли добавить. Пишите все, пишите всё, там важно никакой мелочи не упустить. Но это уже в замке, конечно. Покажите мне его артефакт.
Макс, уже вернувшийся в привычный вид с очками и серой шевелюрой, достал из рюкзака пластиковый контейнер. Вынул из него сундук, поставил на траву.
— Открыть?
— Разумеется.
Некоторое время ничего не происходило, затем из сундука осторожно выглянула полупрозрачная мордочка крупной мыши.
— Пи-пи-пи! — восхитилась мордочка.
— Как хорошо, что я не боюсь мышей, — прокомментировала княгиня.
Мышь исчезла, вместо неё мгновенно возник уже знакомый нам атлет. Подхватив сундучок, он в три гигантских прыжка пересек реку и скрылся в зарослях ивняка.
— Я от бабушки ушёл! — донесся до нас торжествующий вопль.
— Да-да, ушёл он. От бабушки… — не меняясь в лице, Серебряная будничным жестом вскинула руку.
— Гурш кримп укбурзум иши!
Ивняк шевельнулся, из него, неся сундук, словно гроб с покойником, выдвинулась печальная процессия из Колобка, Винни-Пуха, Карлсона и Чебурашки. Ступая по воде, они обратно пересекли реку, поставили сундук к ногам Серебряной и втянулись в него. Макс закрыл артефакт и убрал в контейнер.
— Смешная вещица, — заметила княгиня. — Изучим и, думаю, доведём до ума. Ромодановский, покойный Рикович, если не ошибаюсь, был вашим земляком?.
— Да, Светлана Сильвестровна.
— Тогда готовьтесь, придётся вам консультировать наших научников. Предвижу, четвёртый и шестой отделы будут драться за этот сундук.
— Слушаюсь, — кивнул я.
Приказы начальства не обсуждаются. Если оно решило, что Песчаный замок должен смотреть советские мультики, значит, так тому и быть. Осталось только понять, на сколько дней некий молодой некромант в ходе этой реконструкции будет оторван от дома.
Прилетел служебный конвертоплан. Из него выскочили трое научников из «четвёрки», получив короткий приказ, принялись паковать в контейнеры злодейский артефакт и реквизит ритуала. Бесчувственную Оленеву бледный Есугэй бережно, как великую драгоценность, отнес в салон. Дубровского в качестве лекаря отправили следом.
— Так, Восьмой отдел. Разбегаемся. Я возвращаюсь в кабинет. Конвертоплан увозит потерпевшую, злодеев… Кстати, им по инструкции силовое сопровождение положено, а я не вызвала. Прокол-с, — досадливо поморщилась Серебряная.
— Возьмите моего телохранителя, — предложил я. — Волонтёр Рукоприкладский способен обеспечить безопасность на борту.
— Принимается. Спасибо, Фёдор Юрьевич. А вы, аспирант Дубровская, школяры Огнева и Курбский следуйте своим ходом. И постарайтесь больше ни во что не влипать, хватит на сегодня с вас. Встретимся в замке.
Она повела рукой, заклубилась тьма, в которую наша начальница шагнула — и исчезла.
Что может быть сложнее спуска по бездорожью? Подъём по нему же. Нам относительно повезло, что дожди давно не шли, иначе шансов подняться по основательно размытому косогору не было бы вовсе. Я попросил всех до дороги соблюдать тишину, сосредоточился на вождении. Мы медленно и аккуратно ползли в гору, а я думал, что и в прошлой жизни никоим боком не относился к любителям долгих забегов за трактором,* а уж сейчас — тем более. Ползи, улитка, по склону Фудзи, ага. Давай-давай, нам всем ещё отчёты писать…
