Нью-Йорк (ЛП) - Андрижески Дж. С. (книга бесплатный формат .TXT, .FB2) 📗
Я также видела многих, которые лежали неподвижно, как мёртвые.
Затем я увидела лицо и фигуру, которые узнала. Женщина в дизайнерских солнечных очках и белом костюме тяжело дышала, её глаза всё ещё защищались солнечными очками, которые теперь покрылись слоем белой пудры, как и её лицо и волосы.
У неё отсутствовала одна нога ниже колена. Я увидела оторванную конечность в паре метров от неё, она выглядела странно безобидно, лёжа на обожжённом цементе, и на её ноге всё ещё была туфля на высоком каблуке. Я отвернулась, борясь с подступившей к горлу желчью.
Потом я поняла, что должна пойти туда. Я должна была попытаться помочь.
Я мало что знала, но меня обучали основам оказания первой помощи.
Я как раз отталкивалась от стены, кашляя и прикрыв рот рукой, когда кто-то схватил меня за руку. Я резко обернулась, дёрнувшись назад, но когда увидела человека, стоявшего там, я почувствовала, как что-то оборвалось у меня в груди.
— Джон.
Слёзы навернулись у меня на глаза, прежде чем я успела подумать.
Он притянул меня ближе обеими руками. Его голос доносился до меня словно из-под воды, но я поняла, что он кричал, просто по тому, как двигались его губы.
— ЭЛЛИ! ТЫ ДОЛЖНА ЗАЙТИ ВНУТРЬ! ОНИ ВВОДЯТ ЛОКДАУН АЭРОПОРТА, ЭЛЛИ! ЗАХОДИ! ЗАХОДИ ВНУТРЬ!
Прежде чем я смогла понять его достаточно хорошо, чтобы ответить, Джон обнял меня, крепко прижав к своей груди.
Затем он вытащил меня из ниши, обнял за плечи и повёл к стеклянным дверям терминала.
Какая-то часть меня была озадачена тем, что эти двери всё ещё целы.
Затем меня осенило, что они, вероятно, были устойчивыми к взрывам, учитывая всё, что происходило за последние несколько лет.
Мой разум, казалось, работал откуда-то издалека, хотя звон в ушах становился всё громче, и слышать что-либо становилось всё труднее.
Джон продолжал кричать. Теперь я чувствовала это в его груди, так как он всё ещё прижимал меня к себе, крепко обхватив рукой мою спину.
— ЭЛЛИ… БОЖЕ! МЫ ДУМАЛИ, ТЫ ПОГИБЛА! — он оглядел меня и, кажется, понял, что у меня ничего нет с собой. — ГДЕ ТВОИ ВЕЩИ?
Я остановилась, пытаясь собраться с мыслями.
Пошевелив челюстью в попытке избавиться от заложенности ушей, я неопределённо махнула рукой назад, вытирая кровь с губы и моргая от дыма и пыли, которые всё ещё витали в воздухе.
Джон, казалось, уловил суть моих слов.
Он подтолкнул меня к стеклянным дверям, мягко, но решительно.
— ИДИ ВНУТРЬ! — сказал он. — КАСС ТАМ. Я ВОЗЬМУ СУМКИ.
Я едва слышала его.
Когда он ушёл, я просто стояла и ждала его у стеклянных дверей, а он побежал обратно к тротуару. Я оцепенело смотрела, как он вернулся через несколько секунд, едва осознавая, что теперь у него на плече висела моя брезентовая сумка, и он сжимал ручку потрёпанного зеленовато-серого чемодана, покрывшегося сажей и белой пылью.
В другой руке он держал одну из сумок Касс.
Он указал на меня, продолжая кричать.
— ИДИ ВНУТРЬ! — сказал он. — ИДИ, ЭЛЛИ! ИЛИ НАС НЕ ПУСТЯТ.
Когда я оглянулась на тротуар, то поняла, что теперь повсюду вижу сотрудников службы спасения. Какая-то часть меня удивлялась, что они добрались сюда так быстро, но я знала, что теперь у них есть команда мгновенного реагирования, особенно на случай террористических атак.
На моих глазах к обочине с визгом подъезжало всё больше легковых и грузовиков, на крышах их машин завывали сирены. Мужчины и женщины в белой и синей униформе выскакивали из машин скорой помощи и полиции, разговаривая через гарнитуры и широко жестикулируя друг другу под звуки криков и прямых трансляций, которые только сейчас дошли до моего сознания.
Над головами некоторых из них вспыхнули голограммы, но большинство из них были символами, так что, вероятно, это был какой-то код, доступный только сотрудникам службы экстренного реагирования.
Затем я увидела остальных.
Одетые в чёрное агенты СКАРБа появились, как призраки, разбирая завалы.
Большинство из них, казалось, полностью игнорировали жертв, сосредоточившись на самой сцене, осматривая повреждения от взрыва, молча переглядываясь друг с другом и время от времени приседая, чтобы собрать образцы в металлические пакеты.
Я всё ещё стояла там, когда один из одетых в чёрное агентов посмотрел на меня.
Мускулистая женщина с резкими азиатскими чертами лица и фиалковыми радужками, у которых был как будто золотой ободок, сидела на корточках на тротуаре, держа в одной руке металлический чемоданчик.
Она смотрела на меня без всякого выражения на лице.
Затем Джон снова схватил меня за руку и потащил за собой к стеклянным дверям.
Глава 4. Наверное, совпадение
Джейден в четвёртый раз послал сигнал в мою гарнитуру, и я прикусила губу, уставившись на мигающий огонёк в углу моего виртуального дисплея. Я пыталась решить, стоит ли мне отвечать на вызов. У Джейдена была склонность сильно переживать из-за расписания, особенно когда это касалось группы.
В любом случае, на данный момент я мало что могла сделать, чтобы ускорить наш прогресс.
Уставившись на оставшуюся зигзагообразную очередь перед нами, я вздохнула и посмотрела на Джона, который нахмурился.
— Джейден паникует, — объяснила я в ответ на его вопросительный взгляд. — Они у ворот.
Джон пожал плечами, и его голос прозвучал нейтрально.
— Мы мало что можем сделать. В любом случае, ему лучше устроиться поудобнее. Я слышал, что большинство рейсов задерживаются примерно на десять часов.
Я кивнула, соглашаясь.
Джон хмыкнул и пробормотал:
— Очень жаль, что теракт, в результате которого чуть не погибла его девушка, нарушил драгоценное расписание его группы.
Я прикусила губу, пожимая плечами.
— Он нервничает из-за концертов.
— Ты чуть не погибла, Элли, — Джон повернулся, стиснув зубы от едва скрываемого отвращения. — Ему что, насрать на это? Или он вообще не понимает, как близко к взрыву ты находилась?
Я поджала губы, не отвечая, и уставилась на толпу.
У меня всё ещё слегка звенело в ушах, даже несмотря на жидкость, которую агент СКАРБа пшикнул мне в уши, когда мы проходили первый контрольно-пропускной пункт. Несколько медиков осматривали тех из нас, кто явно пострадал при взрыве. Поскольку мои волосы до сих пор пахли дымом, а руки и одежда были опалены и покрыты цементной пылью, не говоря уже о моём чемодане, который напоминал брикет угля, меня отозвали в сторонку, чтобы меня мог допросить СКАРБ. Пока два агента разговаривали со мной, меня осмотрел один из их медиков.
К счастью, они решили, что я в состоянии лететь.
Вопросы СКАРБа были довольно обычными. В основном они хотели, чтобы я описала каждого человека, которого видела в этом районе, и рассказала, видела ли я сам взрыв.
Признаю, что я немного врала в ответах.
Возможно, это была привычка — какой-то полу-инстинктивный порыв, выработанный у большинства гражданских лиц, в плане избегания разглашения любой информации, которая могла бы заинтересовать власти Мирового Суда.
И да, возможно, я защищала не только себя. Может быть, я также старалась не привлекать внимания СКАРБа к кому-то ещё — к некоему высокому парню со странно светлыми глазами и чёрными волосами, который спас меня от опасности.
Я была почти уверена, что он спас мне жизнь.
С другой стороны, он знал о необходимости сделать это, что определённо заинтересовало бы СКАРБ.
Как бы то ни было, я не могла заставить себя бросить его на съедение собакам, поэтому сказала двум агентам, что была рядом с нишей, когда прогремел взрыв, и ничего не видела. Я описала трёх странных парней, которых заметила незадолго до этого, но умолчала о том, что видела черноволосого парня и в тот раз. Я также вынуждена была признать, что у меня не было причин подозревать остальных троих в непосредственном участии в этом деле.
В конце концов, они меня отпустили.
