Обречённые (ЛП) - Вудс Харпер (читаем бесплатно книги полностью .TXT, .FB2) 📗

Оно треснуло, простираясь сквозь воду до самого берега.

Провалилось подо мной, погрузив меня в ледяную воду. Окружило меня, проникая в легкие, мое тело отказывалось двигаться, замерзая в воде.

Только когда я закрыл глаза, лицо Люцифера наконец появилось перед моим взором, и его голос снова и снова звучал в моей голове, когда он отвечал на зов.

— Наконец-то ты это сделал, — проворчал он с нетерпением.

42

МАРГО

Моё лицо щипало.

Оно существовало лишь на периферии сознания, в тумане сна, который цеплялся за меня и не отпускал. Я не помнила, как заснула, помнила только, как прижалась к груди Вела и наслаждалась ощущением его тепла, прижатого к моему. Уютный кокон его крыльев, окутавший нас, был моим убежищем, пока я закрывала глаза.

Он приложил что-то к моим губам, пробормотав что-то о том, что это поможет мне уснуть и залечит любую боль, оставшуюся после наших занятий. Обещал, что я буду готова к дальнейшим исследованиям, когда проснусь, так почему же чувствовала себя так, будто выпила целый галлон вина?

Я резко открыла глаза, почувствовав жжение в другой щеке, пламя коснулось её, когда я вяло подняла руку, чтобы дотронуться до неё.

Сатанус смотрел на меня сверху вниз, его глаза горели на его жестоком лице. Его красная кожа казалась более глубокой, чем в последний раз, когда я его видела, его рога были заточены, как оружие. Его тело было облачено в черные доспехи, напоминающие о войне, испачканные кровью, и он довольно хмыкнул, когда я посмотрела на него.

— Вставай. Нам нужно идти, — рявкнул он, оставив меня оглядываться по сторонам.

Я заставила себя сесть, растерянно прижимая к груди одеяло. Мало что помнила о комнате, в которой заснула, но это была не эта. В этой комнате была темная мебель на фоне ярко-белых стен, пол, словно сделанный из снега, когда смотрела вниз с края кровати. Сатанус кинул мне в грудь пару сапог, от силы удара у меня перехватило дыхание. Я покачнулась, стряхивая сонливость, которую тонизирующее средство держало на периферии моего сознания.

— Где мы? — спросила я, прижимая сапоги к себе. Не могла заставить себя покинуть безопасность кровати. Меня бережно укрыли, подушки были расположены именно так, как мне нравилось.

Не было никакой реальности, в которой Сатанус был бы тем, кто меня сюда поместил. Не было ни одной реальности, в которой Вельзевул не совершил бы этого.

— Предательство, — проворчал Сатанус, словно мой вопрос был ему неудобен. Он выхватил у меня из рук один из сапогов, развернув меня на кровати. Мои ноги вывалились за край, высунувшись из одеяла, когда надел сапог мне на ногу. — Вельзевул привёл тебя сюда, пока ты спала, и пошёл поговорить с Люцифером. Вспыхнуло восстание. Они пытаются запечатать врата изнутри.

Паника заставила меня встать. Пока я спала, демоны пытались отнять у меня всякую надежду когда-либо вернуться домой. Всякую надежду снова увидеть своих друзей, встретиться с семьёй и рассказать им, что я думаю об их предательстве, сказать им, что никогда не буду такой, как они.

До этого момента не осознавала, что хочу этого, но внезапно возможность никогда этого не получить стала суровым напоминанием обо всём том, чего я никогда не пережила.

Я не могла остаться здесь, в этом месте смерти, в ловушке.

— Где Вельзевул? — спросила, как можно быстрее вскочив на ноги. Я оглядела комнату и пошла в ванную, словно он мог быть там, словно окогда-либо позволил бы Сатанусу разбудить меня, если только… — Мне нужно его увидеть.

— Он разговаривает с Люцифером в озере, разрабатывает план. Попросил меня отвести тебя в Чревоугодие, где ты будешь в безопасности, пока разбирается с этим, — сказал Сатанус, схватив меня за предплечье. Он повел меня к двери, почти силой таща за собой, пока я упиралась пятками и отказывалась двигаться. Воспоминание о недоверии Вельзевула к Сатанусу было подобно яду в моих венах, тяжелым предупреждением. Из всех демонов, которых он мог бы послать, чтобы сопроводить меня в безопасное место, Сатанус был последним, кого он выбрал бы.

Если бы этого хотел Вельзевул, он бы послал за мной Бельфегора.

— Я никуда не уйду, пока не увижу его, — рявкнула, вцепившись в одеяла, когда он сильнее потянул меня. Одеяла вырвались из-под кровати и упали на пол, когда я потянулась за чем попало. — Нет! — закричала, наступив Сатанусу на ногу. Он закричал, когда его хватка ослабла, позволив мне вырваться, и я бросилась в ванную к двери, которую, как надеялась, смогу запереть. Так и не добежала до неё, схватившись за край консольного столика рядом с дверью, когда Сатанус обхватил меня за талию и потянул.

Стол рухнул на пол, его содержимое разлилось. Ваза разбилась при падении, осколки стекла попали мне на ботинки, а свечи прокатились по комнате. Некоторые исчезли под кроватью, пока пыталась вырваться, отбиваясь ногами. Моя нога зацепила мозаику на стене, отчего та полетела вбок, пока рама не врезалась в утрамбованный снег на полу.

Я снова закричала, уверенная, что здесь должен быть кто-то, кто меня слышит. Должен был найтись кто-то, кто найдет Вельзевула и скажет ему, что он мне нужен.

Слезы текли по моему лицу, когда Сатанус закрыл мне рот рукой, наклонившись и прошептав на ухо.

— Что угодно.

Я замерла в его объятиях, это слово пронзило меня, словно приказ. Не могла пошевелиться, меня охватил ужас; я больше не могла сопротивляться. Его рот расплылся в улыбке, прижавшись к моей шее, его рука раздвинула мои губы, и он вставил палец мне в рот. Металлический привкус крови накрыл мои чувства, распространился по языку и заполнил рот, пока он не вытащил палец и не отпустил меня.

Что угодно.

Покачала головой, пытаясь вытеснить это слово, но его кровь, казалось, согревала меня изнутри. Чувствовала, как она скользит по моему горлу, извиваясь по моему телу, пока ни одна его часть больше не казалась моей. Она не принадлежала мне, готовая к приказу, который он произнесет, чтобы получить причитающуюся ему плату.

— Я… я думала… — пробормотала, пытаясь понять, в какую ловушку сам себя загнала.

— Что захочу переспать с тобой? — спросил Сатанус, злобно рассмеявшись надо мной. — Едва ли. Ты для меня гораздо ценнее мертвая, чем в моей постели.

Я моргнула, глядя на него, когда он вытащил из кармана небольшой кинжал, ласково проведя большим пальцем по его поверхности. Под его прикосновением он увеличился в размерах, превратившись в изогнутый короткий меч, который держал у бока. Оружие соответствовало словам, угрозе, произнесенной так непринужденно, что я чуть не пропустила ее. Если бы не блеск его клинка в свете, проникающем сквозь окна, я могла бы подумать, что ослышалась.

— Почему? — спросила я, качая головой, пытаясь понять. Я ничего ему не сделала, не заслужила смерти от его рук.

— Жаль, что тебе пришлось влюбиться в него. Разве тебя никогда не предупреждали, что любовь — это слабость? — спросил он, подходя ко мне ближе. Я не могла отступить, чтобы сопротивляться, не могла ничего сделать, чтобы защититься, когда он прижал кончик изогнутого лезвия к впадине в центре моей груди. — Ничего личного, маленькая ведьма. Ты всего лишь средство для достижения цели, — в его голосе было что-то тоскливое, какая-то часть его смягчилась, когда он посмотрел на меня сверху вниз. Красная рука поднялась, чтобы обхватить мою щеку, большим пальцем вытерев слезу.

Его лезвие пронзило мою кожу, легко разрезая тонкую линию мышц. Он замер, упершись в мою грудину, и наклонил голову набок.

— Стоило ли это того? В конце концов, обменять его жизнь на твою? — спросил, ожидая моего ответа. Я знала, что произойдет, когда отдам свою жизнь, знала, что это мои последние мгновения. Я повернулась, чтобы посмотреть на ледяное окно в задней части комнаты, осматривая пол в поисках Вельзевула.