Я попала в злую свекровь (СИ) - Вострова Екатерина (читаем книги онлайн бесплатно полностью без сокращений .txt, .fb2) 📗
При виде знакомой глиняной кружки я поморщилась.
– Отвар обязательно?
– Лекарь сказал, чтобы весь выпили.
Я взяла кружку и сделала осторожный глоток. Отвар оказался даже хуже прежнего: с таким послевкусием, словно в него накрошили щепок от ближайшего забора.
Маруся поставила поднос на стол, поправила миску, передвинула хлеб, покосилась на дверь и вдруг заговорила:
– Нам князь-батюшка велел ничего вам не рассказывать. Но если вам что-нибудь понадобится узнать… – Маруся снова посмотрела на дверь и почти беззвучно добавила: – Вы только скажите. Я всё разузнаю. И сделаю, что нужно.
Я покачала головой. Втягивать Марусю в наши с Михаилом разборки не хотелось. Одно дело, когда под замком сижу я, и совсем другое, если из-за меня достанется служанке.
– Спасибо, – сказала я. – Но пока ничего не нужно.
Маруся кивнула, затем, немного помедлив, спросила:
– Матушка-княгиня… а где же вы всё это время были?
– В лесу.
– Это мы поняли. Только как вы там оказались? Вчера после разговора с Олегом Михайловичем вы сказали, прогуляться хотите. А потом будто сквозь землю провалились.
– Я сама не всё помню, – осторожно ответила я. – Кто-то подошёл сзади, а дальше темнота. Очнулась уже далеко от дома.
Маруся перекрестилась.
– Олег Михайлович с тех пор места себе не находил. Всё твердил, что не должен был с вами так разговаривать, что, если случится что, он себе не простит.
Я сразу представила растерянного, испуганного Олега, снова и снова прокручивающего в голове наш последний разговор. У меня сжалось сердце.
– Он-то здесь при чём? – резче, чем собиралась, спросила я.
– Решил, что это из-за него вы одна гулять пошли. На коленях князя-батюшку просил взять его с собой вас искать, и сегодня все к вам рвался. Но князь запретил вас навещать. Сказал, вам покой нужен.
– Передай ему, что он ни в чём не виноват, – сказала я. – И что со мной всё хорошо.
– Передам. – Она произнесла это с таким серьёзным лицом, будто мы обсуждали передачу тайного послания через вражеские земли.
Маруся оставила поднос и ушла. Засов за ней снова лязгнул, напоминая, что заботливый муж не просто отправил меня отдыхать, а предусмотрительно приставил к двери двух вооружённых хранителей моего покоя.
Лекарь появился спустя пару часов. Имени его я так и не знала, а спрашивать напрямую было неловко, не говорить же: «Эй, уважаемый, напомни, как тебя зовут». Он велел мне сесть, пощупал пульс, потрогал лоб, заглянул в глаза и заставил показать язык. Потом удовлетворённо кивнул:
– Горячки нет, слабость ещё несколько дней будет, но опасности не вижу.
– А остальные в доме? – на всякий случай спросила я. – Все здоровы?
– Все. – ответил лекарь, складывая обратно пузырьки и мешочки. – Только Марфа да Авдотья за успокоительным отваром приходили. Перепугались за вас обе, особенно когда князь дружину в лес поднял.
– Марфе отвар не повредит? – насторожилась я. – Она всё-таки ребёнка носит.
– Не повредит, – кивнул он. – Я ей слабенький дал. Такой и тем, кто дитя ждёт, можно.
При упоминании ребёнка я невольно вспомнила Прасковью, ведь я до сих пор толком не знала, что с ним произошло. Спрашивать напрямую было нельзя: прежняя Ярослава наверняка была в курсе.
– Хорошо, что сейчас можно помочь вовремя, – задумчиво сказала я. – Так жаль Прасковью, ее сына…
– Да уж… Молодой был, крепкий. – тяжело вздохнул Лекарь – Кто бы подумал, что обычная лихорадка так быстро его унесёт. Обратись он вовремя, может, и вытянули бы.
– Так его можно было спасти? – выпалила я раньше, чем успела подумать. – Почему тогда не спасли? Прасковья не заметила, что он болен?
– Заметила. Как слёг, сразу за мной прибежала.
– Но ты сказал, что поздно позвали.
– Я, должно быть, не так выразился, – лекарь отвёл глаза. – Меня позвали вовремя. Но после того случая, когда из лечебной кладовой пропали дорогие травы, вы запретили лечить дворовых без вашего особого приказа.
Я, кажется, перестала дышать, слушая его.
– Я к вам приходил, но мне сказали, вы отдыхаете и никого не принимаете, а за ослушание велели бить плетьми.
– А Михаил? – мне уже было плевать что это могло выглядеть, будто я совсем не в курсе происходящего, просто хотелось докопаться до правды.
– Князя дома не было.
– Сыновья?
– Княжич Всеволод Михайлович был на заставе. Павел Михайлович уехал с отцом. Олег Михайлович у вашего батюшки гостил.
Он говорил сухо. Наверное, за свою жизнь уже не раз объяснял родственникам, почему не сумел спасти умершего. Только тут причиной была не столько болезнь и отсутствие лекарств, и даже не обычная средневековая беспомощность. Причиной была я.
Не я, конечно, прежняя Ярослава, но легче не становилось. Перед глазами возникла Прасковья, сжавшаяся в тёмной кладовой. Её просьба выпустить хотя бы на сороковой день, чтобы помянуть сына.
– Господи, – тихо выдохнула я. – С сегодняшнего дня принимаешь каждого, кто к тебе приходит!
– Но госпожа…
– Каждого, – повторила я. – Слугу, кухарку, конюха, дружинника, человека из деревни. Если нужна помощь, лечишь сразу. Никаких разрешений ждать не надо.
– Лекарства стоят денег.
– Я все оплачу. – сказала и лишь потом подумала, что хозяйством и деньгами я больше не распоряжалась. Поэтому я добавила, – И поговорю с Михаилом по этому поводу.
И даже если Михаил не захочет платить, я найду, чем покрыть расходы. Например, продам одно из колец. Или меховую накидку. Лекарь кивнул и снова потянулся к сумке, а я всё думала о Прасковье и ее сыне.
Глава 24
Я шагнул за порог и остановился рядом с дружинниками, уйти сразу почему-то не получалось.
– Княгиня остаётся в своих покоях, — велел я, — Без моего разрешения не выпускать. Никого к ней не пускать, кроме лекаря и служанок. Если понадобится что-то ещё, сообщать лично мне.
– Будет исполнено, князь-батюшка!
Дружинники послушно задвинули засов, железо с тяжёлым лязгом вошло в скобы. Звук получился таким громким, словно я не жену оставил в ее же спальне, а запер опасного преступника.
Ярослава не потребовала открыть, не ударила ладонью по створке и даже не крикнула вслед, что я ещё пожалею.
Я задержал взгляд на двери, ожидая хотя бы какой-то реакции, однако было тихо. От этой тишины стало ещё тяжелее.
— Князь-батюшка, а если матушка-княгиня попросит чего? — осторожно спросил Родион, молодой дружинник со шрамом возле левого виска.
— У вас уже есть мой приказ, — ответил я, переводя взгляд с него на стоящего рядом коренастого Данилу, — Что бы княгиня ни говорила, дверь без моего слова не открывать.
Данила кивнул сразу, а Родион чуть помедлив. Оба знали характер Ярославы не хуже прочих слуг и наверняка уже представляли, что начнётся, когда у той уляжется первая растерянность и она окончательно поймёт: я действительно оставил её под охраной и не собираюсь отменять приказ.
— Если ей станет плохо, сразу зовите лекаря, служанок пропускайте без задержки, но следите, чтобы вместе с ними никто не вошёл.
— А сыновей к матушке-княгине тоже не пускать? — уточнил Родион.
— Никого не пускать, пока я не разрешу, — повторил я, хотя при мысли об Олеге внутри неприятно сжалось.
Перед самым отъездом младший сын опустился передо мной на колени, умоляя взять его на поиски, а теперь мне предстояло запретить ему даже увидеть найденную мать.
— Мы поняли, князь-батюшка, и матушку-княгиню без присмотра не оставим, — заверил Данила. — Можете не беспокоиться, незаметно она не выйдет.
Я сдвинул брови, и тот сразу понял, что сказал лишнее. Последние его слова слишком точно напомнили мне, как легко Ярослава исчезла из дома.
— Вот именно, незаметно она больше никуда не выйдет, — сказал я после короткой паузы. — Если с княгиней что-нибудь случится, отвечать будете передо мной оба, поэтому смотрите внимательно и не отвлекайтесь.
