Хранитель талисманов 3 (СИ) - Давыдова Юлия Викторовна (читать книги онлайн бесплатно без сокращение бесплатно .TXT, .FB2) 📗
— Да, — подтвердила Гинева. — И когда ты его разбудила, призыв затих. Хранитель связан с талисманами древними заклинаниями на крови, как и весь его род. Эта связь давала белым волкам много власти, и потому... — Гинева тяжело вздохнула, — берегини, наши предшественницы, те, кто создал талисманы, позаботились о том, чтобы хранителям эта власть в голову не ударила.
Иван удивлённо поднял бровь.
— Простым оборотням не дали всех знаний, — сказала Гинева. — Владел ими только князь Бимир. Но остальные понятия не имели, например, о том, как призвать талисман в руки хранителя на большом расстоянии.
— Что? — даже Вурда поразился. — Никита это может?
— Может, — подтвердила Гинева.
— То есть прямо вот из храма и сюда? — уточнил Иван.
— Да, — повторила берегиня. — Для этого нужно заклинание призыва, которого Никита, разумеется, не знает.
— Но Скарад знает, — с хрипом в голосе произнесла Арнава, поняв, что навело старших берегинь на подозрения.
— Именно, — вздохнула Гинева. — Он в своё время не мог использовать его сам, потому что только у белого волка есть эта связь. Нужны тело и кровь хранителя, чтобы сотворить призыв, и сейчас у Скарада это есть. Сегодня ночью это заклинание попалось в магическую сеть ловца, оберегающего храм. А помимо нас, знал его только Скарад.
— Как это могло случиться? — внезапно спросил Рир и взглянул на Арнаву. У той глаза заблестели, но оборотень всё равно зарычал: — Как проглядели? Как этой чёрной твари удалось прицепиться к Никите? Все считали, что дух Скарада мёртв! А он жив! И к Никите привязан! К хранителю привязан! Как?!
— Тише, Рир, — мягко осадила Брада, потому что оборотень голос повышал.
Рир выдохнул и замер.
— Не от гнева кричу, — прошептал он.
Арнава внезапно выпрямилась и перестала опираться на плечо Брады.
— Правильно кричишь, — сказала она. — Это я не углядела. Муж мой начал видеть кошмары, от которых у него в теле была боль. А боль была потому, что эти заклинания капля за каплей его кровь изменяли. Весь год. А он противился этому, один.
— Заклинания? — Гинева сощурилась. — Не одно?
Арнава молчала мгновения, вспоминая, что видела на теле Никиты, и кивнула:
— Не одно. Целая сеть. Даже на пальцах проявились символы, когда заклинании начали действовать все вместе.
Брада немедленно вынула из внутреннего кармана одежды чародейское перо и протянула Арнаве.
— На земле пиши, — приказала она. — Всё, что помнишь, пиши.
Девушка опустилась на колени и начала выводить символы, которые успела прочитать.
— Одно заклинание точно — «слияние души», — говорила она. — Ещё одно, точно «замена воли», что и понятно. Если бы Скарад волю Никиты своей не подменил, хранитель его в три счёта в своём сознании скрутил бы. А остальные я не знаю, никогда не видела таких....
Арнава выводила символы пером на песке, и в воздухе над ней высвечивалось, написанное на земле. Старшие берегини приросли взглядами к цепочкам знаков.
— Даже не знаю, одно это заклинание или несколько, текст очень большой и нигде не повторяется, — говорила Арнава... — и не всё запомнила.
— Это одно заклинание, — внезапно сказала Брада, и тяжёлый вздох берегини заставил всех напряжённо посмотреть на неё.
Арнава подняла голову:
— Знаешь его, госпожа?
Брада молчала, оглядывая реющие в пространстве символы, как и Гинева. Лица обеих всё больше мрачнели.
— Вот уж... — верховная берегиня неожиданно для всех сглотнула ком в горле, — ...не думала, что когда-нибудь снова это увижу.
— Нам объясните! — подал голос Иван. — Что это такое?
Рир и Вурда, хмурясь, смотрели на обеих женщин, а князь, сложив руки на груди, ждал ответа.
Гинева взглянула на Браду:
— Что ж, давай ты. Ты более меня об этом знаешь.
Берегиня молчала мгновение, ещё осознавая насколько всё плохо, но утвердительно кивнула и сказала:
— Это заклинание называется «цепи сосуда». Очень мощное. Написано оно в тёмной магии и предназначено только для одного — связать Мрак и его носителя. Вписывается оно в кровь и навсегда в ней остаётся.
Оборотни и князь пока молчали, не понимая в чём суть.
— Единственным, кто на себя это заклинание навёл, был Скарад, — объяснила Брада. — Мрак сам выбрал его в носители, но с этими цепями они связались навсегда, так что изгнать его из тела повелителя уже было невозможно.
Арнава побледнела, выпустив из рук перо, упёрлась ладонями в землю, но всё равно покачнулась. Все по-прежнему молчали.
— Я в магических делах немного смыслю, — нарушил тишину Вурда, — но вроде, помню, что «слияние души» — это заклинание на крови и оно добровольное. Заклятую кровь надо принять по своей воле, иначе заклинание не запустится.
Берегини взглянули на ворлака.
— Понять хочу, как это всё могло случиться, — произнёс тот. — И как вы будете всё это магическое безобразие с хранителя снимать.
— И «замена воли», — добавил Иван, — оно ведь тоже не просто так работает? Нужно поддаться тому, кто хочет волю заменить. Хотя бы раз согласиться. А в заклинании «цепей» — неужели ничего такого нет? Условия наложения у него какие?
Ответом была тишина.
— Что? — Иван оглядел берегинь. — Или мы не правы?
— Заклинание «слияния души» требует принять кровь добровольно, — подтвердила Гинева. — Значит, хранитель её именно так и принял. Сам. Никто его не заставлял.
— Быть не может такого! — зарычал князь.
Но Арнава внезапно вздрогнула и замерла, тяжело дыша. Ведь она давно об этом думала и ответа не находила. А вот сейчас — когда уже поздно, всё поняла.
— Может, — берегиня едва совладала с дрожью в голосе. — Как хранитель во Мрак за мной вошёл? Как меня вытащил? Вот так он и смог. В святилище, когда вы все за мной пришли, вот тогда Таркор его и отравил. Значит, убедил его, что только так он за мной через Мрак озёр пройдёт — если в нём кровь Скарада будет. Никита из его рук её принял, чтобы меня спасти.
Арнава зарычала со слезами:
— Он сам и вывел Скарада из Мрака. Когда за мной вошёл, дух повелителя заклинанием «слияния души» к нему прицепился. А когда мы Саталир в озёра опускали, Скарада в том Мраке уже не было, он уже с Никитой был.
Берегиня замолчала, но черты лица играли болью и злостью, потому что злилась на себя в отчаянии. Никита, спасая её, дал Таркору душу свою отравить, а она не поняла.
— Но, а остальное? — мрачно спросил Вурда. — «Замена воли»?
— И здесь не обрадую, — вздохнула Брада. — Значит, в чём-то Скараду удалось хранителя убедить. Чтобы заклинание запустилось, достаточно поверить или пожалеть, посочувствовать. И готово. После этого что угодно можно говорить ему и всё его руками делать. Всему будет вера и понимание.
Арнава взглянула на Браду и хрипло вздохнула:
— А «цепи»?
Старшие берегини молчали.
— Ну же, — горячо зашептала Арнава. — Как снять заклятие «цепей»? Что делать?
Тишина не нарушилась. Гинева отрицательно покачала головой.
— Ничего, — наконец ответила Брада. — Заклятие цепей не снимаемо. Нет против него ничего. С момента, как оно было написано и применено Скарадом, больше никто и никогда его не использовал. И никакой защиты от него не создавали.
Арнава замерла, не дыша.
— Неужели ничего не можете? — не поверил Иван, оглядывая берегинь. — Столько знаний имеете и духа изгнать не способны? Хотя бы это сделайте. Без Скарада в голове Никита в себя придёт.
— Не так всё просто, князь, — покачала головой Брада. — Обычного духа, прицепленного простым заклятием или незавершённым делом, изгнали бы. Но это Скарад. Его дух сам по себе силён, а с Мраком всемогущ. И он знает все способы, которыми мы могли бы попытаться. И ни один из них он не позволит. К тому же, Никита принял его кровь сам, а это все заклинания закрывает намертво.
— Но хоть что-то же можно! — Иван не сдавался.
— Да, — внезапно ответила Гинева. — Можно предложить Скараду покинуть тело Никиты, а когда он откажется — уничтожить его вместе с мазурами и хранителем. Вот и всё, что мы можем. Не забудь, князь, что «цепи» не с повелителем Никиту связали, а с тьмой. С тем Мраком, который в здешних водах остался со старых времён. Самым тёмным, самым сильным. Что он сейчас делает с разумом хранителя и как развращает, мы не знаем. Даже если Скарада изгоним, может, уже поздно будет для Никиты. Может, поздно уже сейчас. И Мрак им владеет так же, как Скарадом. Ничего мы не знаем, князь! И поэтому если хранителя в живых оставим, то такого монстра можем выпустить, какого и представить не могли.
