Прах Барселоны - Лионе Джулия (е книги txt, fb2) 📗
– Со студентами, – поправил Тео. – Это не дети, а студенты – созревшие личности. Критическое мышление достаточно сформировано уже у подростков.
– Вы ошибаетесь, инспектор, – подал голос ректор. Его лицо ожесточилось. – Это дети. Это неокрепшие умы. Вице-ректор права. Мы не имеем права рисковать ими.
Тео молча поднял ладони, сдаваясь.
– Погодите, – оживился Ивес Вила, удивленный такому внезапному упрямству ректоров. – Но вы-то не были раньше против? – он повернулся к Пальяресу.
– Я сказал, что подумаю, – отрезал ректор холодно. – А сейчас я вынужден отказать.
Он поднялся, прошелся по аудитории, скрестив на груди руки, глядя в пол. Пиджак на его спине натянулся, обозначив крепкие мышцы – несмотря на почтенный возраст, ректор Барселонского университета, видимо, не пропускал тренировки. Джоана мысленно вернулась к его резюме, попытавшись вспомнить год рождения.
– Комиссар Гонсалес обмолвился, что у вас непростой характер, инспектор, что вы не всегда отчитываетесь в своих действиях, – начал он мягко. – Он сказал также, что это часть вашего нестандартного метода. Мы собираемся доверить вам самое дорогое, что у нас есть. Наших воспитанников.
– Хорошо, – Вила подался вперед. – Если Тео Кастани не подходит, тогда, может, криминалист Гаэль Солер? Мы обговаривали оба варианта. Он учился в этом университете, знает его как свою ладонь.
– Гаэль Солер тоже не подойдет. – Эстеве Пальярес остановился, устало посмотрев на того. Джоана с беспокойством заерзала на стуле.
В аудитории на некоторое время повисло молчание.
– В вашей команде есть еще один человек, – напомнил ректор и повернулся к Джоане.
– Джоана Морера, – выпрямилась та, словно бойскаут. – Окончила Университет Помпеу Фабра, факультет права, курс подготовки в Институте общественной безопасности Каталонии, стажировалась год в городе Льейда в качестве агента-практиканта при региональном отделе уголовной полиции. Год служу младшим инспектором в корпусе «Моссос д’Эскуадра» и…
– Одну ее не пущу, – оборвал ее Тео.
У Джоаны забилось сердце. Ох, это так мило, начальник заботится о ее безопасности!
Пальярес недоуменно приподнял бровь.
– Она еще новичок, – отрезал Тео. – Мы с вами договаривались насчет меня. Я в вашем распоряжении. Морера не подходит.
Джоана насилу удержалась от улыбки, закусив губу.
– Почему вы заинтересовались этим делом? – Пальярес обошел стол и прислонился к подоконнику, встав рядом с Тео. – Вы ведь сами выбираете то, над чем работать. И, кажется, чувствуете себя так, будто над вами нет никакого начальства.
Тео промолчал.
– Нет, так не пойдет! – возмутился инспектор Вила, обращаясь к ректору. – Мы вам предоставили все сведения, ввели в курс дела. А вы на попятную? Вы хотите, чтобы меня сейчас инфаркт хватил? Что вы тут устроили: буду – не буду.
– Можете взять кого-то другого, – выдавил Тео.
– Но кроме вас никто не возьмется за это дело! – вскричал Вила. – Комиссар Гонсалес рассчитывал на вашу помощь. Как же так, Кастани? Вы бросите нас? Университет? Детей?
Тео скривился, будто хлебнул лимонного сока, и накрыл пальцами веки.
– Серьезно? – взорвался он. – Никто не возьмется? Хотите руками младшего инспектора, которая в должности неполный год, замести какие-то свои грешки? – и Тео повернулся к ректору: – Считаете, я не заметил, как вы мечетесь? И это выглядит весьма подозрительно.
Вила побледнел, Тео посмотрел на него в упор.
– Думать забудьте. Морера одной идти не позволю.
Ректор оттолкнулся от подоконника и сделал медленный круг по аудитории.
– Хорошо! – выдохнул он. – Тогда отправляйтесь оба. Джоана за вами присмотрит.
Главный инспектор развел руками в жесте облегчения.
– Верно! Мысль прекрасная! Теперь-то вы согласны, Кастани?
Тео бросил на Джоану сожалеющий взгляд, словно он знал что-то такое об этом университете и этом деле, чего не знала она. И заранее просил прощения.
– Может, спросите ее сами? – глухо проронил он.
– Я согласна! – воскликнула Джоана.
Старший инспектор продолжал смотреть на нее с непреодолимой грустью и беспомощностью. Джоана никак не могла понять, что с ним сегодня такое творится?
– Итак, – ректор внезапно хлопнул в ладоши, точно возвращая пациента из гипноза. И решительно прошел за конторку, сел, придвинул к ней стул и положил локти на столешницу.
– Вас зачислят в студенты университета на математический факультет, – заговорил он с учительской непреклонностью. – Все серьезно! Учеба начнется в середине сентября. Вы будете посещать лекции, делать домашние задания. Жилье лучше снять поблизости. Но Джоане я мог бы порекомендовать комнату, которую сдают в моем доме. Соседка по лестничной площадке как раз ищет жильца.
– Благодарю! – сказала Джоана. – Но я снимаю квартиру в Сант-Жерваси.
– Никаких дорогих районов. Никаких следов того, что вы из полиции. Вы будете принимать у себя ваших будущих друзей. Поэтому комнаты должны походить на студенческие. Не стоит сорить деньгами. Полагаю, служба приносит недурной доход, коли вы живете в Сант-Жерваси… Но теперь придется затянуть пояса, хотя бы для вида.
– Хорошо, – выдохнула Джоана, глянув на Тео, который оставался таким же мрачным, как и весь разговор.
Гаэль тоже никак не отреагировал на заявление ректора. Согласен ли он со всем этим или нет? Тео и Гаэль дружили с академии, Джоана часто их видела вместе.
– Все документы вам выдадут к концу недели, сообщат, куда следует явиться. Остальное будете узнавать вместе с первокурсниками. Студентами по обмену я решил вас не делать. Лучше, если начнете учебу с новичками. Джоане двадцать восемь, Теодору Кастани – тридцать семь. Студентов такого возраста полно, подозрений не вызовет.
Ректор поднялся.
– Что ж, – его ладони соединились, точно у пастора, благословляющего свой приход под сводами церкви. До чего он лихо все провернул! Сразу видно – человек дела.
Джоана поднялась, сцепив перед собой пальцы, как ученица гимназии. Она и отчета себе не отдавала, что смотрит на ректора точно на божество.
Все стали выходить, вице-ректор Мариза перебросилась с Гаэлем несколькими фразами, они распрощались, чмокнув друг друга в щеки, будто после приятной дружеской встречи. Джоане она пожала руку, а Тео отправила короткий кивок.
Они выходили, когда за их спинами раздался негромкий голос Пальяреса:
– Инспектор Кастани, не задержитесь на минуту? Пара слов, не более.
Джоана обернулась, увидев остановившихся на пороге аудитории ректора и Тео, замялась, но Гаэль сжал ее локоть и потянул по ступенькам. Он отпустил ее только в холле, обошел колонну и поманил к себе. Вынув из уха один из крохотных наушников, из тех, что в полиции использовали для прослушек и связи друг с другом, он отдал его Джоане.
– Боюсь, тебе придется кое-что узнать.
Джоана с холодным и липким чувством страха взяла из рук друга Тео микронаушник. Они стояли в пустом холле среди этих спаянных колонн, под сводами аркад и слушали очень странный разговор.
– …теперь вы не сможете от меня бегать. Мы работаем над одним делом и оба несем большую ответственность, – говорил ректор. – Вы профессионал в своей сфере, я – в своей. Вы поможете мне, я обязан помочь вам.
– Не понимаю, что вам от меня нужно, – Тео защищался, его голос был не тверд.
– Вам нужна помощь, – строго оборвал его Пальярес.
– Не нужна.
– У вас ломка, это же очевидно. Поэтому я не хотел доверять вам своих студентов. Я знаю, что вы чувствуете. Через мои руки прошли не только сотни подростков и молодых людей, в том числе и девушек. Я потерял сына и едва не потерял внука. Для меня каждый такой взгляд – острый нож.
– Бред какой-то. Мне не нужна ничья помощь! – Тео, казалось, застигнут врасплох. По тону слышно, что ему не хочется беседовать с этим человеком и он готов провалиться сквозь землю.
– Вы взялись за это дело, потому что вас тоже тянет… Влечет к смерти! Я вижу, что вы отдаете себе отчет в том, что эти ваши мысли деструктивны, но и осознание, что вся ваша жизнь – напрасная трата времени, давит вот здесь…
